посмотрел на сестру. — Ты пойдёшь?

— Чьи похороны? — не понял Степан.

— Машины, — вздохнула Надя. Она всегда понимала Антона с полуслова. — Хоронят Машу Дементьеву. Пойду, конечно. А ты?

— Схожу, — кивнул шурин. — Скажу пару слов.

Показаться на похоронах учительницы было выигрышно. Мэр не должен прятаться ни от неприятных мероприятий, ни от неприятных вопросов. Избиратели такое поведение ценят.

— Как следствие? — поинтересовался Степан.

Все трое уселись на веранде.

— Топчутся на месте! — поморщился шурин. — Нашли машину, на которой девчонку везли к реке. В багажнике обнаружены следы. Её с вашей стоянки угнали.

— Знаю, — кивнул Степан. — Сегодня из полиции приходили.

— Хоть бы задержали кого-нибудь поскорее! И город бурлит, и самому противно. У тебя на стоянке даже камеры нет?

— Повешу.

— Гадёныш знал, что нет. Не потащился бы наудачу на край города.

— Похоже на то.

— Ужинать останешься? — спросила Надя брата.

Антон отказался, уехал.

Уходить с веранды не хотелось. С клумбы потянуло чем-то приятным, медовым.

Алина, смеясь, нашёптывала что-то Стасу, гонявшему палкой по бассейну надувного утёнка.

Степан с удовольствием вытянул ноги и неожиданно заметил, что глаза у жены влажные.

— Ты что, Надя? — опешил он. — Что с тобой?

Она кончиками пальцев смахнула слёзы.

— Наденька, что случилось? — Вскочив с кресла, он склонился над женой.

Он не помнил её плачущей.

— Ничего. — Она виновато улыбнулась. — Нервы. Убийство Маши на всех действует не лучшим образом.

— Ты не хочешь идти на похороны?

— Не хочу, но придётся. Мы считались подругами. — Надя потёрлась щекой о его руку. — Ты представляешь, мне никто не позвонил, чтобы сказать о похоронах! Ни одна из одноклассниц! Даже Наташа Самойлова. А когда-то мы так дружили!..

— Она может сама не знать, — предположил Степан.

— Сомневаюсь! — Надя передёрнула плечами.

Слава богу, плакать она перестала. Снова стала выдержанной и спокойной, как всегда.

— Позвони Самойловой! Она действительно может не знать. — Степан снова сел в кресло.

Надя послушалась, поговорила с бывшей одноклассницей и, отложив телефон, с горечью усмехнулась.

— Всё она знала! Говорит, прямо сейчас собиралась мне позвонить.

— Не обращай внимания! — посоветовал Степан. — Во-первых, она наверняка тебе действительно позвонила бы. Игнорировать жену собственного директора… сомневаюсь, чтобы она на это решилась. А во-вторых, какое тебе до неё дело! Ты по ней сильно скучаешь?

— И да, и нет. — Надя закинула руки за голову. — Мы как-то отдалились друг от друга. Ни меня к девочкам не тянет, ни их ко мне. Иногда начинает казаться, что вся моя жизнь в прошлом. Знаешь, как у пенсионерки. Только ты, Стас и обслуга.

Ей не хватает общения. Попросить Антона подыскать жене работу?..

С её музыкальным образованием в их городе это проблематично. Разве что в школу, но учительницей музыки Надя не пойдёт, можно даже не предлагать.

Тем не менее Антона стоит озадачить.

— Прости, Стёпа, не знаю, что на меня нашло. — Надя обернулась, позвала няню. — Я тебя задержала сегодня. Можешь идти, Алина. Я учту, что ты переработала.

И опять Степану показалось: он видит в жене что-то новое, начальственное, не свойственное ей раньше.

Подбежавший Стас взял Степана за руку и потащил в дом.

11 июня, четверг

Мастерице Светлане Тина позвонила, дождавшись десяти, и, услышав звонкий женский голос, отчего-то заволновалась.

