чего же была вся эта дискуссия – спор – ссора: должны ли мы выступать ужасно вооруженными или нет? Мы что, просто развлекаемся?

– Я согласен, что мы многое делаем без головы, – сказал по-прежнему спокойный Координатор. – Делали до сих пор. Но больше мы не можем позволить себе такой роскоши. Все не совсем так, как ты говоришь, – он смотрел на Кибернетика, – потому что существует первый вариант использования излучателей – выброс половины содержимого резервуара. Тогда произойдет взрыв. Но нужно стрелять из хорошего укрытия и всегда на максимальную дальность.

– Значит, перед тем как открывать огонь, нужно залезть на метр в землю, так?

– Самое меньшее на полтора метра – с двухметровым бруствером, – вмешался Физик.

– Ну, это хорошо в позиционной войне. В экспедициях это бессмысленно, – пренебрежительно сказал Химик.

– Ты забываешь о нашем положении, – отпарировал Координатор. – Если не будет другого выхода, один человек с излучателем прикроет отступление остальных.

– А! Без всяких метровых насыпей?

– Если не будет времени – без.

Помолчали.

– Сколько у нас еще годной для употребления воды? – спросил Кибернетик.

– Неполных тысяча двести литров.

– Это очень мало.

– Очень мало.

– Теперь прошу делать конкретные предложения, – заговорил Координатор. На белой повязке у него проступило красное пятнышко. – Нашей целью является спасти себя и… обитателей планеты.

Никто не ответил.

– Жду, – повторил Координатор. – Никто? В связи с этим решаю: экспедиции будут продолжаться. Если удастся установить контакт в благоприятных условиях – сделаем все возможное для взаимопонимания. Наш запас воды чрезвычайно мал. Из-за отсутствия транспортных средств мы не можем его пополнить немедленно. Поэтому придется разделиться. Половина экипажа будет работать в ракете, другая половина – исследовать территорию. Завтра приступим к ремонту вездехода и монтажу излучателей. Если успеем, уже вечером предпримем экспедицию на колесах. Кто хочет что-нибудь сказать?

– Я, – отозвался Инженер.

Скорчившись, уткнув лицо в ладони, он, казалось, смотрел на пол сквозь щели между пальцами.

– Пусть Доктор останется в ракете…

– Почему? – удивился Кибернетик.

Все остальные поняли.

– Он… не предпримет ничего против нас… если ты это имеешь в виду, – медленно, осторожно подбирая слова, сказал Координатор. Красное пятно на его повязке немного увеличилось. – Ты ошибаешься, думая…

– Он… нельзя ли его позвать? Я не хотел бы так…

– Говори, – сказал Координатор.

– Вы знаете, что он сделал там… на этом заводе. Он мог погибнуть.

– Да. Но – он один помог мне… разбросать… – Координатор не кончил.

– Это правда, – согласился Инженер. Он не отрывал рук от лица. – Считайте, что я ничего не сказал.

– Кто еще хочет? – Координатор слегка выпрямился, поднес руку к голове, притронулся к повязке и посмотрел на пальцы.

– Здесь или там, – неизвестно, где мы встретим их раньше, – понизив голос, сказал Физик Инженеру.

– Будем бросать жребий? – спросил Химик.

– Это невозможно: оставаться всегда должны те, у кого на корабле есть работа, то есть специалисты, – сказал Координатор.

Он медленно, удивительно неуверенно встал и вдруг покачнулся. Инженер подскочил, поддержал его, заглянул в лицо.

– Ребята, – сказал он, подняв брови.

Физик обнял Координатора с другой стороны. Координатор позволил им себя поднять. Остальные раскладывали на полу подушки.

– Не хочу лежать, – сказал Координатор, не открывая глаз. – Помогите мне. Спасибо. Это ничего, кажется, шов разошелся.

Кто-то позвал Доктора. Он сменил повязку, наложил дополнительные скобы и дал Координатору какие-то укрепляющие порошки. Потом все улеглись в библиотеке. Было уже около двух ночи, когда они наконец погасили свет, и корабль погрузился в тишину.

ГЛАВА ШЕСТАЯ

На следующий день с утра Физик и Инженер откачали четыре литра обогащенного раствора урановых солей из резерва реактора. Свинцовый контейнер с тяжелой жидкостью стоял посредине уже прибранной лаборатории. Физик и Инженер работали в неуклюже раздутых пластиковых защитных костюмах и в капюшонах с кислородными масками. Они тщательно отмеряли мензуркой порции ценной жидкости, стараясь не пролить ни капли. Для того чтобы началась цепная реакция, хватило бы четырех кубиков раствора. Зарядными устройствами излучателей, укрепленных в штативах на столе, служили специально вытянутые капиллярные трубки из свинцового стекла. Окончив работу, Инженер счетчиком Гейгера проверил герметичность, поворачивая и встряхивая каждый излучатель; утечки не было.

– Не трещит, в норме, – довольно сказал Физик.

Дверь радиоактивного хранилища, бронированная свинцовая плита, медленно поворачивалась вслед за оборотами рукоятки. Физик и Инженер поставили внутрь сосуд с ураном и, когда задвижка защелкнулась, с облегчением сорвали со вспотевших лиц капюшоны вместе с масками.

Остальную часть дня весь экипаж возился с вездеходом. Доступ к грузовому люку преграждала радиоактивная вода. Поэтому вездеход пришлось разобрать и по частям вынести через тоннель, предварительно расширив его в двух самых узких местах. Вездеход почти не требовал ремонта. Небольшая машина, рассчитанная на четырех человек, включая водителя, имела открытый решетчатый багажник на двести килограммов груза. Очень остроумно были устроены колеса вездехода. Водитель мог на ходу менять их диаметр, подкачивая воздух в специальные шины.

Оставалось приготовить изотопную смесь, которая, непосредственно вырабатывая ток, питала электромоторы вездехода. На это ушло шесть часов. Правда, занят был только один человек, наблюдавший за работой реактора.

Инженер и Координатор тем временем лазали на четвереньках по подпалубным тоннелям, проверяя кабели между носовой рубкой и распределительными устройствами машинного отделения и в случае необходимости заменяя их новыми. На холме под защитой ракеты Химик устроил нечто вроде адской кухни и варил в жаропрочных сосудах мазь, булькающую на медленном огне, словно грязевой вулкан. Он растворял, плавил и смешивал просеянные обломки пластиков, вынесенные ведрами с корабля, поодаль уже ждали матрицы – он намеревался заново отлить разбитые распределительные щиты. Он был зол и не желал ни с кем разговаривать: первые отливки оказались слишком хрупкими.

Координатор, Химик и Доктор должны были отправиться на юг в пять, за три часа до наступления темноты. Как обычно, выехать в срок не удалось, только около шести все было готово и уложено. Четвертое сиденье занял излучатель. Багажа они взяли очень немного, зато сзади к багажнику привязали столитровую канистру для воды – большей не удалось протащить через тоннель.

Все немного побаивались минуты расставания. Оставшиеся стояли у ракеты и смотрели, как смешная машина описывает вокруг нее все большие кольца. Управлявший вездеходом Координатор сидел верхом на переднем