в котором составлен проект резолюции великобританской делегации – это лойяльный тон, а тот тон, в котором составлен проект советской резолюции, где нет ни одного выпада, – это провокационный тон. Это значит действительно говорить на разных языках.

Первый и второй параграфы проекта советской резолюции, как я указал, объективно констатируют факты, против которых бессильны злоба, ненависть, клевета, брань. Ведь все эти выраженьица, которыми так щедро пересыпал свою речь г-н Шоукросс, потеряв всякое душевное равновесие, были, очевидно, предназначены для того, чтобы вывести нас из себя, чтобы дискредитировать, если не самые наши предложения, то, по крайней мере, делегацию, которая внесла эти предложения. Вот почему опять слышатся те же самые уже навязшие в зубах стандартные и враждебные Советскому Союзу бредни относительно «железного занавеса» и прочий антисоветский вздор.

2. Маневры фальсификаторов

Задача наших оппонентов, как всегда, судя по их выступлениям, заключается в том, чтобы попытаться доказать, что Советский Союз вообще против всякого международного сотрудничества и соглашений с другими державами, что Советский Союз вообще смотрит на это сотрудничество, как на какой-то тактический прием, что в действительности Советский Союз находится в состоянии войны со всем миром, маскируя это словами о мире. Вот концепция, которую здесь очень примитивно излагали господа англичане и американцы и, в частности, г-н Остин. Чтобы доказать это, понадобилось попытаться извратить ряд фактов, касающихся основ советской внешней политики. Признаться, мне немного не по себе, когда меня тянут на путь теоретической дискуссии о марксизме и ленинизме в Политическом комитете. Я понимаю, что, в сущности говоря, Политический комитет не для этого создан. Но, если требуют этой дискуссии, если навязывают нам такую дискуссию, мы принимаем ее.

Если, например, лавры г-на Бевина, пустившегося в теоретическое исследование ленинизма, не дают покоя г-ну Макнейлу или не дают покоя также и г-ну Остину, то я готов пойти им навстречу в этом вопросе. Давайте, поговорим, посмотрим, что из этого выйдет.

Вот, г-н Макнейл, защищая, как он сказал, своего шефа, пустился в рассуждения относительно одной цитаты из сочинений В. И. Ленина о трудном восхождении на неисследованную гору. Иногда, говорил Ленин, бывает необходимо итти не прямым путем, а зигзагами и пробовать различные направления. Я надеюсь, что шотландцу, как себя очень часто любит именовать г-н Макнейл, хорошо известно, что значит восходить на гору, да еще на неисследованную гору. И неужели г-н Макнейл никогда не прибегал при таком восхождении к этим, так называемым, зигзагам, а предпочитал итти напролом, даже с риском проломить себе голову.

Чему же учит ленинизм? Он учит великой истине: нельзя не учитывать обстановки; нужно уметь приспособливаться к обстановке, нужно уметь лавировать, нужно уметь не только наступать, но и отступать. История настоящих войн показывает, что искусство отступать является величайшим военным искусством. Этим искусством владел в совершенстве Кутузов, и он победил Наполеона. Этим искусством в совершенстве владеет Сталин, и он победил Гитлера. Этим искусством владеют большевики, и они не раз побеждали в борьбе с нашими врагами нашего более могущественного и обученного искусству этой борьбы противника.

Но курьезнее всего то, что та цитата, на которую сослался г-н Макнейл, имеет прямо противоположный смысл, чем тот, который усмотрел в ней г-н Макнейл. Эта цитата направлена против непонимания необходимости быть гибкими в своей тактике. Наши противники здесь на практике тоже стараются по-своему лавировать, применять свою тактику. Например, им не нравится совет-» екая резолюция. По их мнению, она просто не реальна, она бессмысленна, она провокационна. Но ни один из противников нашей резолюции не осмеливается открыто предложить отклонить эту резолюцию. А сирийский представитель почтенный Эль Хури даже сказал, что если бы мы прямо, открыто отклонили такую резолюцию, то мы вызвали бы разочарование во всем мире. Отсюда поиски более гибкого и осторожного решения задачи.

Сегодня бельгийский представитель сказал: нужно мотивировать, почему мы считаем необходимым отклонить советские предложения. Нужно, развивал далее бельгийский делегат свои мысли, чтобы, отклоняя предложения о запрещении атомной бомбы, сказать, что мы вовсе не против запрещения атомной бомбы, иначе мы окажемся в неудобном положении.

Приведенная Макнейлом цитата способна была доказать только одно, а именно, что Макнейл, как он сам это признал, не в ладах с логикой. Что правда, то правда. Однако, если углубляться в области высказываний ответственных руководителей разных стран по поводу международного сотрудничества, то не лучше ли посмотреть, как и что говорили представители английского правительства или английской правящей партии по этому поводу. Не припомнит ли г-н Макнейл, а, кстати, и г-н Шоукросс, выступление г-на Бевина в палате общин 4-го мая 1948 года, когда г-н Бевин говорил, что он всегда считал, что если бы* не пришлось иметь дело с коммунистической идеологией, то урегулирование разных вопросов с СССР было бы возможно.

Мы придерживаемся другой точки зрения. Можно иметь разные идеологии, можно иметь разные общественные системы и можно сотрудничать, если уважать друг друга, несмотря на разницу в идеологиях, несмотря на различие в общественных системах. И отсюда наше стремление к сотрудничеству. Мы – меньшинство – хотим этого сотрудничества, добиваемся его. На какой основе? Не на основе диктата. Мы хотим сотрудничества на основе взаимного уважения, доверия, которое вытекает из этого уважения, сотрудничества равного с равным. Дело не в разных идеологиях и не в разном общественном строе. Войны в капиталистическом обществе – это войны между странами с одинаковыми экономическими системами. Генералиссимус Сталин в беседе со Стассеном указывал на то, что «экономические системы в Германии и США одинаковые, но, тем не менее, между ними возникла война» Экономические системы США и СССР различны, но они не воевали друг с другом, а сотрудничали во время войны».

И. В. Сталин говорил, что «если две разные системы могли сотрудничать во время войны, то почему они не могут сотрудничать в мирное время?…» И дальше: «Нужно уважать системы, одобренные народом. Только при этом условии возможно сотрудничество».

Г. Бевин придерживается, видимо, прямо противоположных взглядов. Чемберлен пробовал договориться с Гитлером. Он пытался это сделать путем тайных переговоров за спиной Советского Союза в то самое время, когда в Москве шли переговоры с англофранцузской делегацией. Тогда велись переговоры с Гитлером втайне от нас. Гитлера толкали на Восток, на СССР, подстрекая его к новой войне. Это – исторический факт. Госдепартамент США сделал неуклюжую попытку фальсифицировать историю, выступив со своим сборником под названием «Немецко-советские отношения в 1939 – 41 гг.» Госдепартамент пытался таким способом очернить Советский Союз.

Советское информационное бюро при Совете Министров СССР ответило на это исторической