Последний раз Ваня видел Настю летом прошлого года. Она ехала в отпуск в деревню, где ждала ее мать, и по дороге завернула в полк. Когда Ваня прибежал к проходной из клуба, где они с Колей писали лозунги к проведению конкурса по специальностям между ротами, там уже собралась толпа парней. Каждому хотелось посмотреть на девушку Белосельского.

Настя стояла в открытой двери проходной, как в темной раме. Русые волосы, собранные на затылке в громадный пучок, золотились на солнце, лицо розовело от смущения — не привыкла, чтобы на нее так откровенно глазели. Белое открытое платье в красный горошек было туго перетянуто по талии длинным пояском. Темные, янтарные глаза под невидными бровями светились приязнью ко всему на свете. Она улыбалась солдатам, стараясь издали увидеть бегущего к ней Ивана.

Ваня схватил Настю за руки, позабыв от радости поздороваться. Стоял и смотрел в ее сияющие глаза. Солдаты нехотя разошлись. Только Сашка Микторчик какое-то время крутился возле проходной, принимая бравые позы, пока Степа Михеенко, схватив Сашку за шиворот мощной лапой, не увлек его в казарму.

Потом, с разрешения дежурного офицера, Ваня вышел за территорию части и они бродили по лесу. Настя неожиданно стала до странности тихой, через силу смеялась Ваниным шуткам. На глазах у нее то и дело вскипали слезы. Конечно, Ваня был наслышан от ребят, да и в книгах читал о неожиданных перепадах настроения у девчонок, но Настя никогда не была капризной. У Вани даже создалось впечатление, что приехала она не повидаться с ним, а попрощаться. Тем более что на вопросы, что с нею, не случилось ли чего-нибудь дома, Настя качала отрицательно головой и молчала. И только на станции, перед приходом поезда, она набралась храбрости и сказала, что к ней сватается далекий родственник, очень хороший человек, главный механик какой-то фабрики. Начальство его ценит и обещает ему в будущем году квартиру…

— Та-ак… — только и сказал Ваня.

Он был огорошен не столько новостью, сколько перечнем достоинств новоявленного соперника. И покорным тоном, каким Настя все это перечисляла. «Громы планетные!» — в смятении подумал он, да какое все это имеет отношение к Насте, к нему? О чем она говорит? Целый день молчала и высказала все это в последнюю минуту… Зачем? Вызвать ревность? Но это недостойно ни Насти, ни их отношений… Как же она могла?!

— Ну и что ты решила? — спросил наконец Ваня, с трудом подавив желание повернуться и уйти, настолько он был оскорблен.

— Не знаю. Мама настаивает…

— Маму надо слушать, — со злостью сказал Ваня.

Настя заплакала:

— Почему ты со мной так говоришь?

И тут Ваню прорвало:

— А зачем ты рассказала мне все это? Облегчить мою солдатскую службу? Или приехала посоветоваться со мной, как с близким человеком? Или тебе просто надоело ждать и ты решила устроить свою жизнь? Так ведь теперь принято: потеплее и подороже…

Настя ткнулась мокрым лицом ему в китель и заговорила, давясь слезами:

— Ванечка, я тебя прошу… Прости меня… Я устала. Мама все время говорит, говорит… У меня уже в ушах звенит… Она же обо мне думает, ты пойми… Хочет, чтобы я была счастливая… Я… Я… Мне не надо было тебе рассказывать… Я думала, ты все поймешь, а ты… Не надо так, Ванечка.

У Вани перехватило дыхание: «Здравствуй, Аленушка, это я, твой братец Иванушка»… Ему хотелось погладить Настю по голове, но он продолжал стоять, точно по команде «смирно».

— А как надо?

— Я не знаю, — прошептала Настя, не поднимая головы.

— Зато я знаю. Проще надо. Как амеба. Подвернулся удобный случай — лови. А я не очень хороший человек. И не главный механик. И квартиру мне никто не обещает… Твоя мама права по всем статьям.

В это время подошел поезд. Настя обняла Ваню, чмокнула его в щеку и поднялась в вагон.

— Не говори глупостей! — крикнула она. — Я напишу тебе!

Ваня долго смотрел вслед поезду, потом медленно побрел проселочной дорогой в часть. Хотелось подольше побыть одному. Почему, почему Настя рассказала ему о сватовстве? Хотела подготовить или сработала многолетняя привычка ничего не скрывать друг от друга? И эти слезы… В наше время насильно замуж не отдают. А может, это просто девичья хитрость, чтобы проверить отношение к себе? Нет, на Настю это непохоже, она абсолютно не умеет хитрить, даже когда нужно было для спасения от придирок Брониславы. Что же с нею произошло за время разлуки? Что-то же произошло, только он не смог увидеть и понять это…

Ваня мучился этими размышлениями долго, пока от Насти не пришло письмо. В письме было всего понемногу: как отдыхала, сколько они с матерью собрали и замариновали белых грибов, как ее встретили на работе, какие книги она купила и что из них успела уже прочесть… И даже засушенный цветок иван-да-марьи был трогательно вложен между страницами письма, но о механике ни слова… Ваня понемногу успокоился. Нельзя же каждое лыко в строку? И ругал себя за жестокость: Настя приехала к нему за поддержкой, ей было трудно, а он не понял. Комиссар говорил, что одна из главных черт настоящих мужчин — великодушие. А он не смог удержаться на мужской высоте. Это было неприятно и кололо душу. И все же остался в его душе след от того тяжкого разговора на платформе: нет больше сестрицы Аленушки и, пожалуй, исчез в небытие братец Иванушка… Жизнь повернула на другой виток, каким он будет — увидим.

К телефону подошла Настина мать. Меньше всего Ване хотелось говорить с нею, но выхода не было.

— Здравствуйте, Надежда Егоровна, нельзя ли попросить Настю?

— А кто это?

Ваня замялся. Он знал, что Надежда Егоровна раньше запрещала Насте дружить с пэтэушником, а сейчас, после истории с неудачным сватовством, вряд ли она будет рада солдату, пусть и бывшему.

— Видите ли… Это я, Иван. Вернулся из армии.

— Ваня? — неожиданно обрадовалась Надежда Егоровна. — Вернулся? А мы с Настенькой так ждали тебя, так ждали… Она будет на той неделе.

— Значит, ее нет? — тупо спросил Ваня.

— А я об чем тебе толкую? Дед у нас приболел. Поехал в деревню к родственникам и заболел там. Настя за свой счет недельку взяла, а потом я пойду в отпуск и сменю ее… Да ты не переживай, не переживай! Два года не виделись, и то ничего.

— Да, да, вы правы… Извините, пожалуйста.

Ваня положил трубку. Значит, она не знает, что Настя заезжала в полк? Интересно… Раньше у Насти не было