малое, что я могу сделать для нас, ты была так добра к нам и Лире с Айлис, так что мы с Чаком не позволим тебе лишний раз мокнуть.

Энзо не оставил мне шансов на пререкания. Я лишь надула губы и отошла, наблюдая за тем, как мои мальчики скрываются в темноте: один — в туннеле, а другой — уходя под воду.

Я осталась одна на кромке воды. Я куталась в шаль, чувствуя, как холод пробирается под одежду, и молилась, чтобы Энзо не застрял и не порезался об острые камни. «Только бы обошлось, — крутилось в голове. — Только бы это не оказалось пустышкой».

Я не знаю, сколько времени прошло, пока я терпеливо крутила варианты того, как в случае чего вызволять их из мокрого плена. Когда я уже готова была нырять за Энзо, вода вспенилась. С громким фырканьем, похожим на выброс кита, на поверхность вынырнул Энзо.

— Есть! — прохрипел он, отплевываясь от соленой воды. — Тяжелый, зараза! Чак, толкай оттуда!

Из расщелины послышалось кряхтение мальчишки.

— Да толкаю я! Он в ил врос!

Я бросилась к воде, забыв про обещание не мокнуть, и схватила Энзо за протянутую руку, помогая ему выбраться. Следом он помог Чаку достать предмет наших поисков из маленького лаза. Это был он. Небольшой, окованный почерневшей бронзой сундук, облепленный ракушками и тиной. Энзо рухнул на песок, тяжело дыша. С его мокрой рубахи стекали ручьи.

— Если там пустые бутылки, — выдохнул он, — я лично найду прах Руперта в море и закопаю его обратно!.

Чак поднес факел ближе. Я опустилась на колени перед находкой. На крышке не было висячего замка, но был врезной механизм без скважины для ключа. Вместо нее на металле был выгравирован символ — чайка, пикирующая в волну. Герб рода Марлоу? Насмешка над Фионой?

— И как открывать? — спросил Чак.

— Лопатой?

— Нет, — я провела пальцем по скользкому холодному металлу. — Не думаю, что сила тут что-то решит…

Я вспомнила, как магия дома реагировала на меня. Как тряпка сама мыла пол, когда я злилась или хотела порядка. Здесь должно быть так же. Это наследие моей «крови», пусть и попаданческой. Я мысленно попросила сундук открыться, попыталась призвать магию и даже ругалась, пока парни смотрели на меня, как на умалишенную. Но все было без толку.

Я в сердцах пнула сундук, начиная злиться. Может, нужна кровь? Как в старых фильмах про ведьм и волшебство?

— Мне нужен нож, — сказала я, доставая трофейный клинок Айлы.

Не давая себе времени испугаться, я слегка надрезала палец. Выступила капля крови. Я прижала ее к глазу металлической чайки. Энзо и Чак затаили дыхание. Секунда. Две. Ничего.

— Может, надо было плюнуть? — предположил Энзо.

Но тут внутри сундука что-то глухо щелкнуло. Чайка на крышке вдруг потеплела под моим пальцем, и крышка с противным скрипом приоткрылась.

— Работает! — восторженно шепнул Чак.

Я откинула крышку. Хоть бы не пустые бутылки, хоть бы не пустые бутылки… Внутри, завернутые в промасленную кожу, лежали не горы золота, но вещи куда более странные. Первым делом я вытащила тугой мешочек. Развязала шнурок. На ладонь высыпались монеты — тяжелые, тускло блестящие.

— Старые имперские реалы, — присвистнул Энзо, мгновенно забыв про усталость. — Софи, за один такой менялы дают три обычных эла! Тут их штук пятьдесят!

— На бочки и спирт хватит, — кивнула я, чувствуя огромное облегчение. Мы не умрем с голоду. — А это что?

Я достала медный тубус. Внутри оказались карты, сделанные из чего-то, похожего на рыбью кожу. Линии на них светились слабым голубоватым светом.

— «Течение мертвеца», «Бухта тишины»… — прочитала я. — Это карты контрабандистов. Руперт знал обходные пути.

— Спрячь, — серьезно сказал Энзо. — За эти карты капитан Гридри и ему подобные горло перережут. Лучше отдать это лорду, а тот пускай сам разбирается, мы люди простые, нам и так проблем хватает…

Тут Энзо был прав. Если это что-то незаконное, лучше передать карты Арчибальду, а тот уже решит, что с этим делать. Лучше, конечно, преподнести это королевскому приказчику, но как потом объяснить, откуда они у меня?

Но самым странным был последний предмет. Свинцовый ящик размером с обувную коробку. От него веяло… зимой. Настоящим морозом. Я осторожно приоткрыла его. Внутри лежал голубой кристалл, пульсирующий холодом. Мои пальцы мгновенно онемели.

— «Сердце зимы», — ахнул Чак. — Я слышал сказки! Это артефакт с моря! Он может заморозить целый погреб! Мне мама рассказывала, как моряки с помощью такой штуки хранили еду годами…

Чак приуныл, оглядываясь в сторону моря. Мальчик все еще ждал, что родители вернутся, но… Я уже понимала, что этого не произойдет. Но этот «артефакт»…

В моей голове словно взорвался фейерверк. Холод. В мире без холодильников.

— Мы сможем подавать ЛимонЭл ледяным, — прошептала я. — И хранить рыбу неделями. Айла сможет делать заготовки… Боже, это лучше золота! Это вечный двигатель торговли!

— Нам не придется рыть второй погреб? — осторожно уточнил Энзо.

— Я еще не решила… Собираемся, — скомандовала я, закрывая ящик. — Уходим. Быстро.

Обратный путь мы преодолели на адреналине. Сундук казался легким, как пушинка. Мы почти бежали, предвкушая, как расскажем обо всем Лоренсу. Мы вывалились на задний двор трактира, грязные, мокрые, но счастливые.

— Фух, — Энзо с грохотом опустил сундук на траву. — Я требую двойную порцию той капусты! И массаж!

— Обойдешься капустой, — рассмеялась я. — Зато теперь мы…

Договорить я не успела. Из тени старых зарослей винограда вышла высокая фигура. Мы замерли. Чак юркнул за спину Энзо, а я инстинктивно шагнула вперед, закрывая собой сундук. Фигура сделала шаг на свет нашего факела. Блеснули серебряные пуговицы на камзоле.

— Гуляете по ночам, леди Софи? — раздался знакомый, обманчиво спокойный голос.

Арчибальд. Он стоял, скрестив руки на груди. Ветер трепал полы его плаща, а взгляд серых глаз был тяжелее, чем тот свинцовый ящик с холодом. Он выглядел уставшим и злым. Я невольно залюбовалась его лицом и блеском его волос под ночным небом. Я мотнула шеей, отгоняя такие крамольные мысли. Видимо, копать погреб нужно мне, а не Энзо…

— Я же просил не высовываться, — тихо произнес он. — Я отправил мага. Я прислал записку. Я поднял патрули, чтобы Харроу не подослал к вам убийц. А вы? Вы таскаете