фитиль, и это означает, что свет в вашем доме зажигаете вы только вдвоём. Поодиночке вы не сможете зажечь свет, вы просто рисунки. Вместе же вы пламя.

Олег и Марина почти синхронно посмотрели на эскиз.

— Это отлично! — обрадовалась Марина. — Я боялась, что что-то большое будет. А это маленький рисунок, и да, прямо про нас.

— Делаем, — улыбнулся Олег.

Я доработал эскиз, обсудил с ними детали. Решили оставить всё в тонком лайнворке. Чем проще рисунок, тем громче он говорит.

Первым сел Олег. Я обработал ему запястье, перевёл эскиз, подготовил рабочее место. Надел монокль и приступил.

«Начертание активно».

И почти тут же, следом, развернулся пергамент с новой строкой.

«Штраф за утрату монокля снят. Подсказки восстановлены».

Ох, этого мне давно не хватало. Система часто давала подсказки и по работе, и по положению моего тела. Без них работать было сложнее.

«Рекомендуется чуть уменьшить нажим на сгибе запястья. Кожа здесь тоньше».

Я едва не поблагодарил систему вслух, но вовремя себя остановил. При клиентах лучше с моноклем не разговаривать.

Намерение сложилось само, без всякого усилия. Да и могло ли быть иначе при таких-то клиентах. Тепло и желание сохранить то, что зажглось когда-то на летней набережной. Не дать ему угаснуть.

Я работал медленно и аккуратно. Огонёк спички вышел живым, с тонкими язычками пламени. Закончив с Олегом, я заклеил ему запястье плёнкой и приступил к татуировке Марины. Фитиль свечи на её руке я выполнил так же тщательно, нарисовав ещё и капельку воска у основания.

Через два часа обе работы были готовы. Пергамент развернулся перед глазами.

«Начертание завершено. Два объекта».

«Оценка: Отлично».

«Анализ работы: парное намерение считано чисто. Точность линий высокая. Глубина нажима равномерная. Композиция сильная. Связь объектов устойчивая. Итог: высший балл».

«Татуировкам присвоено свойство: Обновление чувств. Между носителями вернётся прежняя живость и взаимное внимание. Они вновь начнут замечать друг в друге то, что радовало их в начале пути. Угасшая искра разгорится. Эффект постоянный. Носители не осведомлены».

Отличное свойство, это именно то, за чем они пришли. Я улыбнулся.

«Прогресс к следующему рангу: 8 из 20».

Хорошо. Медленно, но верно. Второй ранг покорялся тяжелее первого, но оно и понятно.

Я снял монокль и убрал его в карман.

— Готово, — сказал я. — Можете взглянуть.

Олег и Марина подошли к зеркалу и соединили руки. Огонёк спички встал ровнёхонько напротив фитиля. Марина тихо засмеялась, а Олег обнял её за плечи.

— Здорово вышло, — сказал он. — Лучше всякой свадьбы.

Я объяснил им про уход, когда снимать плёнку. Они заплатили за работу восемь тысяч, и ушли.

* * *

После их ухода я убрал рабочее место, немного потренировался на латексе. Потом посидел с эскизом для Александра, набрасывая себе идеи.

Часа через два дверь в мастерскую распахнулась, и на пороге возник Лёха.

— Здорово, Артём! — с порога выпалил он. — Слушай, у меня к тебе разговор. Не радостный, правда.

— Привет, — отозвался я. — Проходи. Что стряслось?

Лёха плюхнулся на стул, и выдохнул. В этот раз он явно пришёл не с пустой сплетней.

— В общем, дела такие, — начал он. — Нашу контору с материалами полностью подмял под себя Дорохов. Заключил какой-то эксклюзивный договор, и теперь с остальными мастерами мы разрываем договоры. В том числе и с тобой разорвём, выходит.

Я улыбнулся.

— Лёха, спасибо, что предупредил, — сказал я. — Но я уже и сам разорвал с вами договор, и работаю с поставщиком из Москвы.

Он выпучил на меня глаза. Ему вряд ли об этом докладывали, он простой курьер. А то, что ко мне долго не было доставок, мог счесть за случайность. Или связать с закрытием мастерской.

— То есть, это по тебе не ударит? — уточнил он.

— Точно нет, — улыбнулся я. — Не переживай.

Даже забавно, что Дорохов в итоге связался с не самым качественным поставщиком. Материалы у конторы, где изначально заказывал Артём, были дешёвые, но не лучшего качества. Я уже успел сравнить разницу, когда перешёл на новые материалы.

Но «Чернила судьбы» подкупали не качеством, а громким именем и распространённостью. Громкое имя да нарядная обёртка служили тем, кому нечем похвастать по существу. При дворе таких хватало, пустых людей с пышными титулами.

— А я-то теперь не знаю, чего и делать, — вздохнул Лёха. — Мне не нравится вся эта история от слова совсем. А вот куда идти, не знаю.

Он уже один раз намекал, что хотел бы пойти в мои ученики. Но конкретно обучить его на тату-мастера я не мог, квалификация не та, и прав таких нет.

А парень ведь неплохой. Прямой, языкастый, но честный.

Его можно было бы взять пока что в помощники. Руки лишними не будут. Но пока что платить ему решительно нечем. Мастерская только встала на ноги, долги Артёма ещё не разгребены до конца, а следующая аренда уже скоро. Брать человека, которому не сможешь дать жалованья, это последнее дело.

Да и с законом в таком случае надо будет разобраться. Я ведь сам пока что числюсь как «самозанятый». А может ли такой, как я, вообще нанимать работников? Или для этого надо что-то иное, новые бумаги, новые проблемы с ведомствами?

Этого всего я тоже не знал.

— Послушай, Лёха, — сказал я. — С увольнением ты не торопись. Потому что уходить в никуда — это мероприятие очень опасное. А насчёт того, чтобы пойти ко мне… я помню твоё предложение. И, скажу честно, оно мне нравится. Но сейчас я не могу это устроить. Дай мне время разобраться, как тут всё устроено по закону. Как разберусь, так и поговорим серьёзно. Идёт?

Лёха улыбнулся.

— Идёт, — кивнул он. — Ты, главное, не забудь. А я подожду, чего уж! Ладно, побегу я. Спасибо тебе!

И он умчался за дверь. Я остался один, ещё раз обдумал всё услышанное. Дорохов пытается перекрыть мне кислород, да только этот шаг уже запоздал. И за это надо благодарить Марата, именно он сказал мне про тот план Максима.

* * *

После Лёхи у меня было два клиента, которым я сделал обычные татуировки без начертаний. Одному выполнил какого-то персонажа из мультфильма, другой девушке снова надпись.

После окончательной уборки мастерской, мытья полов и обработки поверхностей, я заглянул в чат тату-мастеров. Полезное место, откуда я часто узнавал что-то новое.

И наткнулся на объявление. В эту субботу некий мастер по имени Алексей Воронин, по прозвищу Лис, давал мастер-класс по технике реализма. Как раз в Саратове. Судя по тому, с каким придыханием писали