не научилось выдерживать яркий свет. А свет, преломляющийся в струях фонтана и отраженный снегом, был все же перебором.

— Не узнала тебя без маски. Зачем звала?

На бортике фонтана, на котором недавно порхали Бимсу с Фридой… сидела сирена. Со свистком на шее.

— Нарви?..

Тильда привычно не доверяла собственным глазам. И все же… это была сирена Льдистого залива.

— Не так уж просто было сюда добраться, знаешь ли, Тильда Сваль. Надеюсь, это было что-то серьезное.

— Но я… не звала, — обескураженно сказала Тильда.

— А кто дудел в раковину ночью?

— Ночью?..

— Уж прости — Льдистый залив в принципе не близко, а подземными водами добираться сюда и вовсе не китовый жир. Что случилось?

Чак упоминал что-то, будто в лавку кто-то влез, но ничего не взял. А вот вещи были не на месте, и следы на полу…

Несостоявшийся грабитель дудел в раковину сирен?.. Глупости какие…

Но это… это шанс. Ис давно хотела встретиться с сиренами, и союз с сиреной Льдистого залива — это оно.

— Вот уж не представляла, что вы можете передвигаться подземными водами… Но это даже хорошо — наша императрица хотела с тобой поговорить. Очень. Ты ведь не против?..

И Тильда снова скатала снежок. На сей раз смочив его водой из фонтана, чтобы не рассыпался. И запустила прямехонько Исмее в окно — маленькая месть за ее вредность. Нарви с удивлением проследила за траекторией полета снежного комка.

Даже внизу было слышно, как жалобно зазвенело стекло. Но выдержало. Получи, заноза мелкая! Еще снежок и еще.

— Ис! — сложила Тильда ладони рупором и прокричала, как в детстве. — Выходи!

Жизнь кипит в другой башне, так что никто не услышит. А даже если, ей ничего за это не будет. И пусть дядя Тири узнает, что это она была у императрицы утром — Чарличек все разрулит. Потому что у Ис не осталось выбора.

Посмотреть бы на лицо дяди Тири, когда он увидит Чака на месте советника…

Еще снежок. Наконец! Лицо в окне, сердитое донельзя.

— Это императрица, — обернулась Тильда к Нарви.

И с торжеством увидела, как изменилась в лице Ис. Конечно, увидела она не так уж много — третий этаж и ясный снежный день, пылающий холодным солнцем, но достаточно, чтобы понять: сейчас эта капризулька подберет первые попавшиеся юбки и стрелой спустится в сад.

— А вода здесь теплая, — сказала Нарви. — Вот, держи. Захватила для тебя.

И она сунула в раскрасневшиеся руки Тиль кожаную сумку. Кудесница заулыбалась от неожиданности и принялась разворачивать.

— Знала бы, что приплывешь, на обед бы позвала…

— Могу прибыть, если надо. Ты не здесь живешь?

— Нет, — засмеялась Тильда, с нетерпением развязывая ремешки один за другим, — я живу в Башне Знаний, далеко отсюда. Это дворец. А вода минеральная, потому и теплая… О!

Нарви привезла«Историю сирен Льдистого залива в год тысяча тридцать первый от явления Сваля».Толстую рукопись на тонко выделанной коже.

— Нарви! Это мне? — выдохнула Тиль.

Сирена довольно улыбнулась в два ряда острых зубов.

— Сделала тебе копию. Я ведь обещала.

— Я непременно должна показать тебе мою башню… Попрошу у Кунста телегу, и доедем! А потом довезу тебя до реки — идет?

Это же такой пласт истории!

Хлопнула кухонная дверь, торопливо заскрипели по снегу шаги. Императрица куталась в мантию. Волосы она не уложила в прическу, щеки разрумянились, глаза блестели, как в тот день, когда она победила в прятках.

Остановилась Исмея в двух шагах от фонтана. Возле ступеней на террасу, стеклянные двери которой были сегодня закрыты. Первая бальная зала была пуста и тиха.

— Позволь тебе представить нашу императрицу Исмею Басс, Нарви, — сделала широкий жест Тильда. — Ваше имперское величество, это сирена Льдистого залива, Нарви. Она тоже в некотором виде… ученый.

— В первую очередь я — королева сирен Льдистого залива, — приосанилась Нарви.

Исмея глядела во все глаза. Незнакомка куталась в шубу из темного грубого меха. Волосы ее были мокрыми, блестели не хуже фонтана, серые и толстые, будто из мелких кос. Лицо длинное, тоже серое, бледное, будто у покойника. Черные глаза. Внимательные, цепкие… умные.

Живая сирена. Из Льдистого залива. Тильда упоминала, что они враждуют с сиренами Белого Шепота… Настоящая сирена в фонтане Чудесного Источника!

— Позвольте вас поприветствовать в Стольном городе Вестланда, ваше величество, — кивнула она величаво, сдерживая прущий наружу восторг.

Монарху не положено восторгаться. Вообще, выражать неконтролируемые эмоции. Пять минут назад, с Тильдой — это другое. Тильда — это свой.

Единственный свой.

— Я здесь единственно и исключительно по приглашению моей подруги, — кивнула Нарви на Тильду.

— По приглашению?

Исмея вежливо и ровно улыбалась, но метнула мимолетный взгляд на «сестру»: она не только о муже-мятежнике умолчала, но и о том, что позвала королеву сирен на завтрак? Ту, встреча с которой могла оказаться переломной для благоденствия империи?

— Да, — кивнула Тильда, уловив этот невысказанный упрек, — знаешь, кто-то пробрался ночью в лавку и подудел в раковину.

И на долю секунды изменившееся лицо императрицы расставило все по своим местам: грязные следы кончались в кабинете у книжного шкафа. В доме Грира Вайда, отца Фарра, в кабинете был тайный ход в башню канцелярии во дворце. Трубила в раковину Исмея собственной персоной.

И Тильда фыркнула. А Ис сконфузилась, поняв, что та поняла. Нарви же уточнила:

— Так это был случайный вызов?!

И, кажется, королева сирен Льдистого залива рассердилась.

— Нет, — заулыбалась императрица на два деления теплее, — я очень счастлива, что вы прибыли. На самом деле я давно хочу поговорить с вами о союзе. Хотите войти?

— Как видите, — холодно отвечала Нарви, указывая на свой хвост, полощущийся в теплой воде фонтана, — я не слишком расположена «входить». Говорить будем здесь. Союз? К чему мне заключать с вами союз?

Исмея сцепила ладони, и Тиль заметила, что платье под распахнувшейся на миг мантией тоже застегнуто кое-как. Эх, увидь императрицу фрейлина Тия…

Ис выдохнула, кивнула, обошла сирену и присела тоже на бортик фонтана, так, чтобы видеть ее странное серебристое в лучах солнца лицо. Тиль встала рядом и поправила мантию, что зацепилась о выступающий в кладке камень.

— К тому, что между нами — сирены Белого Шепота. Которые доставляют проблемы нам и не слишком приятны вам.

Несмотря на недовольство поведением младшей сестры