брови, уставился в ноутбук, — дословно. Четыре переломанные фаланги у Павла Кашникова, сломан нос, пять ребер, ссытся кровью. У Алексея Шетько то же самое, только без пальцев и носа, но у него разрыв почки 3-й степени! Вот скажи, ты от этого удовольствие получаешь, да?

— Да нет, не получаю, просто ситуация требует, — скромно пожал плечами Илья, а сам подумал, — «спрашиваешь еще? Гнид этих ломать одно удовольствие».

— Ситуация требует!? Ну если ты видишь, что рядовые перегибают палку, ну предъяви, осади, ломать-то зачем всех подряд!? За эти полгода на твоем счету уже больше двадцати искалеченных патрульных! Ты меня уже напрягаешь своей кровожадностью, Илья, я тебя на эту должность не для этого протащил!

— Генерал-майор! — решительно продолжил диалог парень, — я действовал ровно так, как требуется, чтобы они не зазнавались и не думали, что начальство их всегда прикроет. Чтобы не стали такими, как Пауль и Лукас и не возомнили себе, что могут просто так взять и стволом перед начальством махать.

Вольфганг осекся, слушая, но не подал вида.

— Беспредельщики, они беспредельщики и есть, и как только подвернется возможность, они и руководству ствол в лицо направят. Вы меня для этого и взяли на должность, чтобы я дела ваши решал и этих крыс отлавливал, так вот это они и были. Незрелые еще, правда. Так что считайте, потушил пожар на стадии возгорания.

Мужчина протер лицо ладонью, пригладил волосы, затушил сигарету и закурил следующую.

— Хорошо, а что мне говорить? Что я Шнайдеру скажу, если он спросит, почему капитан своих налево и направо кладёт?

— Не надо ему ничего говорить. Просто покажите это, — Илья достал смартфон, открыл галерею, запустил ролик и передал гаджет Вольфгангу, — к солонке телефон приставил, как только вошли.

Шульц хмуро свёл брови, смотря на то, как двое патрульных, определенно пользуясь статусом, согнали мужчину с места, хотя и рядом было не занято.

Глаза генерал-майора чуть не полезли из орбит, когда он услышал в адрес Ильи:

«Э, че вылупился, фуц? Хлебай супчик свой, пока в памяти»

Потом следовали его откровенные приставания к девчонке официантке, затем снова наезд на капитана.

«Можно счет?»

«Слышь, занят персонал. Кинь десятку на стол и вали, или вон, дедуля, иди – рассчитай непонятливого, потом покажешь, где тут у вас подсобка».

Видео закончилось до драки. Вольфганг скривил губы, вернул телефон Илье.

— Они зашли, сразу на столик пальтишки побросали и давай понты колотить, а могли бы и глянуть на вешалку, я ведь погоны не прятал. А мало ли, может, вы бы там решили перекусить? Так они бы и вам сказали уткнуться в тарелку, пока в памяти. Вы бы как поступили?

— Нет, ну да, согласен, борзые. Я бы его застрелил, когда услышал в свой адрес «фуц». Скинь мне видео, пригодится.

Илья кивнул, и Шульц махнул рукой.

— Всё, иди к себе, отмороженный. Иди, чтобы глаза мои тебя не видели, пока я тебя сам не застрелил!

— Понял, генерал-майор, — дёрнул плечами парень, развернулся, но успел только дойти до двери, как его окликнул начальник.

— Погоди.

— Да? — капитан обернулся, увидев на лице мужчины сомнение.

— Вернись, сядь. Тут еще одно дело есть.

Илья, конечно, удивился, но вернулся и даже сел за стол, готовый слушать.

— В общих чертах обрисую. Из Германии пришел указ. Отбирают лучшего капитана из высших управлений. Что-то вроде конкурса, но в формате настоящей боевой миссии. Послезавтра совещание здесь вместе с капитанами из Москвы и Ленинграда.

— А суть в чем?

— Не беси меня, просто дослушай. На совещании я всё вам озвучу, дам договор, с целью ознакомитесь. Это просто к тому, что через три дня ты уезжаешь. Не знаю, насколько, но пока этого не произошло, хочу тебя попросить кое о чем.

— О чем ж… — дверь в кабинет открылась, Илья замолчал, когда внутрь прошла стройная брюнетка в джинсах и бордовой кофте.

— Привет, Илюш, — она слегка хлопнула парня по плечу и осуждающе посмотрела на Вольфганга, — а мы когда домой поедем, пап?

— Сейчас, Ника, я только договорю с капитаном, и мы поедем домой. Хорошо? — Шульц примирительно улыбнулся.

Девушка с прищуром осмотрела обоих и прошла на выход, сопровождаемая пристальным взглядом отца.

— Так вот, Илья, есть проблема личного характера.

Парень подобрался, заинтересованно посмотрев на начальника.

— Короче ситуация некрасивая во всех смыслах. Моя Ника не только здесь прозябает за зарплату, она еще и в тренажерный зал ходит, в библиотеки, в общем, живет в отличие от меня. И она мне тут сказала, что к ней прицепился один из главарей Звезды. Караулит, подарки пытается дарить, подкатывает, и ей это не совсем нравится. Понял?

— Понял, мне его хлопнуть?

— Да себя хлопни! Дослушаешь ты в конце концов или нет? — закричал Шульц, а парень скривил губы, ожидая, когда тот успокоится, и когда Вольфганг снова закурил, через пару минут продолжил, — понимаешь, это очень тонкое дело, и я не хочу, чтобы это привело ни к союзу, ни к конфликту. Ты можешь помочь?

Недолго подумав, парень пожал плечами.

— Могу, а моя роль тогда в чем?

— Видишь, если заступлюсь напрямую я, это накалит отношения со Звездой. Этот Дитрих игнорирует ее отказы, продавливает, только и ждет, когда я вмешаюсь. А я на разговоре нервничать начну, грубить, за пушку схвачусь, и если это еще в интернет попадёт, будет хуже. У Звезды развяжутся руки в Горьком, ведь если я мешаю просто союзу двух людей (а это именно так и преподнесут), то значит я вообще некомпетентный человек в структурах.

Парень понял, это логично. Оправдание беспределу от Звезды будет таково: ты запрещаешь трахать какую-то девку, а мы начнем сжигать ваши точки. И кажется, он уже понимал, к чему ведёт начальник, и с трудом сдерживал улыбку.

— А если за Нику, как ты выражаешься, впишешься ты, как её…

Вольфганг сглотнул, замялся, а Илья только и думал «ну, давай, скажи это слово».

— Как кто?

— Как её парень! — наконец-то выдавил мужчина, — это может сгладить все углы. Точнее это единственный вариант не превратить ситуацию в конфликт.

— Просто прикинуться её парнем и побазарить с человеком из Звезды, чтобы к ней не лез? Да не вопрос, — ответил Илья и поднялся, — разрешите идти?

— Ты хоть о