Он неприязненно покосился на двух курсантов, стоящих в стороне и до сих пор не пришедших в себя. Один из них, судя по всему, блевал. Даже отсутствие завтрака, полигон не спасло.

— Ладно, — махнул рукой мастер. — Все молодцы. Переходим к лёгкой разминке.

— Лёгкой?.. — с тихой, искренней ненавистью прошептал кто-то за моей спиной.

Разминка длилась больше часа.

Каждый сустав, каждую мышцу, каждую связку Кейлини прорабатывал и растягивал минимум тремя разными способами. Без рывков, медленно и методично, с чётким объяснением, зачем и что мы делаем. Анатомию человеческого тела Мастер знал в совершенстве — я отметил для себя немало полезного.

К концу «лёгкой разминки» девяносто процентов нашей группы едва стояли на ногах.

Но не все.

Дашков, Шереметьев, Валевская, и ещё несколько ребят, держались молодцом. Да, форма на них была насквозь мокрой, по лбам струился пот, в особо изнуряющих упражнениях ноги порой дрожали от напряжения. Но никто не халтурил. Все движения — чётко, до конца, с полной самоотдачей.

Явных халтурщиков вообще было немного. Любой, кого мастер ловил на ленце, тут же получал болезненный тычок древком копья под рёбра.

— Запомните, — спокойно говорил Кейлини. — В бою вам никто не даст поблажку за усталость.

Дальше начался бег с усложнениями: резкие смены направления, короткие ускорения, падения и подъёмы, перекаты через плечо, снова рывок.

— Закончили. Делимся на пары. Оружие — тренировочные мечи. Используем все приёмы что знаем, без ограничений. — Кейлини обвёл полигон взглядом. — Адепт Романов, а вы, ко мне. — добавил он чуть позже.

Глава 7

Новый спарринг-партнер. Отработка

Курсанты разобравшись по парам, заняли места на заранее размеченных площадках для поединков.

— Адепт Романов.

Мастер Кейлини стоял неподвижно, его взгляд — отточенный, как клинок, — скользнул по мне, отмечая детали: ровное дыхание, сухие виски, отсутствие мышечной дрожи после разминки.

— Вижу, форма на высоте. Даже вспотели едва.

Я коротко кивнул.

— Я слышал, вы болели, — сказал он после короткой паузы. — Сейчас всё в порядке? Ограничений по нагрузке нет?

— Никаких, — покачал головой я.

Кейлини чуть прищурился.

— Дар жизни, верно?

— Да.

— Обладателям такого дара физические нагрузки обычно даются легче. Восстановление идёт быстрее.

— Верно. — вновь согласился я.

Мастер на мгновение задумался. Кивнул, как будто ставя галочку в невидимом журнале. Его глаза, цвета льда, сузились.

— А с оружием как? Не допрос, поймите. Просто всех остальных я знаю годами. Вас — вижу впервые.

Я слегка пожал плечами.

— В достаточной степени, — ответил уклончиво.

Кейлини усмехнулся. На губах мелькнула тень улыбки.

— Хорошо. Берите оружие. Оценим ваше «достаточно» на практике.

— Какое? — спросил я, уже поворачиваясь к стойкам.

— Любое, — он наконец улыбнулся по-настоящему, и в этой улыбке промелькнуло легкое пренебрежение. — Какое сочтёте нужным.

Мастер выбрал себе простой полуторный меч. Я, не раздумывая, взял такой же. До уровня прежнего тела — дистанция в световые годы, но месяцы тренировок в Смоленске не прошли даром. Со смертным справлюсь. Даже если его титулуют «Мастером».

Интересно… маг ли он? Ни фона, ни пульсации, ни малейшей ряби… Я его словно не ощущал, хотя даже простые смертные осиавляли свой след. Проверять навязчивым сканированием — грубо и глупо. Просто отметил про себя: выяснить в будущем.

Перед тем как занять позицию, я поднял клинок.

— Мастер Кейлини. Можно без зрителей?

Он приподнял бровь.

