на сто. Уинни в который раз удивилась, как выразительно лицо графа и как много оно отражает.

– Месье Тамифье, вы не проголодались? – непринужденным тоном осведомилась Уинни, приходя лорду Флетчеру на помощь и ловя взамен благодарный взгляд.

Правда, потом ей пришлось слегка поморщиться от громового восторженного вопля вечно голодного воспитанника.

Уинни тронула свою кобылу пяткой, разворачивая ее к поместью.

– Готов поклясться, обратно ты доберешься гораздо быстрее нас с мистером Эйром, – тут же подначил беса лорд Флетчер.

Лилу кивнул, гордо приосанился и бодро потрусил к конюшне. Яблочко теперь весело помахивал хвостом.

– Вы очень привязаны к месье Тамифье, – заметила Уинни, даже не пытаясь скрыть улыбку.

Она рассматривала удаляющуюся фигуру, трясущуюся на Яблочке, понимая, что в этот момент граф рассматривает ее саму. Утреннее смущение снова накрыло ее, обдавая лицо жаром.

– Вам ведь рассказали о трагедии? – в качестве ответа тихо спросил ее лорд Флетчер, и Уинни кивнула, решив не лукавить. – Тогда вы понимаете, что своих наследников у меня уже не будет.

– Не стоит так говорить! – воскликнула Уинни, вовсе не собираясь разделять его уныние. – Вы еще не стары. Придет время, и вы снова влюбитесь и женитесь. И у вас обязательно будут наследники.

Лорд Флетчер посмотрел на нее с улыбкой, однако ничего веселого в этой улыбке не было. Напротив, она сползала с его лица, словно была плохо приклеена.

– Не уверен, что смогу еще раз пройти через такое испытание, мистер Эйр, – сказал он и тронул поводья, пуская своего жеребца медленным шагом.

– Любая боль утихает. Нужно лишь время, – неуверенно высказалась Уинни.

– Вы знаете, каково это – убить собственной рукой того, кто тебе доверял? – не мигая, уставился на нее лорд Флетчер.

Уинни пробила крупная дрожь. Воздух вокруг них резко похолодел. Девушка судорожно выдохнула и, когда облачко пара растаяло, увидела, как граф медленно тянет к лицу ладонь и вдруг зубами впивается в перчатку. Уинни заледенела от непонятного ужаса и замерла на лошади, вцепившись в поводья, пока граф зубами стягивал перчатку с правой руки.

– Я должен был стать отцом, мистер Эйр, – низко прорычал лорд Флетчер, не разжимая челюсти. – И за свой короткий брак я убил не только супругу, но и наше неродившееся дитя.

С этими словами он окончательно стащил перчатку и поднял вверх бледную узкую кисть с длинными холеными пальцами, каждый из которых венчал траурно-черный ноготь. Уинни машинально натянула поводья, и гнедая кобыла испуганно заржала, становясь на дыбы.

– Бегите, мистер Эйр, – усмехнулся лорд Флетчер, и Уинни, сама не понимая, что делает, ударила каблуками в бока лошади.

Красавица сорвалась с места в карьер, унося ее в сторону поместья, подальше от леса, графа и его дьявольской улыбки.

* * *

– Ку-ку!

Уинни вздрогнула и чуть не заорала от неожиданности, когда чужие холодные руки внезапно прикрыли ей глаза и погрузили в темноту. Момент, чтобы подкрасться, был выбран как нельзя некстати. Она как раз затаилась у окна, рассматривая, как внизу у конюшен лорд Флетчер отдает указания Моту, и была взвинчена сверх меры.

Хотя из окна библиотеки граф больше не представлялся таким уж опасным, а его мрачное «бегите», произнесенное одними губами у кромки леса три дня назад, и вовсе казалось плодом фантазии, привидевшимся среди бела дня кошмаром. Кроме того, ничего страшного или необычного в поведении графа Уинни больше не замечала. По сути, они даже не встречались. Лорд Флетчер больше не приглашал Уинни разделить с ним трапезу, а эльфийка полностью погрузилась в занятия с Лилу, стараясь не забивать голову всякой ерундой.

Однако тревога, поселившаяся в ней после той злополучной прогулки, никуда не делась, и девушка невольно постоянно была на взводе. Особенно сейчас, когда, проходя мимо окна, она заметила у конюшни графа, облаченного в костюм для верховой езды. Мрачный флер опасности и шлейф слухов, тянущийся за лордом Флетчером, будоражили ее живую натуру и будили болезненное любопытство, заставляя вновь и вновь возвращаться мыслями к его персоне. Так что, завидя уже знакомую фигуру, Уинни, недолго думая, шмыгнула за тяжелую портьеру и притаилась, прижавшись горячим лбом к холодному окну и только что не расплющив нос о стекло.

Лорд Флетчер что-то спокойно объяснял Моту, время от времени показывая хлыстом в сторону конюшен, и даже порой смеялся. Один раз Уинни показалось, что он бросил короткий взгляд на окно, за которым она притаилась. На всякий случай она отошла за портьеру, но лорд Флетчер как ни в чем не бывало отвернулся и продолжил разговор с конюхом. Уинни перевела дыхание и тут же напряглась от непрошеного вмешательства.

– Угадай, кто! – пропел знакомый голос, и он совершенно не радовал.

Да, гадать не было нужды. К спине Уинни недвусмысленно прижалась мягкая теплая грудь. Ладони давили на глазные яблоки все сильнее. Уинни аккуратно перехватила маленькие холодные ручки, слегка пахнущие мастикой, и медленно развернулась к Молли лицом.

– За кем это ты тут подсматриваешь?

Девушка подозрительно покосилась за плечо Уинни, но та подалась в сторону, загораживая предмет своего любопытства и при этом удивляясь самой себе, поскольку внезапно осознала, что ведет себя по-дурацки. Ведь ничего предосудительного до прихода Молли она не делала, только остановилась посмотреть в окно, привлеченная суетой внизу. Тот факт, что теперь она заметает следы, как нашкодивший мальчишка, смутил ее саму до пылающих кончиков остроконечных ушей.

– Ничего я не подсматриваю, – пробурчала она, хмурясь и отталкивая озадаченную горничную от окна вглубь комнаты.

– Ты ведешь себя странно, Джеймс. А еще мне кажется, ты от меня бегаешь! – весело пропела Молли, однако в глазах у нее была тревога.

Она хоть и отступила, все же продолжала коситься с плохо скрываемым любопытством в сторону окна, от которого так настойчиво отгоняла ее Уинни.

– Я неважно чувствую себя в последнее время, – призналась Уинни, отводя глаза.

Ситуация была в высшей степени неловкой: интерес Молли был налицо. Ее совершенно не смущали ни молодость, ни женоподобие нового гувернера, она определенно выбрала его себе в ухажеры. Хотя ее можно понять: выбор в ее распоряжении был небольшой. Из всех мужчин в поместье, как ни крути, гувернер Джеймс Эйр был самой подходящей кандидатурой в женихи.

Молли несколько раз с готовностью кивнула, кудряшки ее светлых волос качнулись.

– Да, я знаю. На кухне говорили, что лорд Флетчер посылал тебя в деревню к лекарю.

Уинни подавила тяжелый вздох, понимая, что легко не будет. Молли была из тех невинных небесных созданий, которым объяснить что-либо при помощи намеков совершенно невозможно. Миловидная, в смешном кружевном чепце, она была похожа на легкомысленный одуванчик, на