Сага, ставя передо мной кружку и присаживаясь рядом. – Может, мне стоит сгонять на недельку в Восточный кантон? Говорят, их там куча! Я бы не отказалась от такого интригующего опыта.

– Извращенка, – бурчу я, отпивая свой кофе. – Лучше расскажи, что они там говорили о красных глазах.

– О! Точно! У нагов была клановая система, однако после Войны за независимость кланов почти не осталось, кроме двух самых крупных: бывшего правящего клана Полозов и клана воинов, клана Аспидов. Последний нас и интересует. Один из родов их клан в своё время получил «великий дар».

– Что за дар?

– Этого я не знаю. То ли им тоже не известно, то ли они тщательно скрывают эту информацию, но с тех пор и по сей день первенцы одного из их родов получают красные глаза в наследство. Сейчас, насколько я понимаю, этот род слился с родом Завриев, которые и правят кланом Аспидов и…

– Извини, перебью, но не уверена, что то, что мне нужно касается змеев.

– Ты спрашивала про красные глаза! Я искала всё про красные глаза, знаешь ли!

– А на нагах задержалась из-за двух их аргументов пониже пояса?

Сага хохочет в ответ, и я улыбаюсь, делая глоток.

– Ладно, принято! Переходим к кое-чему поинтереснее, к людям в масках-черепах разных животных и с красными глазами.

Я едва не давлюсь кофе, потому что внезапно ощущаю страх. Люди. Их много? Разные животные? Есть не только Ворон. Кто ещё? Смотрят ли они за мной? И что им нужно?

– Было множество частных случаев, где люди в Сахеме и близлежащих городах замечали нечто такое. Из последнего, прорыв завесы на границы Великого леса чуть больше двадцати зим назад… Жутковато, это было в наш год рождения…

Я ёжусь и почти уверена, что Сага делает то же самое.

– Там видели таких людей и ещё… Странных существ с красными глазами. Точно ничего неизвестно… А твоя тётя ничего не говорила об этом?

– С чего бы Хильде говорить о таком? – удивляюсь я.

– Она ведь училась в Сахеме и жила тут. Более того, в архивных записях я нашла её имя. Ты знала, что она была там в тот вечер, когда границу прорвали? И что она исчезла после этого на почти два десятка дней, а позже её нашли?

– Что? – я широко раскрываю глаза больше по привычке, потому что моему изумлению нужен выход, но смотрю точно мимо Саги.

Ни тётя, ни мама, ничего не упоминали об этом. Хильде никогда не была для меня привычной тётушкой, она была скорее очень близкой старшей подругой, которая приходила на помощь и когда я потянула ногу, и когда мне нужно было сделать эпиляцию задницы! Представить теперь, что она могла не упомянуть о чём-то настолько важном – шокирующе, а ещё немного обидно…

– Ну, возможно, ей просто тяжело вспоминать тот опыт, – предполагает Сага, будто отвечая моим мыслям, – и потому не говорит о травмирующих событиях.

Я рассеянно киваю.

– В любом случае не могла не упомянуть это. Вообще, единичные свидетельства в архивах полиции лежат как раз с начала формирования этих архивов. В разное время за этими красноглазыми пытались охотиться и начинали дела, но, как можешь понять, это ни к чему не приводило. Последнее крупное дело было, как раз тогда, когда была убиты Свана Марн и Ролло Ринд. Сестра и брат.

Имя Сваны всплывает в памяти довольно быстро. Её упоминала Хильде, когда рассказывала про Хоука… Очевидно, Свана Марн – его мать.

– Убийство было квалифицировано, как ритуальное, – осторожно произносит Сага. – Есть вероятность, что могли бы убить и мальчика, но, похоже, мать спрятала его в подполе, а он… Наверняка он смотрел на всё это в половую щель, куда позже стекала и кровь его матери…

Моё сердце сжимается жалости к несчастному Хоуку. Бедный мальчик, какой ужас он пережил!

– Свану убили кинжалом, предварительно разрезав её вены на руках. Её брата, Ролло, настигли позже, снаружи дома. Его… Его будто разорвали чьи-то когти.

Меня начинает трясти, и приходится дышать через рот, чтобы успокоиться. Сага, кажется, замечает это, так что на какое-то время замолкает.

– Что-то ещё? – я наконец нахожу в себе силы продолжить диалог.

– Ну… Нет. Не думаю. Лиц убийц никто и никогда не видел. Возможно, Хоук что-то знает, но в силу своих особенностей поведать нам не может, а телепатия с ним не работает…

Я снова киваю, почти уверенная, что мы с ним единственные, кто видел лица маньяков, но оба не способны рассказать подробности. И это роднит нас, одновременно объясняя, почему мы остались живы… А что, если и к Хоуку приходит кто-то, чтобы играть с несчастным парнем? От этой мысли мне становится жутко…

– А ещё, недавно кто-то видел летающего монстра с красными глазами… Я сначала решила, что это глупости, но есть свидетельница, утверждающая, что на неё напали трое мужчин, когда она возвращалась с конспектами от одногруппницы. И что-то с алыми глазами слетело вниз и забрало этих незнакомцев. Позже, на крыше одного из домов обнаружили истерзанный и обескровленный труп мужчины…

Обескровленный. Снова. И Ворон любит пить кровь…

– В общем, самая рабочая версия – это какой-то жуткий культ. Но, к сожалению, ничего точного… Прости… Может, я ещё покопаюсь и отыщу что-то…

– Всё нормально. Ты проделала огромную работу. Спасибо! – Я протягиваю руку, и Сага нежно сжимает.

Пусть это и не приблизило меня к победе над Вороном, но, по крайней мере, я узнала новое, а ещё… Может, мне попробовать разговорить Хоука?

Глава 8

КУКЛА

Привычная тьма обступает со всех сторон. Она вязкая и густая, двигаться в ней сложно. Мрак оплетает меня и тянет назад, а впереди маячит чья-то фигура. Когда она оглядывается, внутри всё тяжелеет. Мама. Её лицо обескровлено, оно бледное, каким и было последние пару зим перед её гибелью… Васильковые глаза смотрят прямо на меня, а потрескавшиеся сухие губы что-то шепчут…

– Мама! – кричу я, но звук тонет в жуткой черноте.

Ноги едва подчиняются, мне приходится прилагать неимоверные усилия, чтобы сдвинуться с места.