после того, как они срывались у нее с уст.

– (…скоро. Деньги, я дам вам деньги, если вы мне поможете. Я работаю на [бип]).

Джек очнулся, в голове все смешалось. Над ним склонилось лицо, темный силуэт на фоне белого зноя.

«Все в порядке, дружище. Теперь ты в безопасности».

– Вы слышите этот голос? Вы его слышите? – заплетающимся языком пробормотал Джек.

– Да, братишка, – ответил силуэт. – Конечно, я его слышу.

Рассудок Джека рассыпался на куски, его сознание не смогло собрать их воедино.

– (Сюда я пришла, чтобы… чтобы встретиться с человеком из «Эпохи». Раскрыть правду об ИИ следующего поколения. Проект «Профурн»).

Кол облизнул губы, не находя слов, что было на него непохоже, оглянулся на улицу, на снующих мимо людей, залитых светом фонарей.

– Гм, – сказал он. – «Бип». Похоже, это серьезно.

Женщина была в смятении. Даже в полумраке переулка бросались в глаза ее смятение, ее страх, стиснувший ей челюсти.

– Если все настолько серьезно, что мой переводчик включает цензуру, – продолжал Кол, – значит, эту проблему не решить ни за какие деньги, особенно двум мелким воришкам.

Пробудившись, парень вытянул руку за голову. Проснувшийся парень посмотрел на потолок: белая краска, облупившаяся с металлической поверхности.

Здесь было прохладно. Парень подумал о том, чтобы сходить пешком в город, заказать горячих чипсов и холодного пива в пивной «Туз в рукаве» на Баркли-стрит. Сидеть там у окна и наблюдать за прохожими, рабочими пчелами в хороших костюмах, снующими туда и сюда. Он подумал о том, чтобы постирать свои джинсы и запасную рубашку в автоматической прачечной, а затем позвонить Салли. Понимаете, у нее такая тихая улыбка. Что-то в ней есть.

Джексон Нгуен поморщился, вспомнив, где, кто и что. Все возможные варианты, существовавшие в эти сладкие мгновения амнезии сразу после пробуждения, исчезли. Окружающий мир нахлынул обратно, и Джеку было уготовлено в нем только одно место. Он всегда занимал в этом мире только одно место, предопределенное судьбой.

– Ты проснулся, братишка.

Вздрогнув от неожиданности, Джек уселся. Рука его не подчинилась команде мозга – он обнаружил, что прикован наручником к железной ножке верстака, стоящего рядом с койкой.

Напротив него в кресле, обитом потрескавшимся кожзаменителем, таком же, в котором сидел сам Джек, сидел абориген. Худой мужчина в брюках защитного цвета, наглаженной рубашке с длинным рукавом и внушительной бородой, черной с проседью. Одна нога закинута на другую под прямым углом, на коленях светится зеленым гибкий экран. Джек предположил, что они в передвижном доме, переоборудованном из морского контейнера размером десять на три метра. С одной стороны две койки, с противоположной – верстак, на стенах карты, изображающие топографию и границы чего-то там, проникающий в окна свет слишком яркий, чтобы разглядеть то, что на улице.

– Где я? – прохрипел Джек.

– В Фёрнес-Рэндже.

Абориген внимательно разглядывал его. Джек ничего не нашел в его взгляде. Ни злости, ни подозрительности – ничего. Каким бы ни было мнение этого человека, оно находилось где-то слишком далеко, чтобы оказать воздействие на Джека.

– Воды…

Мужчина указал на скамью рядом с Джеком. На ней его сигареты и бумажный стаканчик с водой. Взяв стаканчик, Джек жадно осушил его, залпом.

– Обезвоживание, дружок, – заметил абориген. – В отключке всю ночь и весь день.

Джек взял курево.

– Не возражаете?

Абориген знаком предложил ему продолжать. Схватив пачку, Джек вытащил сигарету губами.

– Я Джек.

– Чарли.

Джек похлопал по карманам.

– Черт! Огоньком не угостите?

Поставив экран на стол рядом с собой, мужчина встал. И тогда Джек увидел пистолет. И полицейский значок. Он застыл. От полицейского это не укрылось; Джек это понял, полицейский понял, что он понял. Тем не менее дал ему прикурить и вернулся на место. Джек жадно втянул дым, однако жжение в легких не прошло, тугой узел в груди не развязался.

– Спасибо, – сказал Джек.

Чарли молча ждал.

Джек выпустил облачко дыма.

– Что дальше, полицейский?

Мужчина склонил голову набок, указывая на гибкий экран. На дисплее замигал зеленый свет.

– Ты попался. Опять.

– Полицейские, которые сюда едут, они продажные.

Чарли молча смотрел на него.

– Они меня подставили.

– Ребята, вы что, собираетесь вместе, чтобы обсуждать свои отмазки?

– Я не преступник.

– В досье говорится другое.

Джек подался вперед, и от резкого движения у него закружилась голова.

– Блин. Да. Хорошо. Я преступник. Мелкий, что должно быть в досье. Но главный фараон, который приедет, Куинлан, он нас убьет.

– Я знаю, кто такой Хэнк Куинлан. Один из самых прославленных сотрудников Федеральной полиции Австралии, отмечен многими наградами.

Голос что-то шепнул Джеку. Тот внимательно выслушал.

– Куинлан разослал общую ориентировку на меня? Или отправил прямое сообщение только вам одному?

Чарли наморщил лоб.

– Откуда ты это узнал?

– Разве это стандартная процедура?

– Я задал тебе вопрос.

– Мне сказал голос у меня в голове.

Чарли оглянулся на гибкий экран.

– Тебя неоднократно ловили на компьютерных взломах.

– Твою мать, я отключал систему безопасности пустующих зданий, чтобы спать в сухом месте! Я не дорос внезапно до того, чтобы взламывать внутреннюю систему связи ФПА, дружище!

«Им придется убить Чарли».

– Что? – переспросил Джек, склоняя голову набок.

«Они убьют тебя и Салли, из чего следует, что им придется убить и Чарли. Вот почему предупреждение было отправлено только в этот поселок. Чарли видел тебя живым; нельзя допустить, чтобы позднее ты оказался мертвым».

– Опять голос? – спросил Чарли.

– Они тебя убьют, – сказал Джек.

– Слушай, дружок! – сверкнул глазами Чарли. – Они будут здесь через пять минут. Я больше не хочу выслушивать твой вздор!

– Со мной была женщина. Она тут ни при чем. Но слишком много знает. Если они убьют ее, им придется убить тебя. Ты единственный свидетель.

Чарли встал.

– Развернись.

– Я…

– Развернись! – полицейским тоном рявкнул Чарли.

Умолкнув, Джек сделал так, как было сказано. Полицейский отковал его от стола, закрутил руки за спину и снова крепко защелкнул браслеты наручников.

Спускаясь из жилого контейнера по трем ступенькам железной лестницы, Джек щурился на ярком, жарком солнце. Вдруг он остановился. Несмотря на все, несмотря на ревущие в голове ярость и страх, он застыл на месте.

В пяти метрах проходила высокая ограда из стальной сетки. За оградой простиралось бетонное поле, до самого горизонта. Вмурованные в бетон, на равном расстоянии друг от друга, стояли металлические купола, словно силосные башни, зарытые по самую шею. Многие тысячи, уходящие во все стороны, покуда хватало глаз. Ослепительное солнце отражалось от блестящих поверхностей, жара стояла невыносимая.

– Это еще что такое, твою мать?

Чарли молча подтолкнул его вперед, и тут Джек увидел желтую табличку, висящую на