тяжелого вздоха. — Как? Объясните мне, как можно было заблудиться, имея перед глазами светящиеся лапки?! Вы свернули на девяносто градусов возле коновязи!»

«Я ела! — мысленно огрызнулась я, облизывая жирные пальцы. — И вообще, у меня альтернативное восприятие пространства, ты же знаешь!»

«Ваш человеческий ген, подавивший животную ориентацию в пространстве, снова ведет нас в тупик, — проворчал Фаро. — Право и лево — это базовые концепции, доступные даже примитивным грызунам, капитан. Это называется "топографический кретинизм". Ладно, стойте на месте, я калибрую эхолокацию».

Пока Фаро пытался заново сориентироваться, я решила проверить ближайший шатер. Осторожно отодвинув край тяжелого полога, я заглянула внутрь.

В нос ударил запах благовоний и пота. В тусклом свете лампы я увидела коренастого воина со шрамом, который пару часов назад плевал мне под ноги. Правда, сейчас он лежал на спине, привязанный шелковыми лентами к кровати, а сверху на нем восседала рыжая шахтерша, методично и весьма агрессивно доказывая, кто в их семье будет главной. Воин глухо, восторженно стонал.

«Ого. А девочка-то с огоньком, — я поспешно опустила полог. — Рада за них, но нам дальше».

Наконец, обойдя еще пару палаток и пугая стражников своим окровавленным от мясного соуса видом, я добралась до неприметного шатра на самом краю лагеря. Фенек остановился у входа, сел и указал на него своим пушистым хвостом.

Я кивнула, отключая аватар. Голограмма растворилась в воздухе, а я бесшумно юркнула под полог. К этому моменту в руках у меня осталась только гладко обглоданная кость.

Мартин сидел на краю жесткой лежанки, пытаясь вскрыть брикет с армейским сухпайком. В углу, сжавшись в комочек и натянув на себя плед, тихо всхлипывала худенькая девчонка — та самая, которую он выбрал на Отборе.

Услышав шорох, курсант вскинул голову. Его глаза расширились, когда он увидел меня. Из замарашки в кремовом мешке я превратилась в собранную, смертельно опасную тень. Фольц выронил сухпаек на пол.

— Вы живы! — радостно, но испуганно зашептал он. — Мы думали, этот дикарь вас убил! Вы... Создатель, вы вся в крови?!

— Это соус, — мрачно бросила я, отбрасывая кость в угол. Я посмотрела на сухпаек, валяющийся у его ног. Мой желудок всё еще требовательно урчал. — Еда есть еще?

— Э-э... Да, только питательные батончики...

Я молча сгребла у него из рук три брикета, разорвала пластик зубами и начала методично их пережевывать.

— Чертовы инопланетяне... — злобно бубнила я с набитым ртом, глядя в пространство стеклянным взглядом. — Чертов метаболизм химеры. Да у этого Владыки выносливость, как у тяжелого крейсера Альянса! Всю энергию выкачал, демон блондинистый... Я думала, сдохну, пока до вас дойду.

Мартин вжался в стену, с ужасом и благоговением наблюдая, как элитный агент Звездного флота стоит измазанная мясным жиром и уничтожает их запас провизии, проклиная мужскую силу лорда Сиама.

Я тяжело вздохнула, вытерла рот тыльной стороной ладони и, почувствовав, что тремор окончательно прошел, посмотрела на Фольца.

— Курсант Фольц. Спецагент Клеопатра Нова, Звездный флот Союза Планет. Мы уходим. Сейчас. Никаких вопросов. Твоя мать ждет тебя. Хватай фляги с водой и двигаем. Транспорт на стоянке за шатром.

Парень кивнул с солдатской четкостью. Он схватил со стола две тяжелые фляги, закинул за спину дорожный мешок, а затем... Повернулся к девчонке в углу и протянул ей руку.

— Лиа, вставай. Мы уходим.

