я видел тебя в последний раз, парень. Доброго дня, Шарра. – Рассеянно кивнув девушке, он преодолел оставшееся расстояние и крепко стиснул руку Джексома. Он отступил на шаг, и на его губах возникла улыбка. – Ты загорел и окреп. Так что ты там сегодня сотворил?

– Сотворил? Я? Да что ты! – Джексом не смог удержаться от улыбки. Лайтол явно был доволен и вовсе не злился. – Гора стоит там уже давным-давно, и сотворил ее вовсе не я. Но мне хотелось увидеть ее вблизи, первым!

– Джексом! – Рев мастера-арфиста невозможно было оставить без ответа.

– Мастер?

– Иди сюда, Джексом!

В последующие часы Джексом был благодарен Шарре за то, что ей пришла в голову мысль накормить его завтраком. Времени поесть еще у него не нашлось. Едва он вошел в главный зал, на него накинулись с вопросами предводители Вейров и мастера цехов. Пьемур во время Падения, похоже, был крайне занят, поскольку мастер Робинтон уже завершил набросок юго-восточного склона Горы, чтобы показать его недоверчивым гостям, и грубую мелкомасштабную карту этой части Южного континента. Судя по монотонному голосу Менолли, описывавшей их прогулку к Горе, она уже повторила этот рассказ бессчетное множество раз.

Больше всего из того обсуждения запомнилось Джексому чувство сожаления, что мастер-арфист не мог увидеть Гору собственными глазами. Но если бы Джексом стал ждать, пока мастер Олдайв разрешит арфисту летать в Промежутке…

– Знаю, ты только что сражался с Нитями, Джексом, но не мог бы ты просто дать Мнемент’у нужный образ… – начал Ф’лар.

Н’тон расхохотался, показывая на Джексома.

– Видел бы ты свое лицо, парень! Ф’лар, он готов повести нас за собой! Позволь ему!

В итоге Джексом вновь облачился в еще влажное летное снаряжение и вытащил Рут’а из его песчаной ванны. Рут’ был вполне доволен, что ему выпала честь вести за собой бронзовых драконов Перна, но Джексом с трудом сдерживал за внешней невозмутимостью охвативший его восторг. Он, Джексом, и его белый дракон – во главе самых важных людей на всем Перне!

Он мог бы попросить Рут’а прыгнуть прямо к юго-восточному склону Двуликой горы, как он стал ее называть. Но отчего-то ему хотелось, чтобы все тоже оценили разительный контраст двух ее сторон: обезображенной и прекрасной.

Судя по выражениям лиц всадников, когда они ненадолго зависли над горным хребтом, ему удалось достичь желаемого. Дав им время насладиться видом сверкающей на солнце подобно неровным белым зубам гряды, он показал в сторону моря, где ни утренний туман, ни Нити больше не скрывали тянувшуюся на северо-восток цепочку вулканов, которая уходила в сторону горизонта, где клубился легкий дымок.

Джексом велел Рут’у пролететь над заливом, как и в прошлый раз, и подняться повыше, прежде чем он дал дракону координаты следующего прыжка в Промежутке. Они вновь возникли над юго-восточной стороной Двуликой горы – вряд ли кто-либо мог ожидать более впечатляющего зрелища.

Мнемент’ внезапно устремился вперед и, как передал Джексому Рут’, сообщил, что им следует приземлиться. Рут’ и Джексом вежливо кружили в воздухе, пока громадный бронзовый выбирал место возле пересечения прямых линий, подальше от трех малых вулканов. Один за другим бронзовые драконы Перна опустились на траву, и их всадники и пассажиры направились среди высоких покачивающихся стеблей к Ф’лару, который, нагнувшись, ковырял ножом край одной из странных линий.

– Тут все за многие Обороты покрылось землей и старой травой, – сказал он, выпрямившись.

– Вулканы часто выбрасывают большое количество пепла, – сказал Т’бор из Плоскогорья. Он хорошо это знал, поскольку в Тиллеке сохранилось несколько старых вулканов, которые можно было наблюдать из Вейра Плоскогорье. – Если все эти горы извергались одновременно, придется разрыть слой пепла в половину драконьего роста, прежде чем мы до чего-нибудь доберемся.

На долю секунды Джексому показалось, что им тоже угрожает туча пепла. Солнце померкло, и вниз обрушилась щебечущая и бьющая крыльями стая, почти коснувшись головы Мнемент’а, после чего сотни файров вновь взмыли в небо.

Посреди полных замешательства и удивления возгласов Джексом услышал слова Рут’а:

«Они счастливы. К ним вернулись люди!»

– Спроси их про три горы, Рут’. Помнят ли они, как извергались горы?

Вне всякого сомнения, файры помнили. Внезапно в небе не осталось ни одной непомеченной огненной ящерицы.

«Они помнят про горы, – ответил Рут’. – Они помнят пламя в воздухе и ползущий по земле огонь. Горы их пугают. Как пугали людей».

К Джексому подбежала Менолли, на лице ее читалась тревога.

– Рут’ спрашивал тех файров про горы? Красотка и остальные сходят с ума от ужаса!

К ним быстрым шагом подошел Ф’лар.

– Менолли? Что там за суматоха с файрами? Не вижу ни одного непомеченного. Это все были местные с юга? – Он выслушал ее ответ. – Естественно, здесь раньше были люди. Файры не сообщили нам ничего нового. Но что значит они помнят? – презрительно усмехнулся он. – Согласен, вы нашли Д’рама в бухте с их помощью… но речь шла лишь о двадцати пяти Оборотах назад. Но… – Не сумев найти подходящих слов, Ф’лар лишь махнул рукой в сторону потухших вулканов и давно засыпанных следов поселения.

– Могу сказать две вещи, Ф’лар, – смело заявила Менолли, не боясь возражать предводителю Бенден-Вейра. – Никто из нынешних файров не знал об Алой Звезде, но тем не менее все они ее боялись. И еще…

Менолли помедлила, и Джексом поспешно прервал ее, уверенный, что она собирается сказать о сновидениях файров по поводу яйца Рамот’ы.

– Файры наверняка способны помнить, Ф’лар. С тех пор как я оказался в бухте, меня постоянно беспокоили сны. Сперва я думал, что это последствия горячки, но потом выяснил, что Шарре и Пьемуру снились похожие кошмары… про Двуликую гору. Про эту ее сторону, а не ту, что обращена к бухте.

– Рут’ всегда ночью спит вместе с файрами, Ф’лар, – подхватила Менолли. – Он вполне мог передавать их сновидения Джексому! А наши файры – нам!

Ф’лар кивнул, признавая подобную возможность.

– А прошлой ночью ваши сновидения были ярче обычного?

– Да, предводитель!

Ф’лар рассмеялся, переводя взгляд с Менолли на Джексома.

– И сегодня утром вы решили проверить, есть ли в этих снах доля истины?

– Да, предводитель!

– Ладно, Джексом. – Ф’лар добродушно хлопнул его по спине. – Вряд ли мне стоит тебя винить. Будь у меня возможность, я сам поступил бы так же. И что нам теперь делать дальше, по твоему мнению… и мнению твоих драгоценных файров?

– Я не файр, Ф’лар, но я бы стал копать, – сказал мастер-кузнец, подходя к ним. Лицо его блестело от пота, руки были измазаны травой и грязью. – Нужно раскопать траву и землю. Выяснить, как им удалось