рассеянно похлопывая себя по высокому голенищу сапога хлыстом и не отрывая взгляд от Уинни, да так, что сердце у нее провалилось в желудок. Мысль о том, что все пропало, лорд Флетчер догадался, что перед ним особа женского пола, и сейчас последует неизбежная расправа, пронеслась в голове Уинни как ураган. Она стала отодвигаться на другой край кровати, даже не понимая, что ее поведение выглядит смешно, но уж больно непонятный взгляд был у лорда Флетчера. Однако граф не обратил на предпринятый маневр ни малейшего внимания, только изменил траекторию на полпути и направился к прикроватной тумбочке, на которой тусклой сферой светился пузырек сонных капель.

– Думаю, причина в этом, – пробормотал лорд Флетчер, беря пузырек и приближая его к глазам. – Что у нас тут? – Он прочитал этикетку. – «Волчье лыко». Помогает?

Уинни молча пожала плечами и вдруг залилась краской, вспомнив давешний сон. Она проспала все на свете, и это позволило предположить, что успокоительное подействовало прекрасно. А с другой стороны, ее сны были наполнены такими ужасными и при этом такими возмутительно сладкими подробностями, что у нее до сих пор при воспоминании полыхали щеки. Огромный черный зверь из сна словно подчинил ее разум. Его власть над ней была столь явной и при этом возбуждающей, что, казалось, одного взгляда на нее будет достаточно, чтобы заподозрить неладное.

Лорд Флетчер коротко глянул на нее, едва заметно усмехнулся, со стуком поставил пузырек обратно на столик и, заложив руки за спину, направился к окну.

– Местный лекарь, мистер Библл, уже много лет прописывает «Волчье лыко» от всего на свете – и от кашля, и от радикулита, и при нервных припадках, и, вроде бы, изредка как слабительное. Впрочем, я рад, что вы выспались. Выглядите намного лучше прежнего.

После этих слов он резко обернулся и вперил в Уинни немигающий внимательный взгляд темных глаз. Уинни замерла, натягивая одеяло чуть ли не до бровей. Неловкое молчание затягивалось…

– Бу-у-у!!!

Заскучавший Лилу вылетел на лорда Флетчера из-за портьеры, делая страшные глаза и топорща хвост. Уинни, чьи нервы были натянуты до предела, вздрогнула и чуть не рухнула в обморок, а вот на графа выходка подопечного не произвела ни малейшего впечатления. Он ловко перехватил малыша за пояс и с легкостью взвалил себе на плечо.

– Самостоятельно в седло забраться сумеешь? – с хохотом спросил он, придерживая дрыгающегося Лилу и уворачиваясь от хлестающего из стороны в сторону хвоста со смешной пушистой кисточкой.

Лилу, побрыкавшись и убедившись, что из хватки графа ему не выбраться, утомился и успокоился. Он обмяк вниз головой и тяжело засопел.

– Забыли, где вы меня подобрали, милорд? – пробурчал он, отдуваясь. – Я ж у вас кошелек спер на скачках.

– Вот и отлично. – Лорд Флетчер не собирался возвращать его на исходную позицию, опасаясь, что, едва ноги бесенка коснутся пола, тот учинит новое непотребство, так что, не выпуская ношу, он обернулся и бросил в сторону Уинни: – Приводите себя в порядок, мистер Эйр, и спускайтесь. Предлагаю вам присоединиться к нам.

– Да уж, двигайте своей ж… – начал фразу Лилу, но лорд Флетчер как следует тряхнул его на плече и в придачу слегка зарычал.

Лилу в ответ скорчил постную физиономию и прогудел в нос, подражая Бомфорду:

– Мы с милордом почтем за честь, если вы соизволите присоединиться к нам на конной прогулке на свежем воздухе, мистер Эйр.

Уинни не сдержала улыбки. Облегчение от того, что опасность миновала, накатило так, что ей показалось, она сейчас воспарит над кроватью. Лорд Флетчер и вовсе расхохотался, сменяя гнев на милость.

* * *

Лошадь на поверку оказалась невероятно милым пони по кличке Яблочко. Его придерживал за поводья славный, простоватый и страстно влюбленный в лошадей конюх Мот.

– Яблоки любит! – восхищенно произнес, цокнув языком, Мот и протянул маленькой лошадке на раскрытой ладони порезанный на дольки сочный плод.

Яблоко было красным, поэтому Уинни лишь улыбнулась, когда Лилу и сам с удовольствием засунул за щеку пару долек. Пони деликатно подобрал лакомство губами и нежно всхрапнул.

Он грустно хлопал густыми черными ресницами, встряхивал длинной гривой и нервно переступал, не ожидая ничего хорошего от Лилу, облаченного в костюм для верховой езды и даже в жокейский шлем со специально проделанными дырками для появившихся недавно рогов. Бесенок, расправившись с яблоком, воевал с ремешком, впивающимся в горло, и шипел цветистые ругательства, стараясь несильно повышать голос и не быть услышанным.

Уинни же предназначалась Красавица – изящная гнедая кобыла с белой отметиной на лбу. Она тихо заржала рядом, ревнуя к повышенному вниманию к низкорослому новичку. Уинни потрепала кобылу по морде и обратилась к Моту:

– Можно?

Конюх нехотя отдал ей последние дольки яблока. Эльфийка протянула ладонь, намереваясь угостить Красавицу так же, как несколько минут назад это сделал Мот, но ласковая и мирная на вид кобыла вдруг нервно всхрапнула и отшатнулась. Следом за ней стал пятиться и натягивать удерживаемые Мотом поводья тихий печальный Яблочко. Он приседал на задние ноги и пребывал в высшей степени волнения.

– Яблочко, что с тобой?

Конюх успокаивающе похлопал пони по шее и несколько раз провел по густой гриве. Уинни же была занята тем, что пыталась успокоить свою кобылу. Она ласково поглаживала ее, ощущая ладонью, как лошадь бьет нервная дрожь. Яблочко косился куда-то за спину Уинни и продолжал отступать к конюшне, откуда, как по команде, донеслось тревожное ржание, будто другие лошади поддерживали маленькую лошадку. Яблочко дернул головой, и Моту пришлось посильнее перехватить поводья, а Уинни буквально повисла на Красавице, чтобы удержать ее. Она беспокойно обернулась, пытаясь понять причину беспокойства лошадей, и в этот момент дружелюбный ранее Мот проворчал сквозь зубы:

– Чертов Верджил!

Уинни метрах в ста увидела егеря. Тот что-то говорил нахмурившемуся лорду Флетчеру и время от времени поглядывал на Уинни, скаля крепкие белые зубы. Очевидно, именно его появление вызвало настоящий переполох среди лошадей.

– Поверьте моему слову, мистер Эйр, если лошади боятся человека, значит, зверь живет в нем, – сбивчиво пробубнил конюх и украдкой вытер нос рукавом. – Лошади врать не умеют. Они зверя за версту чуют.

Уинни подумала, что называть берсерка человеком как минимум неправильно, но тут ее отвлек громкий шлепок. Лилу лежал на земле и потирал то место, называть которое в приличном обществе строго возбраняется, а Яблочко виновато переступал на месте. Похоже, суматоха не особо смутила беса, и он смело решил штурмовать седло.

– Да, малыш, тырить кошельки на скачках и умение держаться в седле – это не одно и то же, – раздалось над ухом