class="p1">— По одной монете с продажи, — машинально начала торговаться я, хотя понимала, что согласилась бы и на большее.

— Софи, помилуйте! — Ирис схватился за сердце, правда, с правой стороны груди. — Я только что чуть не упал в обморок, спасая ваших… девушек. Три монеты. И бесплатная бутылка каждой новой партии.

— По рукам, — я протянула ладонь.

Мы пожали руки. Ладонь мага была влажной и холодной — магия и правда выкачала из него все силы. Я еле сдержалась, чтобы не стереть пот толстяка о платье, но это было бы невежливо.

— Ну вот и славно, — он с трудом поднялся, опираясь на стол. Ноги его дрожали. — Я, пожалуй, пойду. Мне бы отлежаться… И, Софи, лорд просил передать: не высовывайтесь пару дней. В порту сейчас… душно. Лишние глаза, лишние уши. И он также извинялся, что не смог прийти лично, сами понимаете, слухи…

Он ушел, шаркая ногами и бормоча что-то про мягкую перину. Я понимала, почему лорд не заглянул. Однозначно, уже весь город знал про то, что я купила девушек, и теперь слухи обо мне должны были поползти с новой силой. Но винить меня сейчас было не в чем.

Я вернулась к столу и села. Будущее с «Магическим тоником» выглядело прекрасно, как мираж в пустыне, но оно было где-то там, далеко. А наши финансы пели романсы уже сейчас. Зато моя совесть была чиста, а Лира и Айлис свободны. А деньги… Их всегда можно заработать.

— Софи, — осторожно начал Лоренс, глядя в книгу учета, которую я открыла с обреченностью висельника. — Это все замечательно. Маг, печати, перспективы… Но как мы сможем сделать столько ЛимонЭла?.. На это нужны деньги, а у нас… — он потряс перевернутой шкатулкой. Оттуда с жалобным стуком выкатилась одинокая пуговица.

— Пуговица, — констатировал Энзо. — И та, кажется, от кальсон Руперта.

В комнате стало совсем тихо. Лира испуганно переводила взгляд с меня на пуговицу. Айла хмурилась, вертя в руках тот самый нож.

— Я продать купе, — тихо предложила Лира, касаясь мочки уха. Там тускло блестел маленький камушек — единственное, что у нее осталось из прошлой жизни.

— Нет, — отрезала я, даже не глядя на нее. — Купе — по-нашему это сережка. И не будем мы продавать ваши вещи. Мы не настолько отчаялись.

«Настолько», — шепнул внутренний голос. Я встала и начала мерить шагами кухню. Туда-сюда. Скрип половиц действовал на нервы, как метроном, отсчитывающий время до катастрофы. Где взять деньги, когда ты в чужом мире, твой покровитель связан политикой, а твой бизнес-план требует вложений, которых нет?

По моим скромным подсчетам, у меня было около восьмидесяти элов. Этого хватило бы на кровати и бочки, но на основу для напитка… Ну с напрягом. Но я также знала, что без вложений в дело ничего не выйдет. Хочешь получить прибыль на своей идее — в нее надо вложиться. Как в моем мире, так и в этом. Без труда и затрат ничего не получится, только если ты не ужасный везунчик, у кого удача бегает рядом на поводке. А меня она, так вообще, обходит стороной…

Я остановилась у полки, где стояла та самая банка с черным тмином, которую спасла Айла. «Не там ищешь…» Голос прозвучал в голове так четко, что я вздрогнула. Это были слова Руперта. Той страшной ночью, когда он заболел, он шептал что-то в бреду. Я тогда списала это на жар, на агонию… «Елена… под скалой… огонь под водой… я спрятал… для них… яблоня…»

Огонь под волной. Меня словно током ударило. Я замерла, глядя в стену невидящим взглядом. Я ведь видела этот «огонь под водой». В пещере Грота Истины во время Суда. Там, где нефтяная пленка горела на воде. Я была там. Я чуть не погибла там. И Чак…

Я резко развернулась к мальчишке. Чак, который как раз пытался незаметно стянуть корку хлеба, подпрыгнул.

— А? Я ничего не брал!

— Чак, — мой голос дрогнул от волнения. — Та пещера. Грот Истины. Ты не видел там никакого сундука?

— Ну да, — он шмыгнул носом. — Я там сухари прятал. И там… там сундук какой-то старый в стене торчал, весь в ракушках. Только он не открывался, и я побоялся… Думал, там крабы живут.

В кухне повисла звенящая тишина. Даже Айла перестала вертеть нож и подняла голову, глядя на меня с интересом.

— Сундук, — выдохнула я, чувствуя, как сердце начинает биться где-то в горле. — Я же почти забыла про него! Столько раз напоминала себе и вот! Мы спасены!

— Софи, — голос Лоренса стал тревожным. — У тебя такой взгляд… Мне это не нравится. Что ты задумала?

Я медленно обвела взглядом свою странную, голодную, но готовую на все команду. Усталость и апатию как рукой сняло. В крови забурлил адреналин — тот самый, который помогал мне выживать на планерках и собраниях когда-то давно в кофейне.

— Энзо, ищи лопату. Чак, готовь фонарь и веревку.

— Мы кого-то закапываем? — с надеждой спросил Энзо, вставая из-за стола.

— Нет, — я хищно улыбнулась. — Мы идем на рыбалку. И молитесь всем богам, чтобы мое наследство не оказалось мусором…

Я не знала, что именно спрятал Руперт. Это могла быть куча золота, про которую он забыл, учитывая то, как быстро его разум съела деменция. Это могли быть тряпки, подсвечники или набор пустых бутылок, что до сих пор таскал нам его друг Кристофер. Это могло быть что угодно!

Но сейчас меня под пятую точку толкало чувство, что мне это в любом случае пригодится.

Глава 15. О том, что не все добрые дела возвращаются нам чем-то хорошим

День прошел в суматохе. Я не решилась идти днем, ведь кто знает, что там припрятал покойный Руперт, а в том, как облагается налогом клад в Штормфорде, никто не разбирался. Да и узнавать не хотелось, как и делиться полученным наследством, даже если бы там нашлась всего пара элов.

Я усадила девочек за работу, хотя изначально планировала дать им отдохнуть и прийти в себя. Но бойкая Айла на ломанном элийском заявила, что они могут и хотят работать. Я же лишь пожала плечами и мигом нашла для них дело. Лира с каким-то остервенением мыла посуду, видимо, как и я, пыталась спустить всю