брату перечить нельзя, поэтому понуро сдался и объявил Чихвану, что уходит домой. Чихван хотел сначала предложить и старшему брату Читхэ поиграть с ними, но тот выглядел так строго, прямо как настоящие взрослые, что он не осмелился раскрыть рот. Брат Читхэ отряхнул пыльную одежду братишки, взял его за руку, и они ушли. Чихвана все еще переполняла энергия, и, если бы у него нашлась компания, он бегал бы вокруг часами напролет. Но позвать было некого. Он сидел на площадке и ковырял носком ботинка ни в чем не повинный песок.

Все ушли, и Чихван вдруг остро ощутил всю тяжесть своего одиночества.

– Лучше бы дома сидел…

Дома как раз была Ёнчжу, потому что в честь дня основания школы уроки отменили. «Вот бы сестра пришла за мной…» – вдруг подумал Чихван. Прямо как старший брат Читхэ.

Так что Чихван засобирался домой. Чтобы убедиться, что он не один, пусть даже рядом только холодная, равнодушная сестра, которой на него наплевать.

Тем временем Ёнчжу лежала на диване и наслаждалась выходным. До пробных экзаменов оставалось совсем немного, и это тяготило ее даже в минуты отдыха. Но чем яснее Ёнчжу осознавала их неизбежность, тем отчаяннее игнорировала учебу.

Она порылась в холодильнике и от души наелась сладостями. У школьника простые радости: не пошел на занятия – и вот уже дом оказывается райским местом.

Ёнчжу достала приставку и включила игру, популярную в последнее время среди ее друзей. В этой игре на каждом этапе нужно было сражаться с боссами, и она застряла на финальном уровне. Ёнчжу легла, упершись подбородком в подушку. Сегодня ей хватит времени, чтобы пройти игру до конца.

Открылась входная дверь, и вошел Чихван:

– Я дома.

– Что-то ты рано.

– Все друзья разошлись.

– Иди вымой руки и ноги.

Ёнчжу встретила Чихвана холодно и уже собралась вернуться к игре, как вдруг насторожилась. Брат выглядел поникшим. Какие у десятилетнего ребенка могут быть проблемы? Ёнчжу задумчиво посмотрела на Чихвана:

– У тебя что-то случилось?

– Нет.

Чихван хотел рассказать о том, что почувствовал сегодня, но не осмелился побеспокоить сестру.

У малыша на лице было написано: «Конечно случилось», а он пытался вести себя как взрослый и делать вид, что все хорошо. Ёнчжу напряглась.

– Тогда почему ты пришел так рано?

– Потому что остался один.

Ёнчжу испугалась такого ответа. Без дополнительных объяснений в голове тут же нарисовалась картинка: Чихван сидит на детской площадке в полном одиночестве. Слово «один» напомнило Ёнчжу, что она не уделяла младшему брату достаточно внимания. Ее кольнула вина.

А Чихван и не подозревал, что взволновал сестру. Он сказал правду не потому, что хотел пожаловаться на свою беду, а потому, что был уверен: сестра пропустит его слова мимо ушей. Чихван не догадывался, что его наивная искренность глубоко задела Ёнчжу.

Теперь Ёнчжу уже не могла игнорировать братишку.

– Хочешь поиграть?

Она протянула приставку Чихвану, на его ногах блестели капельки воды. При виде «взрослой» вещи сестры обида Чихвана растаяла, словно сахарная вата в воде.

– Здесь нужно атаковать монстров, но не знаю, получится ли у тебя…

– Получится! Получится!

– Я покажу тебе, как играть.

Ёнчжу села рядом. Она сама собиралась поиграть, но сейчас было важнее поддержать брата. Пусть между ними сохранялась неловкость, ей очень хотелось, чтобы они стали настоящей семьей. Ёнчжу тяготило, что она почти не заботилась о Чихване, хотя была старше него на целых семь лет.

– Эта кнопка – двигаться вперед, эта – атаковать.

– Я попробую.

– Ты обедал?

– Нет.

– Что хочешь поесть?

– Ничего.

Чихван уже с головой погрузился в игру и вовсю двигал пальцами.

– Хорошо быть ребенком.

Ёнчжу достала из холодильника нарезанные мамой фрукты: клубнику, яблоки и апельсины. Чихван, занятый игрой, сделал вид, что не замечает тарелку с фруктами, но все-таки ухватил несколько ягод.

– Любишь клубнику?

– Да.

– Я тоже.

– Ага.

– Не вижу энтузиазма!

Чихван с таким рвением сражался с монстрами, словно от этого зависела его судьба. Ёнчжу гордилась, что дала ему поиграть на своей приставке. Пусть за заботу о младшем брате ей не заплатят и тысячи вон, радость на его лице согревала ей сердце.

Ёнчжу не наелась, так что надела куртку и собралась на улицу:

– Пойду куплю тебе сладостей.

– Да.

– Скажи «спасибо».

– Скажу, когда принесешь.

– Эх ты.

Неподалеку от дома находился любимый магазин десертов Ёнчжу, куда она часто заглядывала. Там продавалось множество видов ттока, в том числе клубничный чхапссаль тток. Белый комочек из рисовой муки с начинкой из сладких бобов и половинки свежей клубники напоминал маленького круглого хомяка. Ёнчжу не смогла устоять перед такой милотой и купила аж две упаковки.

Когда она вернулась домой, Чихван все еще увлеченно играл.

– Попробуй вот это. Клубничный чхапссаль тток.

– Чхапссаль тток? Я его не люблю.

– Это же не простой чхапссаль тток, а клубничный!

Чихван поставил игру на паузу и посмотрел на пакет, принесенный сестрой. Ёнжчу разорвала его и протянула брату одно пирожное. Брат с сестрой дружно откусили по кусочку. Характерный сладковатый вкус бобов и кислинка клубники – все это отлично сочеталось с тягучей текстурой чхапссаль ттока.

– Если добавить клубнику в чхапссаль тток, он становится сочным.

– Вкусно!

Чихвану был в восторге от подарка Ёнчжу. Он тут же взял еще один кусочек и, наслаждаясь тягучей, как желе, текстурой, громко чавкал.

– Ничего не хочешь мне сказать?

Чихван церемонно сложил руки на животе:

– Спасибо!

Ёнчжу, умилившись этому преувеличенному жесту, потрепала братишку по голове. Белая мука от ттока, оставшаяся у нее на руках, легла на волосы Чихвана снежинками. Ёнчжу посмеялась про себя. Чихван, увидев ее улыбку, немного оттаял: теперь сестра не казалась ему такой недосягаемой.

Счастливые моменты становятся еще ярче, когда есть с кем их разделить. С этой простой истиной был знаком даже маленький Чихван.

* * *

С тех пор они быстро подружились. Ёнчжу просила брата победить финального босса, давала ему приставку и под этим предлогом заводила разговор, а Чихван не мог отказать и с удовольствием играл. После ужина, даже когда за окном сгущались сумерки, он все не выпускал консоль из рук.

– Чихван, пора спать!

– Мама, ну еще немного.

– Уже девять. И это же приставка твоей сестры!

– Она мне разрешила.

Мама, опасаясь, что Чихван пользуется вещью Ёнчжу без спросу, взглянула на дочь. Ёнчжу встала на сторону брата и ответила, что волноваться не стоит.

– Видела, что я могу?

Чихвану было очень приятно, что сестра уступает ему игровую приставку и защищает перед родителями. Он играл до поздней ночи, пока не начинали слипаться глаза,