о нём в беседе, мастер был известный и уважаемый. А реализм я ещё сам почти не изучал, так что тема была интересная.

Взнос за участие был не маленький, но на знаниях и навыках экономить точно нельзя. Художник, переставший учиться, мёртв, даже если рука его ещё держит кисть. К тому же мастер-класс — это не одни лишь навыки. Это новые лица, новые знакомства в ремесле. А связи, как я уже усвоил, в этом мире стоят порой дороже золота.

Так что я записался, и перевёл деньги за участие. Отлично, в субботу пойду на мероприятие.

Пока что начал собираться домой. И тут зазвонил телефон. Звонила Вика.

— Добрый вечер, — взял я трубку. — Что-то случилось?

— Да, и ещё как, — голос у девушки был очень расстроенным. — Можешь приехать, пожалуйста? Мне так жаль…

Так, дело, судя по всему, серьёзное.

Глава 8

Этого просто не может быть!

Я не стал тратить время на разговоры по телефону. И так было понятно, что произошло что-то серьёзное. Поэтому бросил короткое «Скоро буду», и поспешил к девушке.

По дороге перебирал в голове варианты. За что ей может быть жаль? Пока не имел ни малейшего представления.

Добрался до её квартиры, позвонил в дверь. Вика открыла почти сразу, расстроенная и поникшая. А ещё в перчатках, с тряпкой и ведром в руках.

— Артём, — поникшим голосом сказала она. — Прости, что вытащила тебя на ночь глядя. Просто я не знаю, что делать… У соседей сверху трубу прорвало. И они меня затопили. А ведь у меня там граффити…

Вот оно в чём дело. Я поспешил в комнату. По стене действительно тянулись мокрые подтёки. Вода уже не лилась, но стены ещё не просохли. На полу стояли тазы, вёдра, были разложены тряпки. По самому рисунку расползлось бледное пятно, кое-где осела белёсая известковая муть.

Вика стояла позади меня, обхватив себя руками.

— Всё пропало, да? — нервно спросила она. — Столько работы, и всё насмарку!

— Не торопитесь с приговором, сударыня, — отозвался я, и шагнул ближе к стене.

Присел и внимательно осмотрел свой рисунок. Провёл пальцами по краю потёка, потом достал из кармана платок и осторожно протёр участок рисунка. Белёсая муть сошла легко, оставив под собой нетронутую краску. Рисунок не пострадал.

Отлично! Баллончики для работы мы брали самые лучшие, так что вода такому была не страшна.

— Вика, — улыбнулся я. — Лес жив. Краска водостойкая, так что вода её не повредила. Вот эта белая муть, что покрывает рисунок, это известь с потолка. Она просто осела сверху. Смотри.

Я ещё раз провёл платком по стене, открывая чистый, нетронутый рисунок. Туман в глубине леса остался таким же загадочным, каким я его и задумывал.

Вика подошла ближе, недоверчиво потрогала стену сама.

— Правда… — выдохнула она. — А я уж думала, всё, придётся заново… Я так испугалась. Сижу, реву, а сделать ничего не могу.

— Пятно от воды на потолке надо будет подсушить и закрасить, это да, — заметил я. — А сам рисунок просто протереть начисто и будет дальше радовать. Это работа на полчаса, не больше. Сейчас трогать его лишний раз не стоит, пусть подсохнет.

— Спасибо тебе, — она наконец-то слабо улыбнулась. — Я как тебя услышала по телефону, сразу спокойнее стало. Знала, что ты разберёшься.

— А теперь, с твоего позволения, я схожу к виновникам торжества, — сказал я. — Они живут этажом выше, верно?

— Да, но… — Вика замялась. — Может, не надо? Они и так, наверное, в панике.

— Надо, — мягко возразил я. — Твои соседи должны быть в курсе того, что произошло с твоим домом из-за их проблемы.

Я поднялся на четвёртый этаж и позвонил в дверь. Открыл мужчина лет тридцати пяти, в мокрой футболке, с тряпкой в руке. Из глубины квартиры доносился детский плач и женский голос, кого-то успокаивающий.

— Добрый вечер, — сказал я. — Я из квартиры под вами. У вас, как я понимаю, прорвало трубу.

— Ох, да, вы уж простите нас! — воскликнул мужчина. — Стояк потёк, мы перекрыли уже воду, аварийку вызвали. Сами в шоке. У нас тут двое мелких, я всё в одну каску… Сильно вас залило?

— К счастью, не сильно, — ответил я. — Залило стену. На стене была роспись, художественная работа. К счастью, всё обошлось, краска не пострадала. Но вот потолок надо будет покрасить.

— Мы заплатим, — торопливо вставила подошедшая женщина с малышом на руках. — За ремонт, за всё. Только скажите сколько.

— Это разберётся хозяйка квартиры, — спокойно ответил я. — Пока что занимайтесь ликвидацией последствий в собственной квартире, этим займётесь позже. Просто попрошу впредь быть внимательнее.

— Само собой, — закивал мужчина. — Мы стояк менять будем, управляющую компанию вызвали уже. Больше не повторится, честное слово. Спасибо, что по-человечески пришли, без ругани!

— Криками проблемы не решить, — улыбнулся я. — Доброй ночи!

Я спустился обратно. Вика встретила меня в дверях.

— Ну как? — спросила она.

— Люди как люди, — пожал я плечами. — Виноваты, каются, обещали закрасить потолок. Семья с двумя детьми, им сейчас несладко. Но они всё поняли.

Вика покачала головой.

— Спасибо тебе огромное, — сказала она. — Я так растерялась… А ты пришёл, и всё мне сразу решил.

— Ты так спокойно со всеми, — сказала она. — Я бы там разоралась, наверное.

Я только улыбнулся.

— Слушай, — вдруг засуетилась Вика. — Ты же из-за меня поужинать наверняка не успел. А я как раз пасту собиралась делать, с морепродуктами. Может, останешься? В благодарность за помощь.

Отказываться было бы невежливо. Да и, признаться, я и не хотел отказываться от такого предложения.

— С удовольствием, — кивнул я.

Пока Вика хлопотала на кухне, я ещё раз осмотрел стену. Рисунок в полном порядке, это не могло не радовать. Одна из моих любимых работ в этом мире. Я выставил её в своём сообществе, и она уже набрала много «лайков». Что в этом мире означало, что людям тоже нравится.

Вика быстро приготовила ужин, и мы приступили к еде. Паста вышла отменная. Креветки, чеснок, немного сливок. В моём прежнем мире дамы знатных родов к плите и близко не подходили, на то была прислуга. А эта девушка и работала сама, и дом вела сама, и готовила вкусно. Похвальная самостоятельность.

— Очень вкусно, — искренне сказал я. — Как и всегда.

— Скажешь тоже, — она махнула рукой, но было видно, что приятно. — Обычная паста. Ты лучше расскажи о себе что-нибудь. Например, чем занимаешься помимо татуировок и спасения моих стен по вечерам?

— Учусь, — ответил я. — В эту субботу иду на один мастер-класс. Известный мастер, Алексей Воронин, даёт урок по реализму. Хочу освоить