Вас изгнали из Шай-Эра, и Шарлотта непременно поедет за вами. Ради вас она развязала обручальную нить, как бы это нелепо ни звучало.

— Давайте будем честны, госпожа Тэйр, — сухо предложил он. — Ваша дочь развязала обручальную нить, потому что Александр Чейс два года вытирал о нее ноги, а в конечном итоге завел отношения на стороне. Вы все отчего-то считаете, что Чарли ведомая. Поверьте, это не так. Она умеет принимать решения и, главное, следует им.

— Вы абсолютно не знаете мою дочь.

— Ошибаетесь. Более того, у меня есть подозрение, что я знаю вашу дочь гораздо лучше ее родителей.

Они на секунду встретились глазами. Возле уголка идеально накрашенных губ Лилии появилась складочка недовольства. Пожалуй, эта крошечная морщинка являлась единственным проявлением истинных эмоций, которое она себе позволила.

— Другими словами, вы непременно позовете ее в Норсент?

— Безусловно, — кивнул он. — Как только Шарлотта захочет, я женюсь на ней.

— Что за дивный это будет союз! — Лилия одарила его сдержанной улыбкой, никак не затронувшей глаза. — Беглая, бесталанная дочь шай-эрского дипломата в обществе, где магия возведена в абсолют, и наследник угасшего рода, которого все считают преступником.

Она словно выплеснула на Ноэля ушат ледяной воды. Каждое слово попадало в цель, каждый звук врезался в сознание.

— Вы захлопываете перед Чарли дверь в идеальное будущее. В Шай-Эре она будет блистать. Влиятельная, красивая, утонченная. Что ждет ее рядом с вами? Подумайте хорошо, Ноэль. Наверняка вы умный молодой мужчина. Здесь ей никогда не простят побег к северянам, но она навсегда останется чужой в Норсенте и превратится в изгоя.

— Я смогу защитить Чарли, — проговорил он.

— Да вы себя-то не смогли защитить и уехали в Шай-Эр, чтобы вас не лишили связи со стихией, — напомнила она. — В конечном итоге любовь угаснет. Чувства не бывают вечными, господин Коэн. И жизнь с вами сделает ее глубоко несчастной. Разве такого будущего вы хотите для девушки, в которую влюблены?

Он промолчал и глубоко вздохнул. Пауза длилась и длилась, тяжелая, как ледяная глыба. Внутри болело.

— Верю, что вы примете правильное решение, — закончила Лилия и прежде, чем выйти, даже ободряюще похлопала его по плечу.

Из лазарета он выходил словно в трансе. Слова матери Чарли снова и снова прокручивались в голове. Легким движением руки она разрушила воздушные замки, которые он понастроил в своих фантазиях. Правда часто была неприглядной. Лучшее, что он мог сделать для Чарли, — широко открыть ей дверь в прекрасную жизнь. И эта жизнь была не с ним.

— Коэн! — вернул его в реальность Эйнар.

Ноэль не заметил, когда подошел друг, и почти удивленно обнаружил, что уже добрался до холла.

— Чи сказал, что тебя высылают…

— Не сейчас, Эйнар, — бросил он. — Давай все потом.

Сейчас — ему предстояло принять правильное решение.

В середине дня атлетические залы пустовали. Зимний прозрачный свет проникал сквозь узкие окна под потолком. В косых сизых лучах, не способных победить седые тени, плавала пыль. Пахло боевыми заклятьями и разочарованием.

Гнев вспыхнул внезапно, оглушающий и лишающий рассудка. Ноэль выхватил из стойки тренировочный шест и, стараясь избавиться от свербящей боли, с яростным воплем ударил по стене. Брызнули комья побелки, шест с хрустом разломился пополам. Пространство погрузилось в гулкую тишину.

В груди ныло. Отбросив обломок шеста, Ноэль прикрыл глаза и попытался выровнять тяжелое дыхание. Больше никаких разрушений: ни внешних, ни внутренних. Он сможет пережить очередной разрыв, но будет тихим. В этот раз — непременно.

Глава 14

С первородного языка его фамилия переводилась, как «башня тьмы». Когда он заставил уйти любимую девушку, по которой буквально сходил с ума, в этой башне окончательно погас свет. Шарлотта не поверила ни единому его слову. Она едва держалась на ногах, но отвесила такую пощечину, что у Ноэля дернулась голова и обожгло щеку. Собственно, он определенно напросился на эту пощечину и удивился только тому, какая тяжелая рука оказалась у хрупкой принцессы.

Рэдмин возникла на следующий день. Как ни в чем не бывало подсела за стол к парням. Она делала вид, что во время дуэли вовсе не совершила глупость, и напрочь игнорировала гнусное настроение Ноэля. Днем Мина пристала к нему с переводом текста на первородном языке, следовала по пятам в библиотеке. Возможно, не заметь Ноэль между книжными стеллажами Чарли с ее бывшим женихом, сорвался бы раньше.

Скрестив руки на груди, он смотрел за тем, как подруга неразборчивым почерком с танцующими буквами записывала перевод, и пытался выкинуть из головы образ Шарлотты. Ревновать было глупо — он сам ушел, но задушить это собственническое чувство не удавалось.

— Ноэль? — позвала Мина.

— Да? — Он поймал себя на том, что буравит точку в покрашенной стене, и опустил голову. В этот момент губы Мины стремительно приблизились к его лицу. Невольно Ноэль отстранился, и поцелуй пришелся на уголок рта. Она замерла, словно ожидала, что Коэн перехватит инициативу.

— Что ты делаешь? — сухо спросил он.

Рэдмин широко раскрыла глаза, в панике отстранилась и резко вскочила со стула.

— Нет уж постой. — Ноэль ловко схватил ее за запястье и, не позволяя сбежать, заставил усесться обратно. — Я знаю, что ты влюблена в меня, Рэдмин. Ты всегда плохо скрывалась.

Она замерла, словно единственная не понимала, насколько чувства были прозрачны.

— Я всегда влюблена в тебя, а ты — в кого-то другого. Ты неизменно выбираешь других, Ноэль!

— Мина, я отношусь к тебе как к младшей сестре, — перебил он. — Было жестоко заставлять тебя мучиться. Знаю, что безответная любовь — полный отстой, но я правда надеялся, что в конечном итоге ты встретишь нормального парня.

— Я уже встретила тебя! Когда мы вернемся на родину…

— Ты не поедешь следом за мной в Норсент. — Он покачал головой. — Не обесценивай собственные усилия получить хорошее образование. И начни уже жить своей, а не моей жизнью.

— Ноэль!

— Нам давно пора прекратить изображать друзей, — отрезал Коэн. — Поверь, скоро ты избавишься от привычки любить меня.

Некоторое время они смотрели глаза в глаза.

— Хорошо, Ноэль Коэн. — Рэдмин начала судорожно собирать учебники и захлопнула тетрадь. — Но не думай, что ты меня выставил. Я от тебя ушла!

Она сбежала из библиотеки. Ноэль облокотился о стол и спрятал лицо в ладонях. Поступать правильно было так демонски сложно!

Глава 15

Ради счастья любимой девушки Ноэль совершил самый сложный поступок в своей жизни: он отпустил Чарли жить ее прекрасную жизнь. Ведь настоящая любовь — это не