превышают любые известные мне расчетные лимиты! — тараторила проекция, вываливая передо мной десятки сложных графиков изумрудного цвета. — Эта светящаяся дамочка в трюме жрет армейскую высокотемпературную плазму на завтрак и вежливо просит добавки! Локальные накопители заполнены на двести процентов! Мы теперь можем легко танцевать чечетку на минных полях Тортуги абсолютно безнаказанно, распевая похабные пиратские песни!

Я ошарашенно уставился на тактические мониторы, отказываясь верить собственным глазам. Показатели внешней композитной брони намертво застыли на стопроцентной отметке. Система нагло игнорировала непрерывный артиллерийский шторм, бушующий всего в паре метров от внешней обшивки. Ни одной прожженной дыры. Ни единой микротрещины в изношенном усталостном металле. Кустарный симбиоз живой первородной энергии, гнилых медных проводов и моего любимого клейкого адгезива превратил дешевое исследовательское корыто в непробиваемый монолитный дредноут. Маленький «Странник» переродился в абсолютного космического хищника. Эта машина могла спокойно пережить прямое попадание из орбитального планетарного орудия без потери герметичности кабины.

— Заряжаю плазменные резаки на полную мощность! — звонко скомандовала ИИ, хищно потирая виртуальные ладошки. Костюм чирлидерши мгновенно сменился на строгий парадный мундир артиллерийского офицера с гипертрофированными золотыми эполетами. — Сейчас мы наглядно покажем этим напыщенным любителям красивых парадов, как работает настоящая тотальная аннигиляция! Порвем их неповоротливый флагман на мелкие сувенирные брелоки!

— Отставить огонь, кусок агрессивного кода, — резко бросил я, перехватывая управление и намертво сжимая теплые рукояти штурвала.

Черные угловатые туши имперских крейсеров продолжали яростно изрыгать тонны раскаленной смерти в нашу сторону. Они неуклюже перестраивались в пространстве. Брали маленький корвет в классические фланговые клещи, методично заливая огнем каждый кубический метр вакуума. Я прекрасно видел через визоры суету мелких палубных штурмовиков вокруг гигантских махин.

Там сидели обычные напуганные парни. Вчерашние зеленые курсанты летной академии, такие же нищие мечтатели, каким я сам выпустился пару лет назад. Они слепо выполняли преступный приказ обезумевшего от безнаказанности советника. Грязная паранойя одного высокопоставленного штабного ублюдка совершенно не стоила жизней сотен простых работяг-пилотов. Шким просто зачищал свидетелей своего предательства руками ничего не подозревающих срочников. Рядовые бойцы честно отрабатывали свою скудную государственную зарплату, надеясь вернуться домой к семьям.

— Сними цифровые пальцы с гашеток, Мири. Никакой массовой бойни сегодня не предвидится.

— Капитан, ты случайно не ударился затылком о распределительный пульт при жестком выходе из варпа? — искренне возмутилась голограмма, уперев руки в бока и гневно раздувая ноздри. — Они буквально пытаются разложить нас на базовые субатомные частицы прямо сейчас! Базовые правила хорошего тона в глубоком космосе четко подразумевают максимально вежливый залп из всех бортовых стволов в ответ на такую агрессию!

— Это совершенно не их война, — процедил я сквозь стиснутые зубы, внимательно отслеживая яркие трассера тяжелых кинетических снарядов. — Простые пилоты не виноваты, что их продажный командир променял офицерскую честь на запретные технологии Древних. Если мы сейчас начнем радостно палить в ответ, сжигая их кабины, мы станем ровно такими же беспринципными мясниками. Я дипломированный инженер-мусорщик, а не серийный убийца на сдельной оплате.

Я скосил уставшие глаза на обзорный экран центрального отсека.

