от того нервяка, да и немного жалко стало Серегу, пацан тут три года не в своей тарелке, уже трижды его шкуру спас, хотя вот вообще не обязан был, а Илья его в благодарность перед пэпсами чуть не подставил и по почкам прописал.

— Ладно, — примирительно буркнул он, — веди на автовокзал. Долго идти еще?

— Да нет, тут осталось-то… стой, — прислушавшись, отрезал Серега, да и Илья уловил нарастающий гул, намекающий на приближение серьезного автомобиля, — шухер, валим в пекарню.

Они резко свернули влево, удаляясь в забегаловку, и когда на перекресток выехал серый внедорожник с мигалками, пусть и выключенными, один из патрульных заметил проскочивший в здание силуэт.

— Parken Sie beim Bäcker. Es sieht so aus, als ob jemand dort hineingeeilt wäre. (Припаркуйся у пекарни. Кажется, туда кто-то поспешил войти).

Водитель повернул и остановил автомобиль, и фриц вышел, пригладил руками форму и зашел в пекарню.

Глава 5

Патрульный бегло осмотрелся внутри пекарни, никого, только парнишка за прилавком, смотрящий на него с легкой тревогой.

— Здравствуйте, — учтиво сказал тот, когда правоохранитель подошел к кассе, — что-то желаете?

— Желаю узнать, кто сюда вошел пару минут назад. В городе разыскивается опасный вооруженный преступник. Он где-то скрывается, и за его добровольную выдачу Грос платит пятьсот рублей. Укрытие преступника карается смертной казнью. Так кто сюда вошел?

— Ух ты, пятьсот рублей – это много, — удивился парень, но скривил губы и пожал плечами, — сегодня день не особо прибыльный, людей нет, а пару минут назад сюда вбежал я, потому что показалось, будто что-то с проводкой. Поэтому, к сожалению, здесь только вы и я.

Фриц еще раз осмотрелся в заведении, глянул на продавца с легким прищуром.

— Хорошо, тогда я осмотрю всю пекарню, — мужчина сделал шаг вперед, посмотрел на зону входа, состоящую из откидывающейся вверх доски и маленькой дверцы, — убери эту монетницу и отойди, я пройду.

Парень неуверенно потянулся к монетнице, убрал ее, и только фриц потянулся к откидной доске, как в пекарню вбежал его напарник.

— Arthur, lass uns hier verschwinden! Im nächsten Block ist Alarm losgegangen; unsere Leute wurden von Zvezda verprügelt, weil sie bei der Durchsuchung eines Restaurants Hausfriedensbruch begangen haben. Wir brauchen Hilfe; bis wir einen offiziellen Waffenstillstand bekommen, sind sie schon tot! (Артур, пойдем! В соседнем квартале тревога, наших при досмотре ресторана избили люди из «Звезды» за нарушение границ. Нужна помощь, пока мы дождемся официального перемирия, их уже убьют!)

Напарник тут же ретировался, а названый Артур, тяжко вздохнув, отнял руку от доски и покосился на витрины.

— Какие сегодня пирожки самые вкусные?

— Жареные с картошкой и луком, сэр, — без заминок ответил парнишка.

— Дай парочку. Нелегкий нам сегодня день предстоит.

Не думая, продавец достал два пирожка и завернул в пакетик, вручив правоохранителю. Тот забрал трофей и покинул пекарню, сопровождаемый испуганным взглядом паренька.

— Уехали, — выдохнул он, и из-под прилавка поднялись двое.

Серега и Илья, все это время не сводящий с кассира дуло пистолета.

— Вот видишь, Максим, — Илья хлопнул перепуганного продавца по плечу, — сделал, как я сказал, и все обошлось. Жизнь, она ведь, как ни крути – одна. Член у тебя тоже один, но если бы ты рыпнулся нас сдать и каким-то чудом выжил, хер я бы тебе точно отстрелил. А без него-то и жизнь – не жизнь. Правильно говорю?

— Д-да, правильно, — бегло покивал Макс.

— То-то же, — парень обхватил продавца изгибом локтя за шею, типа обнял, и глянул на Серегу, — че эти педики там кукарекали? Не в курсе?

— Да как же, не в курсе, здесь каждый второй знает немецкий. У них там на другом районе замес какой-то начался, тебя походу искали и на пацанов со Звезды нарвались, а эти на подмогу уехали.

— Что ж, это нам на руку.

— Вы… меня отпустите? — осторожно поинтересовался Максим, едва ли не трясясь.

— Отпустим, — Илья приблизился к уху продавца и очень убедительно и угрожающе продолжил, — но если ты хоть кому взболтнешь, что тут был такой-то и такой-то, я тебя найду. Сначала повыдираю ногти на руках и ногах, потом переломаю все пальцы, а когда Серега мне приведет твоих родных и близких…

— А я приведу, — злобно прошипел Серега.

— Я убью их на твоих глазах. Медленно и мучительно, чтобы ты понял свою ошибку. Потом засуну тебе ствол в рот, — парень приблизил дуло к губам паренька, провел по ним, — и бах! Минус пацан. Политика партии понятна?

— Д-да, да! — в слезах проблеял кассир.

— Отлично. Серега, пакуй шесть жареных с картошкой.

Сергей достал пакет и запаковал пирожки. Двое уже хотели уйти, как услышали вопрос встревоженного Максима.

— А что я скажу начальнику? Сегодня же ни одного посетителя не было!

Скривив губы, Илья подошел к пареньку, приблизился к его лицу.

— Скажешь, что приходили из Звезды, просто поесть захотели. А это для убедительности, — парень резко всадил ему под ребра и, когда тот согнулся от боли, добавил коленом в лицо, с хрустом сломав нос, из коего обильно полилась кровь, — пошли.

Серега с долей жалости покосился на скорчившегося на полу продавца, но пошел за Ильей. Нагнал его на улице и неуверенно спросил.

— А гасить его зачем было?

— Никого я не гасил, — спокойно ответил Илья, поправив пистолет в джинсах, — так, обозначил.

— Не, Илюх, серьезно, зачем? Пацан ничего такого не сделал, даже прикрыл.

— А потом сдал бы нас первому попавшемуся пэпсу и даже сказал, в какую сторону ушли, — отрезал парень и остановился, повернувшись к Сереге, — ты сам еще не понял? Блять, мне папа пару слов в неделю говорил о своем бизнесе, но я с малых лет знаю, что вся фишка в страхе. Фашистов боятся, базара нет. Люди тупо боятся и сами не знают чего. Для них чел в сером это уже триггер. А если тебя они будут бояться сильнее, чем фрицев, значит, они тебя не сдадут даже им. А мы смогли объединить. Пэпсы подтвердили, что со Звездой закусились, значит и Максимке теперь выгодно сказать, что за пирожками пришел типок из Звезды.

Ну, думай, думай. Сам посуди, эти гниды известны везде. Максимке