напуганной жертвы, и незаметно нажала большим пальцем на основание ладони. Под кожей тихо щелкнул микромеханизм, и на указательный палец выдвинулось тонкое, почти невидимое кольцо с микроиглой. Лошадиная доза транквилизатора, способная свалить бронированного крогана. Одно касание к его шее, и я свободна.

Халидан навис надо мной. Он не стал рвать на мне одежду. Его огромные руки скользнули по моим плечам с пугающей, гипнотической нежностью. Он стянул с меня кремовый чехол, отбрасывая его в сторону, как ненужный мусор.

Его взгляд скользнул по моему телу. По тренированным мышцам, шрамам от старых ранений, которые я не успела свести в медкапсуле. Он видел, что я не хрупкая цветочница. И это распаляло его еще больше.

— Ша'ар дхаи... — хрипло выдохнул он, зарываясь пальцами в мои волосы и притягивая к себе.

Я занесла руку с кольцом для удара. И замерла.

Его губы коснулись моей шеи, обжигая. Запах его кожи, смесь раскаленного песка и мужской силы, ударил в голову почище любого нейротоксина. Он был властным, невыносимо горячим и таким... Правильным. Вся моя выстроенная защита, вся моя профессиональная холодность вдруг дали трещину.

Я всегда грезила сильными мужчинами. Теми, кто мог бы сравниться со мной, кто не сломался бы от моей природы. И сейчас этот первобытный лорд пробуждал во мне инстинкты, которые я годами давила тренировками.

«Капитан, я фиксирую критический сбой в вашей сердечно-сосудистой системе! — запаниковал Фаро. — Пульс сто сорок! Выброс эндорфинов и окситоцина превышает норму... Вы забыли ввести транквилизатор! Колите!»

«Фаро... — мысленно простонала я, когда Халидан прикусил мочку моего уха, заставляя меня выгнуться навстречу его рукам. — Отключай сенсоры. Протокол "Конфиденциальность"».

«Капитан! Это прямое нарушение...»

«Спящий режим, железяка! Это приказ!» — мысленно рявкнула я.

Связь в голове оборвалась с едва слышным статическим щелчком, оставляя меня наедине с тишиной шатра, моим сбившимся дыханием и мужчиной, который одним своим присутствием заполнял всё пространство.

Халидан отступил на шаг. Его льдистые глаза потемнели, зрачки расширились, поглотив радужку, когда он медленно, не сводя с меня немигающего взгляда, принялся раздеваться.

Сначала на ковры полетела тяжелая перевязь. Затем он одним тягучим, плавным движением стянул через голову свою темную, матовую тунику, похожую на гибкую чешую.

Я замерла, почти забыв, как дышать. Мои глаза, привыкшие оценивать противников, сейчас жадно скользили по его телу, считывая совершенно иную информацию. Он был безупречен. Идеальная, первобытная машина, сотканная из литых, тяжелых мышц и стали. Широкая грудь, кубики пресса, напоминающие высеченный из светлого камня монолит, и узкие бедра. Его кожу покрывала вязь старых, побелевших шрамов: следы когтей местных хищников и энергетических клинков, которые лишь подчеркивали, что передо мной стоит не изнеженный аристократ, а воин, выживший в сотнях боев.

В горле пересохло. Моя природа, которую я годами подавляла тренировками и жесткой дисциплиной Звездного флота, вдруг взвилась на дыбы, откликаясь на эту неприкрытую, подавляющую мощь.

Сколько лет я ловила себя на мысли, что хочу оказаться в постели с достойным? Земные мужчины, даже самые натренированные агенты из моего спецподразделения, всегда казались мне хрупкими. Заводя редкие, мимолетные романы, я была вынуждена постоянно контролировать себя. Сдерживать силу, прятать звериные рефлексы, бояться случайно причинить боль, если страсть выйдет из-под контроля. Я всегда была для них слишком сильной, слишком быстрой, слишком опасной.

А теперь передо мной стоял альфа, рядом с которым я впервые в жизни почувствовала себя миниатюрной. Мужчина, который мог выдержать не только мою силу, но и мою тьму.

Халидан избавился от остатков одежды и шагнул ко мне. Я даже не успела замахнуться, чтобы сымитировать сопротивление или использовать кольцо с транквилизатором, чего я не собиралась делать на самом деле, как его огромные, горячие ладони легли на мою талию, и в следующее мгновение я оторвалась от земли. Он поднял меня так легко, словно в моем теле, усиленном плотными костями и тяжелыми мышцами, не было ни грамма веса.

Его руки скользнули по моей спине, властно прижимая меня к своей широкой, обжигающей груди. Разница в наших габаритах сейчас ощущалась особенно остро: мои ноги обвили его литые бедра, а руки сами собой сомкнулись на его шее, зарываясь пальцами в тяжелую светлую косу.

— Ша'ар дхаи... — хрипло, прямо мне в губы выдохнул Халидан.

В этом звуке было столько голодного, сдерживаемого желания, что у меня по спине пробежала дрожь. Он не стал ждать моего ответа. Его губы накрыли мои властно, жестко, не оставляя ни малейшего шанса на отступление. Это был не поцелуй, это был захват территории. Он сминал мои губы, его язык по-хозяйски проник в мой рот, подчиняя, пробуя на вкус, заявляя свои права, пока его мозолистые ладони жадно сминали мои бедра и ягодицы, заставляя теснее прижаться к его твердому, напряженному до предела телу. Я кожей чувствовала пугающую, пульсирующую мощь его возбуждения, и, к моему собственному безумию, эта сокрушительная мужская сила вызывала во мне не страх, а темный, тягучий восторг.

И я ответила. Впервые в жизни я отпустила все тормоза. Я впилась в его плечи, отвечая на поцелуй с не меньшей яростью.

Халидан глухо зарычал. От этого звука, завибрировавшего в его груди, у меня подогнулись бы ноги, если бы он не держал меня на весу. Он сделал несколько уверенных шагов и вместе со мной рухнул на широкую постель, устланную пушистыми шкурами.

Его тяжелое, горячее тело накрыло меня сверху, вдавливая в меха. Он целовал мою шею, ключицы, спускаясь ниже, к груди, оставляя на коже влажные, обжигающие следы. Его большие мозолистые руки блуждали по моему телу, сминая мышцы, лаская так жадно, словно он боялся, что я растаю в ночном воздухе.

Он брал меня с той же неотвратимостью и силой, с какой, должно быть, завоевывал новые земли. Мощно, глубоко, заставляя меня выгибаться дугой и кусать губы до крови, чтобы не сорваться на крик. Но при всей своей дикой, первобытной ярости, он парадоксальным образом чувствовал каждую мою реакцию. Когда боль от напора сменялась удовольствием, когда мои ногти до крови впивались в его спину, он лишь утробно рычал, наращивая темп и подминая меня под себя еще властнее.

Я тонула в запахе его пота, мускуса и сандала. В жаре его кожи и безумном ритме, который он задавал. Мои инстинкты пели, сплетаясь с его силой. Мы были двумя хищниками, которые наконец-то нашли друг друга в этой бездонной галактике, сойдясь в поединке, где проигрыш означал высшее наслаждение.

Только когда волна оргазма накрыла меня с головой, выжигая из сознания все мысли о миссии, Звездном флоте и спасенных