Кира неподвижно застыла посреди технической палубы, напоминая изящную статую древней богини, высеченную из цельного куска фиолетового мрамора. Синтетическая девушка закрыла глаза, полностью отдавшись мощному симбиотическому потоку. На ее длинной тонкой шее ритмично мерцала серебристая нейросеть, отзываясь на каждую внешнюю атаку по нашему щиту мягким, успокаивающим светом. Ее грудная клетка медленно, глубоко вздымалась. Эфирный барьер за толстым бронестеклом рубки идеально синхронизировался с ритмом ее механического дыхания. На каждый вдох невидимый кокон вспыхивал втрое ярче, жадно впитывая колоссальную разрушительную энергию вражеских попаданий. На каждый долгий выдох барьер плавно распределял поглощенную мощь прямиком по перегретым маршевым двигателям. Дочь Короля Пыли чувствовала присутствие Ауры так же кристально ясно, как я чувствовал мелкую отдачу штурвала. Два древних создания нашли идеальный язык общения без единого сказанного слова.

— Роджер мыслит предельно верно, — тихо произнесла Кира. Распахнула бездонные глаза, наполненные сияющим неоном. — Эти хрупкие органические единицы просто обмануты ложными протоколами своего командования.

Биомеханическая воительница подошла к моему пилотскому креслу, мягко опустив прохладную ладонь на потертый пластик подлокотника.

— Их бессмысленное уничтожение не решит нашу глобальную проблему, а лишь геометрически умножит хаос. Аура полностью согласна с твоим решением. Эфирал отказывается тратить накопленный чистый свет на убийство слепых пешек.

— Ой, какие мы все внезапно стали просветленные пацифисты! — обиженно фыркнула Мири, театрально закатив золотистые глаза к закопченному потолку рубки. — Выездное заседание клуба благородных девиц объявляется открытым. Ладно, философствующие гуманисты-неудачники. Если мы принципиально никого не сжигаем заживо, тогда давайте хотя бы максимально эффектно поиздеваемся над их хваленой академической выучкой! У меня главные вычислительные кластеры чешутся от скуки!

— А вот это отличное предложение принимается безоговорочно, — хищная, предвкушающая улыбка сама поползла по моему небритому лицу. — Ищи бреши в их строю. Настало время показать этим неповоротливым имперским коровам мастер-класс пилотирования от скромного парня с Целины.

Глаза Искина мгновенно вспыхнули плотным потоком бегущих строк бинарного кода. Мири играючи просеяла сотни терабайт грязного зашифрованного радиоэфира за доли секунды, легко вскрывая неуклюжие маневренные схемы тяжелого флота Шкима. Вычислительные мощности военного ядра Иджис щелкали внешние телеметрические каналы имперцев как дешевые орехи.

— Капитан, фиксирую огромную брешь в секторе ноль-четыре! — бодро отрапортовала голограмма, рисуя на лобовом стекле извилистый зеленый коридор. — Их неповоротливые линкоры перекрывают друг другу сектора эффективного огня из-за нашего слишком близкого расположения к флагману! Угол атаки тридцать градусов, скорость сближения максимальная!

— Держите желудки под строгим контролем, команда! — радостно заорал я, бросая корвет в сумасшедшее отвесное пике.

Усиленный эфиром «Странник» серебристой рыбкой нырнул прямо под массивное бронированное брюхо гигантского имперского левиафана. Я полностью отключил внутренние гравикомпенсаторы на три долгие секунды, позволяя кораблю плавно проскользить на чистой кинетической инерции ровно между двумя перекрестными лучами корабельных турболазеров. Перегрузка мгновенно вдавила тело в кресло, жестоко выбивая остатки воздуха из легких. Но живая тяга Ауры немедленно компенсировала недостаток маневренности. Наш обновленный корвет буквально танцевал вальс среди непрерывных взрывов.

Ювелирно выверенная бочка вправо. Резкий уход глубоким контролируемым скольжением вниз. Мы пролетели в считанных метрах от ощетинившейся стволами зениток брони тяжелого крейсера. Этот наглый финт заставил автоматические системы наведения противника панически пищать от критической перегрузки сенсоров. Я отчетливо разглядел через толстый прозрачный купол ошарашенное, бледное лицо молодого стрелка в турели. Парень явно забыл все молитвы, увидев несущийся в лобовую атаку светящийся метеор.

Мы кружились в самом эпицентре смертельного огненного улья, играючи превращая грозную