вижу его и принимаю таким, какой он есть. Что он не может причинить мне боль.

Что, на самом деле, все, что он делает, вызывает невероятные ощущения.

— Я твоя, Тимбер.

На это он издает дикий, звериный звук, но это не самое тревожное. Там, где наши тела соединены, основание его члена, кажется, набухает.

Я открываю рот, но не могу произнести ни звука. Растяжение почти невыносимо даже для меня. И Тимбер больше не двигается, потому что все слишком туго.

Но мне это не нравится.

— Что... что происходит, любовь моя?

Когда я оглядываюсь на него через плечо, Тимбер настолько ушел в себя, что потерял дар речи. Его глаза почернели.

Меня наполняет поток жидкого тепла.

— О... о, боже мой.

— Не шевелись, — с трудом выдавливает он из себя, обнимая меня одной рукой и шепча хриплым голосом мне на ухо.

Я снова оглядываюсь на него через плечо, и вижу, что он оскалил клыки.

Ему нужно отметить меня. Это необходимо зверю.

— Сделай это. Я... я хочу, чтобы ты это сделал, Тимбер, — кричу я.

С нечеловеческим рыком он бросается на меня. Клыки впиваются в кожу, и на мгновение я чувствую жгучую боль в плече. Но так же быстро, как появилась, боль рассеивается, сменяясь удовольствием.

Я стала добычей волка, и пути назад нет.

— Ты — моя пара, маленькая Черри.

Он зализывает рану, так нежно. Ритуально.

Я вдруг чувствую, что Тимбер испытывает ко мне.

Я практически могу читать его мысли. Как он стал таким. Как его мать и отец бросили его, когда проявилось старое семейное проклятие. Его предки на протяжении поколений пытались избавиться от гена оборотня, и его родители никогда не рассказывали ему об этом. Они думали, что наконец-то все закончилось. Но произошла его трансформация, и его изгнали. Он так сильно боролся в одиночку. Впервые встретив меня и почувствовав инстинктивное желание привязаться ко мне, он обрел надежду на будущее.

Тимбер создал нерушимую связь. Идеальную верность. Истинное единение. Разве не это я всегда искала? Кого-то преданного, честного и верного.

Так что, может быть, я действительно случайно наложила любовное заклятие. Разве это так плохо, если я нашла своего человека?

В то же время я все еще ослаблена после недавнего оргазма, но меня охватывает лихорадочное желание, пока он дразнит чувствительную плоть у меня между ног.

— Я твоя, Тимбер, — хнычу я.

Его тело напрягается, когда я выдаиваю то, что у него осталось.

Тимбер рычит мне на ухо, и я сжимаю его сильнее.

— Черри... моя Черри.

— Твоя... я твоя, Тимбер.

Глава 7

Тимбер

НА РАССВЕТЕ в дверь Черри стучат.

— Открой, — лениво говорит она, перекатываясь на меня. — Думаю, я не дойду.

После душа мы остаток ночи провели в постели в объятиях друг друга, укрощая зверя.

Я целую метку на ее плече — она превратилась в затейливую букву «T».

— Первая татуировка Черри, — говорю я, обводя кончиком пальца плавные черные линии.

— Рада, что ты это сделал. Хотя ты подарил мне мой первый… да все первое.

Сердце воспаряет при мысли о том, какая связь теперь между нами.

Когда-нибудь мы будем понимать друг друга так, что слова почти не понадобятся. Она будет читать мои эмоции так же легко, как я читаю ее.

Я встаю с кровати, и оборачиваю бедра полотенцем в ванной.

На крыльце я обнаруживаю Финнегана и Альму, а с ними бабушку Черри.

— Ну надо же. Похоже, мы опоздали, — цедит Финнеган. — Удивительно, ведь мы ждали, пока станет настолько чертовски светло, что у меня уже брови подгорают.

Какого черта он несет?

— Где Черри? — рявкает Альма, проталкиваясь мимо меня.

— Отдыхает, — говорю я с такой властностью, что среднестатистического человека это бы испугало. Но Альму так просто не запугаешь.

За ней вплотную следует бабушка Морган, окидывая меня с ног до головы оценивающим взглядом — словно все еще не решила насчет меня.

На крыльце остается Финнеган.

— Тебе нужно попросить Черри пригласить меня внутрь, умник.

Пожалуй, скажу ему правду.

— Я приглашаю тебя, — говорю я, отступая в сторону, и делая соответствующий жест.

— Ты ее пометил, — сужает глаза Финнеган. — Скажи, что нет.

Мой пустой взгляд говорит ему, что да, прошлой ночью я пометил Черри укусом. И что она признала мои права на нее как на мою пару.

— Идиоты. Оба, — говорит он, перешагивая порог.

Черри не ранена. Никто прошлой ночью не пострадал. Не понимаю, чего он так взъелся. Хотя в тоне слышится легкая ревность.

— Садись там, — Альма указывает Финнегану в сторону очага. — Рядом со мной не появляйся.

— Думаешь, я нападу на тебя прямо при Морган? — спрашивает Финнеган. — Она и глазом не моргнув обратит меня в летучую мышь-фруктовку.

— Нет, — приподнимает бровь Альма, — дело не в этом. Я просто не хочу сидеть рядом, если от восхода солнца ты вспыхнешь.

Из спальни выходит Черри, туго подпоясывая халат.

— Что вы все тут делаете? — спрашивает моя пара.

— Мы бы задали тот же вопрос, — говорит Финнеган.

— Не разговаривай с ней так, — огрызаюсь я.

— Ну понеслось, — вздыхает вампир, смахивая большими пальцами усталость с глаз.

— Альма? Я думала, ты должна была прийти вчера. Что случилось? — спрашивает Черри.

— Я приходила. И слышала вас прошлой ночью, — говорит Альма. Черри морщится. — Ты оставила дверь открытой, и, скажем так, я не стала прерывать… что бы это ни было.

— О. Привет, бабушка. Прости, что тебе пришлось узнать о моей новой, эм, ситуации вот так.

— Понимаю. Ах… пойдем-ка заварим гостям чаю, м? — старшая ведьма выпархивает на кухню, утягивая внучку с собой.

— «Ситуации»? — комментирует Финнеган, когда они уходят из зоны слышимости. — Не думаю, что это слово значит то, что она думает.

— Она не хочет пугать бабушку, — говорю я.

— Слишком поздно.

— Слушай, — говорю я, не понимая этого осуждающего тона. — Я уже говорил, что никогда не причиню ей вреда — и не причинил. Чего ты на меня взъелся?

— Прости, большую часть времени я милый и ласковый щенок?

— Хватит, дети!

Мы с Финнеганом оборачиваемся на окрик. Альма сидит на диване по-турецки, обнимая подушку — поза дзен-спокойствия, а в выражении лица — ярость.

— Вы ругаетесь как старая женатая пара, и я не хочу это слушать. Во-первых, Финнеган, перестань презрительно относиться к другу. Черри не пострадала, потому что у нее действительно сработало защитное заклинание. И, к слову, у нее явно есть к нему чувства. Я это поняла прошлой ночью, хотя она со мной эту тему не поднимала. Респект ей, но на ее