ещё одна отметка погасла, но даже так, она тоже падала вниз, чтобы защитить молодой Род и выполнить свой последний приказ.

Мужчина молча следил, как очередной дирижабль падает вниз, унося с собой людей, которые уже приняли свою судьбу. Потом он перевёл взгляд выше — туда, где в небе шёл бой высшего и двоих предвысших.

— Невероятно, — тихо произнёс он и покачал головой.

Затем резко развернулся к людям в рубке.

Взгляды всех присутствующих сразу поднялись на него. Старые офицеры, техники, связисты, пилоты — каждый уже понимал, чем может закончиться этот полёт.

Главнокомандующий усмехнулся.

— Ну что, мужики, готовы разменять свою жизнь подороже?

В ответ все ударили себя кулаками в грудь.

— Во имя Империи!

Голоса прозвучали слитно. Хрипло, но твёрдо.

Мужчина сжал кулак и оскалился уже почти по-звериному.

— Прекрасно! — прорычал он. — Тогда покажем врагам, что мы своих не бросаем!

Он шагнул к центральной панели и посмотрел на монитор, где сквозь уже заметно поредевшие красные метки всё ещё прорывались синие огни Вяземских.

— Во что бы то ни стало! — добавил он жёстко, — мы должны дать им возможность прорвать границу!

* * *

Безумие. Иного слова для того, что творилось на поле боя, уже не найти.

Гриша, расчистив путь для Рода, раненый, с обожжённой одеждой и кровью на виске, даже не подумал ждать помощи. Он сразу рванул в небо, туда, где уже бился Славка. Вокруг его тела ровно горела белая аура. Она стала плотнее, шире, чем раньше, и теперь окутывала его почти сплошным светом. Парень перешёл свои пределы.

Выше, над фронтом, дирижабли, летящие на выручку Роду, сталкивались в схватке в прямом контакте с другими дирижаблями. В небе то и дело вспыхивали огненные взрывы. Каждую минуту вниз летел очередной подбитый летательный, оставляя за собой хвост дыма. Стальные звёзды падали вниз, как мотыльки, но не чтобы просто, а чтобы отдать последний свет тем, кто ещё продолжал сражаться внизу.

И бойцы Рода это видели.

Каждый понимал, что на этих дирижаблях были десятки людей. Таких же, как они сами. Людей, которые тоже выбрали свой последний путь и решили продать жизнь как можно дороже. Это понимание не ломало. Наоборот, оно наполняло холодной, ясной яростью.

Подхваченные и без того нарастающим боевым безумием, бойцы Рода начали биться ещё ожесточённее, словно у каждого открылось второе дыхание.

На тысячи километров растянулась мясорубка. Ревели техники. С неба падали горящие стальные мотыльки. Высоко над землёй сошлись пламя и молния, и их столкновение то и дело выжигало в воздухе белые шрамы.

И всё это вело к тому, о чём никто не догадывался, потому что война уже давно поглотила все мысли о чём-то, кроме того, как убить своего врага.

Всем казалось, что этот бой может длиться вечно. Но перелом всё же наступил, и начался он с неба.

Трое противников сошлись там в яростной схватке. Двое молодых, упрямых, уверенных в себе парней, которым было что терять и за что сражаться, бились настолько неистово, что даже враг, превосходивший их по рангу и силе, начал уступать. Не в мастерстве. Не в выдержке. В напоре.

И в какой-то момент небо озарил ослепительный белый свет.

Те, кто ещё мог поднять голову, сделали это и увидели, как вниз несётся невероятно огромное белое копьё молнии, объятое рыжим пламенем. Оно не просто падало. Оно толкало перед собой одинокую фигуру, точку, охваченную собственным огнём. Высший с перекошенным от мощи техники лицом сопротивлялся, сдерживая две стихии сразу, но не мог ни телепортироваться, ни вырваться в сторону. Всё, что ему оставалось — держать перед собой защиту и принимать на неё чудовищное давление.

Через несколько мгновений техника и человек достигли земли. Удар пришёлся по рядам китайских войск.

Они не успели отойти. Никто из них даже не представлял, что такое вообще возможно — чтобы двое предвысших, пусть и первого ранга, тем более молодые, смогли продавить высшего… Но это произошло.

В момент соприкосновения копья с землёй рванул взрыв.

Молния и пламя, сжатые до немыслимой концентрации, в один миг вырвались наружу бурей ударных бело-рыжих волн и грохота, что мгновенно устремились во все стороны.

Они ломали щиты, сбивали с ног, швыряли людей прочь как тряпичные куклы, поднимали в воздух землю, камни и тела. Те, кто был дальше, всё же смогли защититься щитами, но в следующий миг вверх рванул гигантский белый столб энергии, и на несколько секунд поле боя будто перестало дышать, видя эту безумную силу.

И свои, и враги смотрели туда, закрываясь от взрывной волны и от яркого света, пытаясь удержаться на ногах и дождаться ответа. А потом над Родом появились двое.

Оба тяжело дышали, выдыхая изо ртов пар. Объятые волей, Славка и Гриша, держа в руках свои оружия и слегка напряжённые, не выглядели теми, кто устал. В их взглядах была лишь решимость продолжать. Оба парня для себя решили — они убьют этого высшего. Он не встанет на пути у Рода.

Именно в этот миг по рядам Рода пронёсся новый крик. Не просто радостный. Яростный. Победный. Люди отдавали дань тем, кто сумел не просто выжить против высшего, а дать ему отпор.

На китайской же стороне тоже кое-что осознали. Что ситуация для них не так гладка, как казалось ранее.

Что этот небольшой отряд, ничтожный по меркам всей численности армий, не только не был смят — он продолжал сдерживать их, несмотря на цену, которую уже пришлось заплатить. И они явно готовы заплатить куда большую цену. Молодой Род, что знал цену себе и своим силам не сомневался в себе ни мгновения.

В месте удара громадного копья образовался огромный кратер, унесший тысячи жизней и также покалечивший ещё сотни.

А затем телепортировался и высший.

Он появился в воздухе над своей армией, зависнув неподвижно. Мужчина лет пятидесяти, с обожжённой одеждой и длинным шрамом на лице, смотрел на двух парней без злости, без шока и без надменности. Во взгляде была только сухая, точная оценка.

Кто-то другой, возможно, счёл бы позором то, что его смогли ранить и продавить двое предвысших, но не он. Высший прочувствовал на себе всю ярость и готовность двух молодых одарённых гениев идти до конца. И потому смотрел на них не как на предвысших, а на как тех, кого должен убить.

Высший висел в воздухе, а двое молодых парней стояли на щите, готовые в любой момент сорваться навстречу и вновь сцепиться в смертельной схватке. И они уже готовы были сорваться, когда вдруг