о дерзости. — Я собрала сведения о семье Орловских, как вы велели. Старший граф сейчас бросил все силы на поглощение активов Петра Безухова.

— Старика Безухова? Того самого, что держит четверть восточных логистических узлов Империи? — интриган заинтересованно подался вперед, сцепив пальцы в замок.

— Именно его, — кивнула шпионка, радуясь, что информация пришлась ко двору. — Безухов умирает. У него тяжелая форма эфирной гнили — профессиональная болезнь старых техномагов. Врачи разводят руками. Жить графу осталось от силы неделю. Как только он испустит дух, Орловские через подставных лиц активируют векселя и заберут его компанию за копейки. Старик в отчаянии, его наследники уже грызутся за жалкие остатки состояния.

Змей внутри хитроумного манипулятора довольно зашипел. Идеальная мишень. Богатая, загнанная в угол и обладающая нужными ресурсами.

— Как удачно складываются обстоятельства, — на губах юного князя заиграла хищная улыбка. Он извлек фиал и аккуратно поставил его на полированную столешницу. Золотистая жидкость внутри призывно мерцала. — Значит, мы расстроим планы Орловского. Никаких похорон в этом месяце не предвидится.

Наталья с опаской посмотрела на светящийся пузырек.

— Что это? Очередной яд? Вы хотите, чтобы я ускорила процесс и подставила людей Орловского?

— Я похож на банального убийцу? Обижаешь, Наташа. Я — бизнесмен, — Аларик поднялся из-за стола, подошел к графине и мягко опустил руки на ее плечи. От этого прикосновения по спине женщины пробежали мурашки первобытного страха. — Это, моя дорогая, жизнь в чистом виде. Эликсир, способный вытащить человека с того света.

Трикстер наклонился и зашептал ей прямо на ухо, вплетая в голос гипнотические, властные нотки:

— Завтра утром ты нанесешь визит вежливости умирающему Петру Безухову. Как старая подруга его покойной жены. Ты пройдешь в его спальню, выставишь сиделок за дверь и вольешь этот нектар ему в рот.

— Но врачи… Охрана… — слабо попыталась возразить чаровница.

— Ты графиня Потоцкая. Самая желанная и хитрая стерва в столице. Используй свой шарм, подкупи их, соблазни, пригрози — мне плевать, — пальцы юноши чуть сильнее сжали ее плечи. — Главное, чтобы Безухов выпил это. Процесс исцеления будет… весьма бурным. Возможно, он будет кричать, а его глаза засветятся. Не пугайся. Как только старик придет в себя и поймет, что здоров, он спросит, кто совершил это чудо.

Аларик отстранился и посмотрел в ее расширенные от страха и восхищения глаза.

— И тогда ты скажешь ему: «Теневой Владыка решил, что вам рано покидать доску, граф. Ваша жизнь теперь — его инвестиция». И всё. Никаких имен. Никаких адресов. Ты просто развернешься и уйдешь, оставив его гадать. Всё ясно?

— Да, мой господин, — покорно выдохнула шпионка, пряча фиал в сумочку. — Я всё сделаю в лучшем виде.

Особняк графа Безухова пах тленом, карболкой и безнадежностью. Семья уже мысленно делила наследство, а лучшие столичные лекари лишь скорбно качали головами, подсчитывая гонорары за бессмысленные консультации.

Наталья Потоцкая справилась со своей задачей блестяще. Немного слез, щедрая взятка главному лекарю за «пять минут наедине для прощания», и вот она уже стоит у ложа умирающего.

Безухов представлял собой жалкое зрелище. Высохший, покрытый сероватыми пятнами эфирной гнили старик тяжело дышал через специальную техномагическую маску. Его мутные глаза с трудом сфокусировались на вошедшей красавице.

— Натали… — просипел он. — Пришла… посмотреть на труп?

— Пришла отменить ваши похороны, Петр Аркадьевич, — графиня сбросила маску скорбящей подруги. Ее лицо стало жестким и решительным.

Она быстрым движением сорвала с его лица дыхательную маску. Старик захрипел, пытаясь позвать на помощь, но Наталья ловко запрокинула его голову и влила содержимое фиала прямо в пересохшее горло.

«Дыхание Жизни» обрушилось на измученный организм старика подобно термоядерному взрыву.

Безухов выгнулся дугой. Его хребет хрустнул. Эфирная гниль, пожиравшая его легкие, начала испаряться прямо через поры, наполняя комнату запахом озона и жженого сахара. Старик не мог кричать — его голосовые связки регенерировали с пугающей скоростью. Серая кожа на глазах наливалась здоровым румянцем, старческие пигментные пятна исчезали, а глубокие морщины разглаживались.

Наталья отступила на шаг, прижав руки к груди. Одно дело — слышать о чудесах, и совсем другое — видеть, как некромантская алхимия перекраивает человека заживо.

Когда конвульсии отпустили графа, он рухнул обратно на подушки. Грудь старика мощно вздымалась. Он резко открыл глаза — и в полумраке спальни вспыхнули два пугающих, золотистых огонька.

Безухов сел на кровати. Он посмотрел на свои руки, покрывшиеся молодой, упругой кожей. Глубоко, жадно вдохнул воздух полной грудью, не чувствуя привычной, раздирающей боли.

— Что… что это было? — голос графа, еще вчера напоминавший шелест сухих листьев, теперь звучал раскатисто и гулко, как у тридцатилетнего военного. Золотистое свечение в его глазах медленно угасало, уступая место ясному, хищному рассудку. — Магия крови? Высший эфир? Натали, что ты со мной сделала⁈

Он вскочил с постели, даже не заметив, что стоит на ногах без чужой помощи впервые за полгода.

Чаровница, помня инструкции своего господина, напустила на себя вид абсолютной, потусторонней загадочности. Она холодно улыбнулась, поправляя вуаль.

— Теневой Владыка решил, что вам рано покидать доску, граф. Ваша жизнь теперь — его инвестиция, — произнесла она заученную фразу, наслаждаясь произведенным эффектом. — Советую вам поскорее одеться. Адвокаты Орловского уже в приемной, пьют ваш коньяк и готовят бумаги о банкротстве.

Не говоря больше ни слова, графиня развернулась и покинула спальню, оставив ошарашенного, но пышущего абсолютным здоровьем магната наедине с осознанием невозможного чуда.

Два дня спустя столица гудела, как растревоженный улей.

Аларик сидел в закрытой ложе элитного ресторана «Империал», попивая коллекционный коньяк. Перед ним лежала свежая утренняя газета. Заголовки кричали: «Чудесное исцеление графа Безухова! Крах планов корпорации Орловских! Старик вышвырнул адвокатов-рейдеров из своего особняка лично!»

Слухи расползались по высшему свету быстрее, чем чума. Никто не знал точных деталей, но все шептались о «Золотом Эликсире». О том, что на теневом рынке столицы появился некто, способный управлять самой смертью. В кулуарах министерств, в будуарах стареющих фрейлин и в кабинетах генералов — везде звучало имя загадочного «Теневого Владыки».

Самые богатые, самые влиятельные и самые отчаявшиеся люди Империи, страдающие от неизлечимых болезней и старых ран, теперь готовы были отдать любые деньги за один маленький, светящийся флакон. Спрос был создан. И этот спрос был истеричным, фанатичным и безумно прибыльным.

Интерфейс Системы перед глазами Трикстера удовлетворенно мерцал.

«Маркетинговая кампания успешно завершена. Статус рынка: Ажиотажный спрос. Уровень теневого влияния повышен до ранга: „Кукловод“. Пассивный приток душ