Девчонка испуганно захныкала, вжимаясь в стенку. Я замерла. Это была та самая девушка, которая измазала себя сажей в купальнях, за что получила розг.

— Фольц. Ты что делаешь? — мой голос стал ледяным.

— Я забираю ее с собой, — упрямо ответил курсант, не глядя на меня. Он мягко потянул девушку за руку. — Я не оставлю ее здесь.

— Оставишь, — отрезала я. — Моя миссия — вытащить тебя. Точка. У меня договор с контрабандистами. Шаттл маленький, всё просчитано под наш вес.

— Значит, мы выбросим часть груза, — Мартин выпрямился, и в нем вдруг проснулась та самая дурацкая, несгибаемая звездная гордость. — Если я исчезну, а она останется... Агент Нова, вы же знаете, что с ней сделают! Ее либо убьют, либо отдадут в шахты! Мой долг офицера...

— Ты еще не офицер, сопляк! — прошипела я, делая шаг к нему. — Мой долг — вернуть тебя живым. Оставь девчонку!

Мартин побледнел. Он видел мою силу, понимал, что я сверну ему шею за две секунды. Но он сделал шаг назад, заслонив Лиа своим телом.

— Тогда бейте, — тихо сказал он. — Потому что сам я без нее никуда не пойду.

Мы сверлили друг друга взглядами долгих пять секунд. Я скрипела зубами. Моя интуиция подсказывала, что каждый лишний килограмм на том пиратском корыте может стоить нам жизни. Но, глядя на этого упрямого, не сломленного мальчишку, я вдруг вспомнила своего отца. Артур Нова тоже никогда не бросал тех, кого считал нужным защитить.

— Фаро, — мысленно простонала я. — Скажи мне, что мы не разобьемся к чертовой матери из-за лишних пятидесяти килограммов.

«Аэродинамика контрабандных судов непредсказуема, капитан. Но вероятность фатального исхода при перегрузе возрастет на двенадцать процентов. Решать вам».

Я шумно выдохнула и потерла переносицу.

— Ладно. Берем твою принцессу, — рыкнула я, и Мартин едва заметно выдохнул. — Но слушай меня внимательно, курсант. Если на орбите нам не хватит тяги и придется сбрасывать балласт, чтобы не сгореть... я выкину вас обоих в открытый космос без скафандров. Ясно?

— Так точно, мэм!

— Пошли, благородный ты наш. Время на исходе.

Мы выскользнули из шатра через задний полог. В тени скал тускло поблескивали металлом песчаные квадроциклы: тяжелые машины с широкими гусеницами. Охраны здесь не было.

Я подбежала к ближайшему вездеходу и быстро поддела ножом панель зажигания, ожидая увидеть привычную россыпь сенсоров. Но под крышкой оказался лишь моток пыльных разноцветных проводов и грубые металлические контакты.

— Фаро, подключайся. Давай код запуска, — скомандовала я.

«Капитан, — в голосе ИИ прозвучало искреннее электронное недоумение. — Куда подключаться? Здесь нет цифрового интерфейса. Нет бортового компьютера. Эта рухлядь работает на примитивном внутреннем сгорании и механическом замыкании. Я бессилен».

— Твою мать! — я со злости ударила кулаком по броне вездехода, оставив на металле вмятину. — Варвары! Кто в эпоху гипердвигателей ездит на аналоговом дерьме?!

Я лихорадочно огляделась. Время безжалостно уходило.

— Так, Фольц. План Б, — рыкнула я, прикидывая варианты. — Идем искать местное парнокопытное на коновязи. Или топаем пешком до точки эвакуации, если хочешь умереть от истощения в пустыне.

Мартин промолчал, но его взгляд вдруг метнулся к Лиа. Девчонка, которая до этого лишь жалась к его спине, вдруг перестала плакать. Она не отрываясь, почти завороженно смотрела на выдранные провода и искореженную панель зажигания. Лиа сделала робкий