заминки она бросилась к Ноэлю на шею, прижалась всем телом, ледяная, как бесконечная зима за окном.

— Скажи, Чарли… — Он с трудом заставил себя говорить, но голос все равно подводил, — этот парень тебя обидел?

— Нет, — соврала она.

Глава 13

Бледный свет раннего утра заполнял комнату, и в воздухе словно плавала сизая дымка. Чарли крепко спала, тесно прижавшись к Ноэлю. Огромное, как вселенная, чувство разрывало его изнутри. В нем смешались нежность, удивление и желание оберегать. Он никогда не думал, что оказаться первым мужчиной у девушки, перевернувшей его сознание, будет настолько важным. И ценным. Ошеломительно…

Ноэль осторожно освободился от ее рук и попытался встать. Она цеплялась за него даже во сне, как беззащитный котенок, и не хотела выпускать из кровати. Да он и сам едва справлялся с соблазном остаться в теплом коконе одеяла, продлить неземное ощущение, будто они одни в безбрежном космосе, но надо было хотя бы доставить ей вещи из пансиона. Не пойдет же она через весь Ос-Арэт в его одежде или в вечернем платье.

Когда доставили одежду, общежитие давно пробудилось. Народ разошелся по занятиям, и вновь воцарилась неземная тишина. Чарли по-прежнему спала. Завтрак в столовой стремительно приближался к завершению. Ноэль чиркнул быструю записку, чтобы она не волновалась, и вышел за кофе.

В холле он увидел Чейса. Одетый в измятый костюм, похоже, вчерашний, перекошенный от ярости он влетел в открытые замковыми духами двери. Под статуей первого ректора по-прежнему запрещалось устраивать потасовки, но парни сошлись.

— Хорошо повеселился, варвар? — еще успел по дороге рявкнуть Чейс.

Ноэль ударил, не задумываясь ни секунды. Голова у противника мотнулась, из носа немедленно брызнула кровь. Северянин схватил противника за лацканы пиджака, не давая ему опрокинуться, и с такой силой дернул к себе, что затрещала ткань. Недолго думая, Чейс вцепился в свитер Коэна, рванув ворот.

— Как ты позволил ей одной среди ночи уехать в Ос-Арэт? — процедил Ноэль сквозь зубы, не сводя яростного взгляда с разбитого лица.

— Зато ты неплохо ее согрел, да? — с кривой ухмылкой, не обращая внимания на кровь, выплюнул Алекс.

И вновь вокруг них собралась толпа, с придыханием ожидающая драки. Откуда появился куратор Чи, оставалось загадкой — Ноэль не особо замечал, что происходило вокруг. Может, вызвали на помощь или проходил мимо, но вдруг наткнулся на подопечного, избивающего сына председателя попечительского совета. Снова.

— Расцепитесь, вы, двое! — прорычал он, с силой пытаясь разнять тяжело дышавших парней, но кулаки тех словно окостенели. Парни вцепились друг в друга намертво, как две бойцовые химеры. — Хотите оба вылететь из академии? Если нет, то выясняйте отношения на арене.

— Дуэль? — широко улыбнулся Алекс. — Мне нравится. Я хочу дуэль, иначе никогда не отмоюсь от северной грязи.

— А я и забыл, как ты любишь фееричные представления, королева драмы, — презрительно усмехнулся Ноэль и с силой его оттолкнул.

Было очевидно, что своими ногами с арены уйдет из них только один. И это будет не Чейс. Щадить этого внезапно проснувшегося женишка, подавшего голос со дна, северянин не собирался.

— Ноэль, — кажется, впервые с момента знакомства примчавшийся Эйнар назвал его по имени, — главное — не покалечь! Тебе не простят.

— Вряд ли, — сухо отозвался Коэн.

— Тогда хотя бы не прикончи, — сдался тот.

— Да что ты такое говоришь?! — вскричала Рэдмин, после неловкого появления в комнате умело избегавшая друзей. — Коэн, прекрати сходить с ума! Что я должна сделать, чтобы ты очнулся наконец? Позвать твою аристократку? Может, она тебя вразумит!

Ноэль резко повернулся к девушке и сильно сжал ее руку чуть повыше локтя, отчего она испуганно ойкнула.

— Послушай, Рэдмин Агнар, очень внимательно, — проговорил он, но она морщилась от боли и пыталась вырваться. — Посмотри на меня! Не смей идти за Чарли. Я не желаю, чтобы ее имя потом полоскали.

Ноэль разжал пальцы, позволяя ей отступить.

— Ты не замечаешь, Коэн? Ситуация повторяется… — вспыхнув от гнева, со злостью прошипела она. — Я помню, чем это закончилось в прошлый раз, а еще лучше помню, с чего началось!

Новость о дуэли разлетелась по замку со скоростью света. Все знали, что противники откровенно друг друга не выносят. Народ считал, что ненависть началась с идиотского турнира. Да и до Ноэля доходило мнение, что он крутит роман с той самой Тэйр, чтобы досадить любимчику Ос-Арэта. Иначе с чего бы ему западать на первостатейную стерву? Они ждали фееричного поединка, и когда соперники взяли в руки мечи, а не тренировочные шесты, толпа словно обезумела. Вопли погасил развернувшийся купол.

— Бой, — уронил Чи.

Чейс кинулся первым. Они били и нападали, применяли боевые заклятья, за многие из которых в приличном турнире давно получили бы пинок под зад. Сейчас их никто не останавливал. После атаки они расходились, примерялись и снова бились. От мощных ударов от мечей сыпались искры. Агрессивная магия на грани разрешенного электризовала воздух.

Ноэль мастерски отразил яростное заклятье. Не задумываясь, отправил удар, способный лишить противника сознания. Ослепительная вспышка, словно внутри защитного кокона, на секунду наполнила пространство. Когда она погасла, оставив после себя клубы дыма, Коэн осознал, что нахлынули крики толпы. Защитная сеть лопнула от мощной магии…

— Лекаря! — заорал кто-то. — В девушку попало заклятье!

У Ноэля похолодела кровь.

— Здесь Шарлотта Тэйр! — выкрикнул незнакомый голос.

Сознание помутилось. Он выпустил меч и рванул к арке. Толпа и не думала расступаться, пришлось толкаться локтями.

Чарли без сознания лежала на каменном полу, белая как полотно. Трясущейся рукой Ноэль пытался мягко хлопать ее по ледяным щекам, но тщетно. Его Чарли, неспособная защититься даже от слабой магии, сейчас была не с ним.

Академический лекарь сказал, что надо ждать. Просто ждать, когда она вернется в сознание. Ноэль не отходил от постели Чарли, но она не очнулась ни через час, ни к вечеру, ни ночью.

В длинной узкой палате лазарета с двумя рядами пустых коек пахло острым ментолом и целительской магией. Ноэль сидел на стуле возле узкой кровати и прислушивался к дыханию любимой девушки. Было страшно до оцепенения. Казалось, что следующий вздох не последует.

На груди, под одеждой Чарли отпечатался знак разящего заклятья света. Хотел бы Ноэль, чтобы этот след был именно на его теле. Этот фигурный ожог был второй самой страшной вещью, какую он видел в своей жизни. Первая — отражение в черной морской воде ненасытного пламени, сжигающего горящую вместе с его семьей шхуну.

Следующий день, невразумительный в своей беспросветной серости, он запомнил смутно. Чи объявил,