Да, мы знаем, где цель, — хмыкнул Пауль, достал свой ствол и прицелился в лоб генерал-майору, заставив его подобраться.

— Э… ты че? Шутить вздумал? Лукас, задержи его!

Но Лукас даже бровью не повел.

— Шутить? И это ты, козел, мне говоришь? То есть, зарывать в лесу всю смену с Бульзовской, среди которых были мои друзья, это нормально. А ты в курсе, что ты нормальных пацанов угробил, гнида?

— Пауль, я тебе настоятельно рекомендую прекратить это, и ты умрешь быстро. Опусти оружие.

— А вот и нихера подобного. Думаешь, с нас кто-то спросит? Опять не угадал. Генерал-майор решил самолично расправиться с преступником, но был трагически убит Шёпотом. Камеры в кабинете все подтвердят. Гори в аду, урод, - он нажал спуск, и в эту же секунду ему в голову прилетела пыльная тарелка, разбившись вдребезги.

Выстрел прогремел, но пуля угодила в стену, после чего ствол выпал.

Сразу же на этаж ворвался Илья, и пока Пауль раздуплялся, Лукас достал из кобуры пистолет, но не успел применить, как парень перехватил запястье, втащил сначала ему в челюсть, потом между ног, и добавил под ребра, основательно усмирив фрица, и тут же получил в сопатку от Пауля, но не потерялся.

Противник выглядел серьезным, выхватил нож, попробовал броситься, размахивая лезвием, но Илья, увернувшись первый и второй раз, на третий попросту врезал фрицу по яйцам, затем еще раз, добавил по почкам, выхватил нож и в прямом смысле выбросил пэпса, выбив им окно.

Патруль приземлился жестко, на траву и опавшие листья. Он застонал от боли, перевернулся на спину и увидел поползновение, и в момент передвижения перед ним проявился полупрозрачный силуэт кенгуру с удлиненными руками.

— Нет! Нет!!! Помогите! Прошу, помогите! Отгоните его! Посветите фонариком, пожалуйста!!! — надрывался мужчина, пытаясь отползти, а Илья со второго этажа увидел, как Шёпот, что ни на есть натуральный кенгуру прыгнул вперед, с хрустом раздавив ему колени, — помогите!!! ПОМОГИТЕ!!!

Чудовище ухватило Пауля за плечи и потянуло на себя, без труда и сожаления переломив тело фрица, как соломенную палочку, с кровавыми брызгами и громким хрустом.

Илья, поморщившись, отпрянул от окна, стараясь сдержать слезы. Все-таки на месте Пауля может в любой момент оказаться кто угодно, даже он сам, но это пока в его планы не входило. Он посмотрел на Вольфганга, кивнул на Лукаса, корчащегося на полу от боли.

— Он был с тем заодно?

Шульц осекся, но кивнул, и Илья, пробив с ноги Лукасу по ребрам, присел рядом на корточки.

— Так бывает, когда начальство кидаешь, — парень взял его за голову и без раздумий свернул шею, после чего отсел к стене и глянул на генерал-майора, — я Илья. Илья Гейнц. Вы как?

Вольфганг мотнул головой, непонимающе уставившись на парня.

— Вольфганг, Вольфганг Шульц. А ты… почему не дал им меня убить?

— Они крысы. Я крыс не люблю. Так, — Илья оторвал от рубашки Лукаса щедрый кусок, протянул Шульцу, — прижмите к ране, остановите кровь.

— Спасибо, — буркнул мужчина, покосившись на Илью, — но за пропавший ствол ответить придется, как и твоему напарнику, так что тебе проще убить меня.

— Зачем? — не понял Илья, мотнув головой, — а, так вы этого отморозка уже грохнули? Ладно, прикольно, но куда он загасил ствол, я не знаю. И что он вам наплёл? Что это я мразь? Интересно, но выводы делайте сами. И давайте лучше помолчим и переживем эту ночь?

Парень аккуратно привалился к стене, а Вольфганг смотрел на него с легким прищуром, но не шевелился, много чего обдумывая в своей жизни и службе, а также слушая, как вокруг домика разгуливает Шёпот, ища свою добычу…

Глава 6

Дверь в кафе распахнулась, внутрь прошли двое патрульных, о чем-то весело переговариваясь, один здоровый, в теле, второй среднестатистический дрищ. На вешалку внимания не обратили, скинули пальто на сидения у одного столика, подошли к другому, нависнув над мужчиной сорока лет, который через несколько секунд получил увесистый подзатыльник.

— Тебе особое приглашение нужно? Встал, — махнул рукой снизу вверх бугай, и мужчина, позабыв обо всем, вскочил с места и поспешил на выход.

Пэпсы устроились, и тощий подозвал официантку.

— Эй, сюда иди, да!

И пока она шла, добрая часть посетителей ретировалась. В видимом окружении остался спокойно обедающий парень в серой рубашке.

— Да? Чего желаете, господа? — учтиво поинтересовалась девушка.

— Записывай себе туда. Нам две порции горохового супа, две порции пюре с бефстроганов, по чаю и пару пирожков с луком и яйцом. Все поняла?

— Гороховый суп, пюре с бефстроганов, чай и пирожки с луком и яйцом, — повторила официантка.

— Умница. Скачи, да побыстрее чтобы было, и вот это еще забери отсюда, — тощий зыркнул на поднос, оставшийся от другого посетителя, и когда девушка кивнула и взяла его, пэпс наградил её шлепком по заднице, на что обратил внимание парень с другого столика, покосившись на фрица, — э, че вылупился, фуц? Хлебай супчик свой, пока в памяти.

Тихо хмыкнув, он продолжил обедать, а фриц, прежде чем отвести взгляд, оскалился.

Она вернулась через пятнадцать минут, и не одна, а с мужчиной в возрасте, и они поставили два подноса на столик.

— Ваш заказ, пожалуйста. Приятного аппетита, — улыбнулась официантка и развернулась, но ее за запястье взял один из патрульных.

— Подожди, краса. Не торопись. Посиди с нами, поболтаем.

— Извините, у меня еще работа есть, — виновато возразила девушка.

— Да забудь, садись, — фриц рывком усадил ее себе на ноги, положив ладонь ей на колено, — всё утрясём, никто не вычтет пропущенное время.

— Отпустите меня, пожалуйста! Я не хочу…! — чуть ли не взмолилась девушка, пытаясь вырваться, и на ее защиту встал мужчина, пришедший с ней.

— Извините пожалуйста, но моя дочь тут трудоустроена, и ей нужно работать…

Второй пэпс встал, нависнув над мужиной грозовой тучей.

— Ты глухой? Тебе че сказали? Она тут работает, а мы тут новые на патруле, и это наша точка. Деньги не потеряет твоя дочурка. Может, даже заработает. Иди, — патрульный за плечи развернул мужчину и подтолкнул в спину.

— Пожалуйста, отпустите! Я просто официантка!

— Запомни, зай, — фриц пересадил девчонку через себя поближе к стене, не обращая внимания на её слёзы, — от нас зависит благополучие вашей забегаловки