С этими словами лорд Флетчер прошел мимо, слегка задев Уинни плечом. Он легко схватил Лилу за шкирку и закинул его в седло.

– Вам помочь, мистер Эйр? – вкрадчиво обратился он к Уинни, но та, представив руки лорда Флетчера на своей талии, а то и, чего хуже, на том самом месте, которому нет названия, оказалась в седле гнедой кобылы с быстротой молнии.

Лорд Флетчер хмыкнул и пошел к своему черному жеребцу Угольку. Правда, кличку конь получил при появлении на свет, теперь же его хотелось называть не иначе как Демон Преисподней. Конь был тяжелым, своенравным, но при виде лорда Флетчера присмирел, признав хозяина. Только вращал вишневыми глазами и раздувал ноздри.

– Лилу, главное, не дергай поводья, ты и так достаточно сильно напугал Яблочко, – предупредил лорд Флетчер, взлетая в седло с такой легкостью, что Уинни невольно залюбовалась.

На ее беду, лорд Флетчер поймал ее взгляд и даже подмигнул. Выглядел он при этом как настоящий мальчишка, ничуть не лучше Лилу.

Уинни спешно перевела взгляд на беса, который уже успел освоиться и весьма ровно сидел в седле. Коренастый, плотненький малыш и низкорослый пони создавали гармоничную композицию. Лилу что-то шепнул Яблочку на ухо, потрепал его по гриве, и тот согласно тряхнул головой. Уинни вдруг ни с того ни с сего вспомнила, что бесы не вырастают выше полутора метров, а это означало одно: Лилу навсегда останется низкого роста, и, скорее всего, они с Яблочком долго будут вместе.

– Я же говорил, что умею ездить верхом! Мне просто нужно было вспомнить! – довольно воскликнул Лилу и добродушно оскалился.

* * *

Лилу ехал между лордом Флетчером и Уинни, но на деле едва доставал им обоим до талии. Он был полностью занят своим новым любимым пони, и из-за этого через несколько минут начало казаться, что Уинни и лорд Флетчер совершают прогулку вдвоем. Такого поворота событий эльфийка не ожидала. Маленький бес всегда был буфером между ними, и все их разговоры так или иначе крутились вокруг его беспокойной рогатой персоны. Однако лорд Флетчер не выказывал ни малейших признаков беспокойства. Напротив, он с интересом поглядывал на все сильнее нервничающую Уинни.

В конце концов девушка не выдержала молчания.

– Не сочтите за праздное любопытство, но вы давно знаете Верджила Дэвиса? – спросила она первое, что пришло ей на ум, стараясь сохранять постное лицо.

Лорд Флетчер чуть нахмурился. Прищурившись, он оглядел сизую кромку леса на горизонте и ответил вопросом на вопрос:

– Почему вы спрашиваете?

Уинни задумалась. Ее любопытство вспыхнуло не внезапно. Сумрачные, спокойно служащие обычному человеческому роду, были необычным явлением. По крайней мере, в Лондоне, где Уинни прожила последние несколько лет, такое положение вещей было немыслимо. А тут, в глуши, берсерк спокойно разгуливал вокруг поместья, и никого это не тревожило.

– Я нахожу странным, что… – тут Уинни пришлось взять паузу, чтобы подобрать правильные слова, – что человеческий род так тесно контактирует с теми, кого принято считать опасными созданиями.

Лорд Флетчер едва слышно хмыкнул и тронул лошадь каблуком сапога, чуть меняя направление.

– Ваши представления о сумеречных полны предрассудков, основанных на старинных легендах, – отозвался он. – Здесь, в глуши, люди находятся куда ближе к природе со всеми ее проявлениями, а они бывают и страшными, и пугающими, особенно для тех, кто в них не разбирается.

– Но берсерки опасны! – не выдержав, воскликнула Уинни, забыв о том, что ей надо говорить ниже и глуше.

Зато она вспомнила сдержанную манеру поведения Верджила, за которой стоит огромная, едва контролируемая сила.

Лорд Флетчер искоса глянул на нее и усмехнулся.

– На земле нет опаснее зверя, чем человек, мистер Эйр. – Лорд Флетчер также слегка повысил тон. – Надеюсь, вам чужды расовые предрассудки?

– Что?! – поразилась Уинни. – Безусловно! Я же и сам наполовину эльф!

– Это я заметил.

Голос лорда Флетчера слегка потеплел.

– Тем более вы должны понимать, что нельзя ровнять всех под одну гребенку. Пора, когда берсерки были жестокими воинами, а эльфы – высокомерной высшей кастой, давно прошла. Теперь не годится оценивать всех по близости к сумеречному миру… Что до Верджила Дэвиса – у рода Флетчеров не было более преданного защитника. Он знает лес как свои пять пальцев и жил здесь задолго до того, как было построено поместье. Да, он диковат и любит затворничество, но тому есть свои причины, о которых он не любит распространяться.

– А как же Бомфорд? – не удержалась от вопроса Уинни.

В ее представлении именно управляющий поместьем – самый преданный слуга рода Флетчеров.

– Бомфорд здесь тоже, сколько я себя помню, – кивнув, ответил граф, и улыбка тронула его губы. – Иногда мне кажется, что старина так и появился на свет с лысиной и угрюмой физиономией.

– А он… – начала Уинни, но не успела задать свой следующий вопрос – граф натянул поводья.

Его угольно-черный жеребец встал как вкопанный. Уинни в замешательстве остановила свою кобылу. Лилу, трусивший чуть поодаль, не открывая рта, так как все его внимание было сосредоточено на том, чтобы не вывалиться из седла, догнал их через несколько секунд и остановился между ними.

Наступила тишина, прерываемая шумом ветра в верхушках деревьев. Все три всадника сидели молча и смотрели на лес, выросший перед ними. Уинни, занятая разговором, не заметила, когда они успели подъехать так близко, а главное, не сразу поняла причину заминки. Между тем как божий день стало ясно, что граф не горит желанием продолжать конную прогулку в лесу. Уинни пригляделась, но картина была вполне мирная: большой старый дуб выступал из леса как пограничная застава, а за ним следовали частые серые стволы деревьев. Ничего необычного. Но лорд Флетчер не двигался с места. Легкий сквозняк прошелся над воротом Уинни, холодя открытую полоску кожи на шее. Яблочко тревожно прядал ушами.

Уинни прекрасно понимала, что несчастный случай на охоте не мог пройти для психики графа бесследно. Судя по рассказу Бомфорда про рикошет пули от дерева, это произошло в лесу, а вот в какой именно части, эльфийка понятия не имела. Возможно, именно здесь и развернулась трагедия. Уинни почувствовала, что против воли сжимает зубы и натягивает поводья.

– Простите меня, кажется, это выше моих сил, – подтвердил ее догадки лорд Флетчер, впрочем, ничего не объясняя.

Лицо его побледнело, нос заострился. Он смотрел на частокол деревьев перед собой как на злейшего врага. Ни следа не осталось от его ребячества и беспечности, и мужчина, который в начале прогулки казался юным мальчишкой, вдруг поник, помрачнел и состарился лет