никому не позволено переходить дорогу нашему клану! Выбирай: либо отдаёшь трёх магесс и убираешься из столицы, либо познаешь всю мощь гнева дома Пьер!

Мы с Рени переглянулись. Он медленно достал свою повязку для глаз, а в воздухе вокруг него закружились плотные водяные сферы. Я же активировал свою защиту, и вокруг меня вспыхнуло серое сияние щита.

— Ты предлагаешь выбор без выбора. Мы готовы сражаться здесь и сейчас.

Гектор отступил на шаг, наткнувшись на своих же гвардейцев.

— Ну, чего встали? Нападайте! — крикнул я им.

Но те не двигались с места, оценивая нашу готовность дать отпор. Гектор побагровел от бессильной ярости.

— Сражения в городе запрещены, деревенщина!

— Тогда, может, вызовешь меня на дуэль? Один на один. Я согласен. Назначай время и место.

Ударил кулаком о ладонь так что разошлась небольшая ударная волна от чего отступили уже гвардейцы.

— Нет! Ты должен просто отдать людей и уйти!

— А я не хочу. И что будем делать дальше?

В толпе зевак, собравшейся вокруг, прокатились смешки. Похоже, по гениальному плану Гектора я должен был затрепетать и бежать. Вот только план «Б» в его схеме явно отсутствовал. Решив покончить с этим фарсом, я твёрдым шагом двинулся вперёд.

— Ты... ты что делаешь?! Стража! Стража! — испуганно отшатнувшись, Гектор оказался на обочине.

Его гвардейцы молча расступились, очищая нам путь. Рени шёл рядом, и на его губах играла улыбка.

— Услышал что-нибудь интересное?

— А то. Теперь весь город будет судачить о «величии» дома Пьер.

Мы ввалились в таверну «Упрямый Мечник». Густой воздух, сотканный из запахов кислого эля, жареной дичи и влажной шерсти, обволакивал с порога. Скупой свет свечей выхватывал из полумрака грубые щербатые столы и лица таких же грубых посетителей. Сделав заказ, мы устроились за свободным столиком.

— Нам нужно вербовать больше людей. Шесть магов — это уже сила, но против орды гоблинов мы не устоим. Помнишь, что творилось в Эраме?

— Помню, — хмуро отозвался Рени. — Даже меня на такое не хватит. Будем набирать «зелёных»?

— И гвардейцев тоже. Простых стражников.

— А может, возьмём пару отрядов наёмников? Это готовая боевая сила.

— Наёмники — это мощь, но у нас будут свои законы. Им чужды наши цели. Нет, нам нужны свои люди, которые будут защищать свой дом.

— Делай как знаешь. Мне просто интересно посмотреть, что из этого выйдет.

В этот момент нам принесли заказ. Аромат заставил забыть о серьёзном разговоре. Со сковороды шипя и потрескивая, смотрели на нас шкварчащие куски мяса, щедро посыпанные специями. Румяная картошка, жаренная на мясном жирку, и пару подрумяненных помидоров довершали картину.

Рени решил продолжить разговор.

— Что на счет Пьер?

— Видимо Гектору объяснили, что три мага это очень много, вот он и приперся.

— Он их сам чуть не угробил.

— Не угробил, вот и попробовал отобрать.

Я улыбнулся хищной улыбкой.

— Просто он походу еще не понял что не просто так проиграл.

***

После выходных устоявшийся уклад в классе магов камня был окончательно разрушен. К трём магессам, с кучей вопросов, слетелись десятки любопытных. Они толпились в коридоре, забрасывая девушек вопросами, а те, краснея и перебивая друг друга, с восторгом вещали, как барон Вилд интересно рассказывал о способностях Действующей магессы Даны, что они пережили за стенами, какие маги огня опасные.

— Он говорил, она может управлять десятками големов, и передвигается не на лошади а в специальном големе! — с жаром цитировала Ханна, в то время как Майра тут же пыталась жестами показать, какого размера эти самые големы.

Идиллию нарушил громкий, холодный голос, прозвучавший из конца коридора:

— Прочь с дороги. Слабаки, не стойте на моем пути, иначе пожалеете.

Толпа мгновенно расступилась, образуя живой коридор. По нему, не скрывая презрения, шествовал Гектор Пьер в безупречной мантии с фамильным гербом. Его свита из старшекурсников шла за ним, словно оберегая от любой возможной угрозы.

Гектор остановился перед магессами, его взгляд скользнул по ним, будто по случайным пятнам на стене.

— Благодарю вас всех за проявленный интерес к искусству камня, — обратился он к собравшимся, нарочито игнорируя трёх девушек. — Слушать лепет неумех — пустая трата времени, достойная лишь таких же неумех.

В толпе прошел смущенный ропот. Гектор повернулся к основной массе студентов.

— Всех, в ком есть хоть капля настоящего дара, я приглашаю в нашу резиденцию. Вы увидите, как истинные мастера дома Пьер работают с мрамором.

Презрительно посмотрев на магесс продолжил.

— А не с грязью. Вы увидите настоящие грани мастеров камня.

Он сделал паузу, давая своим словам прочно осесть в сознании слушателей, а затем, не глядя в сторону остолбеневших Майры, Бренды и Ханны, бросил через плечо:

— Всех... кроме этих трёх. С этим жалким бароном-выскочкой у них, как и у него, нет будущего. Их удел — ковыряться в земле. Пойдёмте.

И он повёл за собой ошеломлённую, но послушную толпу, оставив трёх девушек в полнейшей тишине и унижении, на их щеках пылал стыд, а в глазах стояли слёзы ярости и обиды.

Удар был слишком жестоким и публичным. Когда толпа учеников, увлечённая посулами Гектора, растворилась в конце коридора, в наступившей тишине повисло лишь тяжелое, прерывистое дыхание. Первой не выдержала Майра. Громкое, рыдание вырвалось наружу, и она, не помня себя, ухватилась за рукав Ханны, будто тонущая.

— Как? — всхлипывала она, тряся подругу. — Как ты открыла ту грань? Я хочу… я хочу уделать этого гада на дуэли! Я хочу, чтобы он глотал пыль, и сбивался со счету от моих граней!

Её слова, полные ярости и унижения, разбудили и Бренду. Та еле сдерживая слезы, решительно взяла обеих за руки.

— Хватит реветь! — её голос дрожал. — Мы… Мы пойдём к Люцию. Он… Он говорил что если та и уступала Гипериону то совсем немного. Мы станем лучшими в классе! Лучшими в своем поколении! И этот чванливый сноб сдохнет от злости, глядя, как мы, «неумехи», творим то, что он никогда не осилит!

Их больше не интересовали косые взгляды оставшихся в коридоре студентов. Плечом к плечу, с красными от слёз, но полными решимости глазами, три магессы направились прочь.

***

Класс огневиков был