— Извините, мне ваш номер дала Антонина Ивановна, — быстро заговорила Тина.

— Вы хотите что-то купить? Все мои работы в чате.

— Мне очень нужно просто с вами поговорить. Светлана… Моя сестра пропала пять лет назад. Пожалуйста, уделите мне полчаса!

— Но… — Женщина удивилась, но побеседовать не отказалась. — Хорошо, конечно. Приходите ко мне домой.

Она продиктовала адрес, Тина нашла его на электронной карте.

— Я пойду с тобой! — решил Фёдор.

Тина кивнула. Ей будет сильно его не хватать, когда они разъедутся.

Светлана жила на краю города, почти у самого завода. Улицы, по которым Тина когда-то ездила к дедушке на работу, почти не изменились. Такие же кусты калины и боярышника вдоль заборов, такая же трава у асфальтовых дорожек.

Как будто время в городе замерло, как в фантастическом фильме.

Фёдор, посмотрев на табличку с номером дома, висевшую на ближайшем заборе, открыл деревянную калитку, пропустив Тину вперёд.

Дом у Светланы был новый, из блоков. Плодовые деревья на небольшом участке молодые. Участок был застроен недавно. Около крыльца стоял детский велосипед.

Поднявшись, Фёдор не успел нажать на кнопку дверного звонка: улыбающаяся женщина в окно замахала им рукой — «заходите».

Хозяйка сидела за накрытым пластиковым листом столом. Ей было лет сорок. Тёмные волосы скручены на затылке в пучок. Если бы не некоторое любопытство в глазах, она напоминала бы классическую строгую учительницу из советских фильмов.

— Заходите, — мягко улыбнулась женщина. — Садитесь.

— Меня зовут Тина. А это Фёдор.

Незваные гости сели напротив хозяйки.

— Моя сестра пропала пять лет назад. — Тина достала телефон, открыла Ирин рисунок.

— Я позвонила Антонине. Понимаю, о ком вы говорите.

Тина через стол протянула женщине телефон.

— Этот рисунок сестра сделала на следующий день после того, как в доме напротив убили женщину. С тех пор сестру никто не видел.

Светлана внимательно посмотрела на экран.

— Похоже на вашу заколку, правда?

— Похоже, — подумав, кивнула она. — На убитую эта красотка не походит, да?

— Не походит! — подтвердил Фёдор. — Убитая была… пухленькая. И брюнетка.

Светлана вернула телефон Тине.

— Перешлите мне на почту. Почта в чате указана.

Тина кивнула.

— Вы пытаетесь разыскать эту девушку?

— Пытаемся понять хоть что-то. Девушку сестра могла придумать, а такую заколку вряд ли.

— Я все свои работы фотографирую, но отдельного каталога так и не завела. То времени нет, то ленюсь. — Она вздохнула. — Попробую найти среди старых работ что-то похожее. Но это вряд ли вам поможет, покупателей я не записываю. Иногородним по почте отправляю, нашим, городским, через магазин продаю. Напрямую делаю только своим, знакомым. Для Антонины вот сделала.

— И всё-таки, пожалуйста, попытайтесь что-то вспомнить!

— Попытаюсь. — Светлана посмотрела на Тину с сочувствием. — Как же ваша семья это пережила?

— Плохо пережила!

Ириных родителей больше нет, брат Юра прятал глаза, когда объявлял, что собирается жениться, а Тина перестала радоваться встречам с Борисом.

— Я попробую вспомнить, кому тогда продавала свои работы, — пообещала Светлана. — Но не уверена, что смогу.

— Спасибо!

Тина и Фёдор поднялись.

— Калитку, пожалуйста, хорошо закройте, соседские собаки забегают, а у меня цветы.

Цветочные кусты были аккуратно посажены вдоль дорожки. На некоторых можно было разглядеть бутоны. Через месяц на небольшом Светланином участке станет очень красиво.

Фёдор плотно закрыл калитку. Они снова очутились на узкой солнечной улице, и Тине опять показалось, что время застыло.

* * *

Жена