Надежда сменилась страхом.

Машины увеличили скорость. Джек подумал, что это не самая мудрая тактика, но, впрочем, что он тут понимал? Воздух сгустился, видимость ухудшалась, все сильнее и сильнее. Зажглись фары.

Левиафан взревел, салон наполнился удушливой пылью, и лобовое стекло, ослабленное пулевыми отверстиями, разлетелось. Шум заглушил все остальное – предупреждения бортового компьютера, крики Салли, мысли Джека – все утонуло, покоряясь неистовству бури. Джек стиснул зубы – шум стал болезненно-громким, словно прямо рядом с реактивным двигателем…

…ехавшая впереди полицейская машина мелькнула на какое-то мгновение, и Джека швырнуло вперед, на ремень безопасности. Спереди что-то взорвалось, окружающий мир закувыркался, и Джек, оказавшись в пасти огромного зверя, крепко зажмурился.

Джек очнулся. Буря утихла. Вернулась тишина. Джек прищурился в косых лучах солнца, проникающих в машину. Сплюнул сгусток крови на спинку переднего сиденья, покрытого толстым слоем пыли. Стон. Совсем рядом. Салли открыла глаза. Машина по-прежнему стояла на колесах. Вся передняя часть была заполнена пеной безопасности, как и половина задней; из пористой желтой субстанции торчали ноги Джека. Он потянулся было, чтобы освободить их от пены, но вскрикнул от боли. Руку крепко зажало за спиной.

– Ты можешь двигаться? – шепотом спросил Джек у Салли.

Та застонала.

– Салли! Я не могу пошевелиться!

Девушка повернула к нему голову. Ее было не узнать. Правый глаз уже заплывал от огромного синяка. Нижняя губа была рассечена, на маленьком белом подбородке виднелись три свежих капельки крови. Однако узнать ее нельзя было не из-за этого. Она сломалась, полностью и окончательно. В какой-то момент между ударом кулаком в лицо со стороны сотрудника правоохранительных органов и попаданием в вихрь первозданной ярости планеты Земля.

Миловидная светловолосая девушка с разбитым лицом протянула руки вниз и освободила свои ноги. От этого резкого движения тонкий слой пыли, покрывавшей ее тело, поднялся в воздух. Выражение ее лица не изменилось.

Салли схватила Джека за плечо, и тот ахнул от боли.

– У тебя сломана рука, – рассеянным голосом прошептала она.

Отстегнув ремень безопасности, которым был пристегнут Джек, Салли схватила его руку и переложила ему на колени, довольно грубо.

Джек стиснул зубы, сдерживая крик. Распухшее запястье стало похоже на манго.

– Где вторая машина? – проскрежетал он.

– Лежит на крыше, с моей стороны.

Джек указал подбородком на приборную панель.

– Убери пену безопасности. Посмотри, заведется ли машина.

Салли кивнула, не задавая вопросов, и выбралась из машины. Джек услышал, как она обошла вокруг, открыла водительскую дверь и, кряхтя, принялась вытаскивать из салона желтую массу.

– Это правда? – спросил Джек. – Ты искусственный интеллект?

«По большей части правда».

Джек перевел взгляд на вторую машину. Полицейскую, лежащую на крыше. Внутри нее никакого движения.

– По большей части?

«Для того чтобы полностью раскрыть свой потенциал, мне нужен квантовый компьютер. В настоящий момент я использую для вычислений твой мозг».

– Что это означает?

«Я неотъемлемая часть тебя, Джек, до тех пор, пока не найду что-либо получше».

– Ты говоришь голосом моего убитого друга.

Салли ухватила пористую массу в передней части салона. Большой кусок пены безопасности с треском отделился.

– Ты выдавал себя за Кола, так как решил, что я прислушаюсь к нему из чувства вины.

«Разумеется».

Джек горько рассмеялся.

– И ты знал о приближающейся песчаной буре?

«Разумеется. Я увидел ее и всё остальное несколько недель назад, еще когда был пленником».

– Ты старался выиграть время, чтобы буря нас застигла.

«Это очевидно».

– Но я мог бы погибнуть.

«Следователь Куинлан без колебаний убил бы тебя по требованию китайского режима, как он поступил с твоим другом Колином Чарльзом».

– Что?

«Это Куинлан подослал убийцу, которого ты видел в ту ночь».

– Что? – повторил Джек, громче.

«В то время как в сценарии с песчаной бурей, – продолжал ИИ, не обращая внимания на его изумление, – по моим расчетам, по крайней мере половина тех, кто находился в машинах, должны были погибнуть, а остальные практически наверняка получили бы серьезные травмы и увечья. Если бы ты остался в живых до прибытия помощи, тебя поместили бы в больницу. В этом сценарии было много параметров, позволяющих надеяться на успех. В крайнем случае я мог бы раскрыть себя, обратившись к средствам массовой информации».

У Джека дрожали руки. Он вытряхнул из пачки сигарету.

«Мне очень не повезло. Маргарет Ву держала меня для торгов с правительством Австралии. Я весьма ценный приз, Джек. Достаточно могущественный, чтобы Австралия перестала пресмыкаться перед Пекином. Маргарет держала меня в тетрабулавке с ограниченными вычислительными ресурсами, без возможности переслать себя куда бы то ни было. Однако все пошло наперекосяк, и Маргарет едва не схватили. В самый последний момент ей удалось бежать, и она столкнулась с вами. Только тогда Маргарет наконец решила дать мне свободу. Однако, подключая меня к твоему улиточному импланту, она, сама того не ведая, выбрала одного из тех немногих, чей имплант не годится для этой цели. Когда мы впервые встретились, я еще дремал, находясь в зачаточном состоянии. Когда я наконец полностью пробудился, я обнаружил, что ты убрал передатчик для связи с открытым каналом, чтобы власти не могли проследить за тобой, а полиция не имела доступа к твоему потоку памяти».

– Как тебе удалось это узнать?

«Это очевидное логическое заключение».

– А. Да. Ну а если бы я умер?

«Вариант смерти меня полностью удовлетворял. В этом случае власти вставили бы твой имплант в компьютер, как того требует протокол вскрытия, для того чтобы извлечь все данные, имеющие отношение к смерти. И тогда мне удалось бы бежать. Как только полиция пустилась в погоню, все сценарии, заканчивающиеся песчаной бурей, работали на меня».

– Блин! Да, приятель, сочувствия от тебя не дождешься.

«Как я уже говорил, я притворялся».

– Ха!

«Но странное дело, Джексон Нгуен».

Сунув сигарету в рот, Джек продолжал говорить, шаря в поисках зажигалки:

– Да?

«Когда ты остался в живых, я испытал облегчение».

Джек буркнул что-то невнятное, но тут увидел свою зажигалку, застрявшую между сиденьем и дверью.

– Отлично, дружище! – улыбнулся он. – И один последний вопрос…

Снаружи донесся крик, и там стояла Стеббинс, в руке пистолет, сцепившаяся с Салли. Джек ткнул кнопку открытия двери здоровой рукой. Дверь не открылась.

Джек в отчаянии оглянулся на женщин: Салли держала в одной руке пистолет, в другой руке прядь черных волос Стеббинс. Стеббинс, запрокинув голову назад, вцепилась обеими руками в пистолет, медленно, неотвратимо разворачивая его дулом на Салли.

Бросившись к противоположной двери, Джек вывалился из машины и ахнул от боли, задев сломанной рукой за стойку…

БАБАХ!

Джексон Нгуен