— Боитесь опозориться?

— Нет, — я позволил себе холодную улыбку. — Боюсь подорвать ваш авторитет.

Мастер рассмеялся низким искренним смехом.

— Даже так? Что ж, вы меня заинтриговали.

Он коснулся артефактного наруча на запястье. Вокруг нашей площадки взметнулась мутная, дрожащая пелена, поглотившая звуки и отрезавшая нас от внешнего мира.

— Устроит?

— Вполне.

Мы встали друг против друга. Я отсалютовал клинком — и без предупреждения перешёл в атаку. Резкий, рубящий удар сверху, с вложением всего корпуса.

Закончим быстро.

Словно ожидавший подобное, Кейлини ушёл в сторону, легкой тенью сместившись с траектории удара. Его клинок тут же выстрелил в ответ — короткий, жёсткий тычок, без замаха.

Я лениво парировал, принял сталь на сильную часть лезвия и тут же направил следующий удар ему в плечо.

Мы обменялись серией скупых, быстрых ударов. Без лишней красоты, с максимальной эффективность. Экономия сил, контроль дистанции, минимальные амплитуды.

Мастер отскочил на шаг, бросив на меня взгляд, в котором читалось чистое изумление.

Он держал глухую оборону. Безупречную. Каждый блок, каждый отвод — выверены до миллиметра. Он огрызался редкими, отточенными контратаками, изучая меня. Пробить такую защиту сходу было нереально.

Он силён… И быстр. Возможно, даже быстрее меня в этом теле. Что ж. Значит, нужна хитрая игра.

Внутренне усмехнувшись, я начал подыгрывать. Нарочно «ошибся» при выпаде — рука чуть запаздывала, корпус уходил раньше. Ещё раз. И ещё. Всё в рамках правдоподобия, но достаточно, чтобы выглядело как недостаток техники. Нужно было, чтобы он клюнул. Чтобы уверовал в найденную слабость.

Очередная атака. Кейлини парировал — и впервые за поединок торжествующе улыбнулся. Он пошёл вперёд, вкладываясь в удар всем телом.

Попался?

Вместо того чтобы отступить, как прежде, я встретил его клинок жёстким блоком и сам шагнул навстречу, ломая дистанцию.

Скрежет стали. На миг всё замерло.

Не знаю, каким чудом, но Кейлини сумел извернуться. Проворот на опорной ноге, уклон корпусом, стремительный отскок — изящный, смертельный пируэт. Он выскользнул из ловушки, отделавшись лишь испугом.

Я едва сдержал раздражённый вздох. Быстр. Очень быстр. Не вышло.

— Вы почти поймали меня, — спокойно произнёс Кейлини, отступая на шаг. — Я правильно понял, вы открывались специально?

Я улыбнулся, не отвечая прямо.

— Продолжим?

Он смерил меня взглядом — уже без тени снисхождения. Взглядом равного.

— Безусловно. Но не сейчас.

Мастер поднял клинок в знак окончания дуэли и коснулся браслета. Мутный барьер дрогнул и рассыпался.

— Залетите ко мне после занятия, — добавил он. — Думаю, нам есть о чём поговорить.

Я кивнул.

Разговор и вправду обещал быть любопытным.

Тренировка завершилась. Я выждал, пока поток курсантов не схлынул с полигона, и подошёл к низкой, невзрачной двери в глубине арсенала — туда, куда скрылся Кейлини.

Его кабинет оказался… аскетичным. Не комната, но келья. Ни окон, ни роскоши. Голые каменные стены, побеленные известью, давно посеревшей от времени. Вдоль одной — стойки с оружием: мечи, копья, топоры с зазубренными лезвиями, щиты со вмятинами от ударов. В углу — мешки, набитые песком и опилками, прошитые грубыми швами. Пол устилали протертые маты.

Стол — грубый, деревянный, весь в царапинах и пятнах. На нём — беспорядочная стопка бумаг, чернильница, кружка с недопитым чаем. Ни единого украшения.

Что больше всего удивило — в