напористости старикам не хватало, то ли простого везения.

Когда после смерти папы Степан занял его место директора, это было и справедливо, и правильно. А Николай Валерьевич числился в должности главного специалиста и помимо хорошей зарплаты получал неплохие дивиденды.

— Николай Валерич, помните историю с переводом заводских денег в благотворительный фонд? — после очередной выпитой рюмки спросил Степан.

Узкому кругу лиц история была известна. И Николаю Валерьевичу, конечно.

— Такое не забудешь. Не каждый день случается. — Старик усмехнулся.

— Вы представляете, кто за этим стоял? — Степан подвинул пальцем рюмку.

— Что это ты через столько лет заинтересовался, Стёпа?

Старик сильно сдал. Из-под рубашки выглядывали худые руки. Возле глаз совсем глубокие морщины.

Только глаза старыми не казались.

— Сам не знаю. — Степан опять тронул рюмку.

Слишком многое тогда свалилось на него одновременно. И предательство Милены, и её убийство, и допросы ментов… Выпутался из истории с подставой вовремя, и слава богу. Бухгалтерию он с тех пор контролировал тщательно — снова подставить себя не даст.

Николай Валерьевич снова плеснул в рюмки.

— Я не знаю, кто это сделал, Стёпа. На первый взгляд кто-то хотел протащить своего человечка в мэры. Против Антона это затевалось, не против тебя.

Это и Степану было ясно.

Они подержали рюмки в руках и молча выпили.

* * *

Солнце плыло по яркому синему небу. Тина полежала в гамаке, глядя на небо сквозь листья яблонь, покачалась. Прав Юра, одной здесь делать нечего, она ничего не сможет узнать.

Солнце неожиданно скрылось, зашло за неожиданно появившееся облачко.

Тина ногой остановила гамак, сунула ноги в слаксы и поднялась в Ирину комнату.

Тётя не один раз всё здесь осмотрела, но она, подойдя к книжным полкам, принялась перебирать книги и бумаги.

В последние годы Римма практически здесь жила. Работа ей это позволяла, для дизайнерских проектов нужен был только интернет, а нормальный интернет в городе уже давно был.

Тина снимала очередную книгу с полки, листала, ставила на место. Книги были старые, ещё дедушкины, стояли здесь с тех пор, когда сестру интересовала приключенческая литература.

Между книг Тина нашла старую записную книжку. Ей было лет пятнадцать, не меньше, — красивым, ещё детским Ириным почерком записаны несколько имён и телефонов. В последние годы номера телефонов сестра, как и все остальные, хранила в электронной памяти.

Позвонить имело смысл только одной бывшей Ириной подружке, Наде. С Надей Тина и Ира встречались за год до своего последнего приезда. Остальные имена Тина припоминала смутно.

За столько лет номер из старой книжки мог сменить хозяйку, но Тина, поколебавшись, его набрала.

Удивительно, но голос бывшей Ириной подруги она узнала сразу.

— Надя, извините, это Тина… — быстро и отчего-то волнуясь, затараторила она. — Я сестра Иры Аксаковой. Вы меня помните?

— Тина!.. Боже мой! Ну конечно, я тебя помню! Ты в городе?

— Да. Приехала два дня назад. — Она подошла к окну. Солнце слабо просвечивало сквозь очередное облако.

— Тиночка!.. Что-нибудь стало известно про Иру? — Голос в трубке дрогнул.

— Ничего! Надя, я приехала попытаться хоть что-то узнать. Тётя Римма…

— Приходи ко мне! — перебила Надя. — Или нет, лучше встретимся где-нибудь в городе. У меня маленький сынишка. Он вообще-то с няней, но всё равно нормально поговорить не даст.

— Приезжай ко мне! — позвала подругу Тина.

Надя замялась.

— Давай лучше в городе.

В дом, где произошло несчастье, Наде наведываться явно не хотелось. Наверное, многие на её месте вели бы себя так же, но всё равно это неприятно кольнуло.

— Давай в кафе около отеля… — Надя объяснила, как найти место. — Через полчаса?

— Хорошо.

Тина закрыла старую записную книжку, положила её на полку.

Идти до кафе оказалось всего несколько минут. Тина взяла сок, села у окна в ещё пустом зале.

Надя приехала на такси. Она мало изменилась за пошедшие годы, была по-прежнему стройной и по-новому элегантной. Скромное бежевое платье, падающие на плечи густые волосы. Тина почувствовала себя неуютно в облезлых джинсах.

— Тиночка! — Надя, мягко улыбнувшись, села напротив. — Ты так долго не приезжала… Я уж думала, что никого из вас больше не увижу.

— Тётя Римма не хотела, чтобы мы с Юрой приезжали. Она не говорила, но мы это чувствовали и не навязывались. Римма умерла зимой. Надя, я хочу узнать, что случилось с моей сестрой!

Подруга отвела глаза, поднялась, отошла к стойке. Вернулась со стаканом сока.

— Надя, помогите мне!

— Не зови меня на «вы»! — Подруга ласково тронула её за руку.

— В городе недавно пропала ещё одна девушка, — наклонилась к ней Тина. Учительница.

Надя с удивлением замерла.

— Так получилось, что этой девушке в тот день, когда она исчезла, передали Ирин рисунок…

Тина неожиданно заплакала. Она не плакала ни разу с тех пор, когда они с Юрой ждали здесь приезда своих родителей.

Она не плакала, даже когда Борис ушёл от неё в свою новую жизнь.

— Я была одной из последних, кто видел Машу Дементьеву. — Надя рассказала, как школьная подруга заглянула к ней накануне исчезновения. — И рисунок я видела. Ты думаешь, он может как-то помочь?

Надины глаза светились теплотой и пониманием. От этого слёзы текли ещё сильнее.

— Римма так считала.

— Ира мне в последний приезд позвонила, но я была на даче. А на следующий день мы с мамой уехали отдыхать. Я не сразу узнала, что она пропала.

Уходить от старой подруги не хотелось. Тина поняла, что надо прощаться, только когда Надя украдкой посмотрела на часы.

Она проводила подругу до такси, отгоняя внезапно накативший беспричинный страх, что с ней тоже может случиться беда. Страх был необъяснимый и прилипчивый.

Наверное, Борис прав. Ей надо ходить к психологу и лечить нервы.

* * *

На экран звонившего телефона Фёдор посмотрел с отвращением. Продолжать находиться внутри анекдота ему решительно не нравилось.

Не надо было записывать телефон любовника собственной жены.

В этом точно было что-то ненормальное, даже учитывая, что жены уже пять лет нет.

— Слушаю! — наконец ответил он.

Сбросить вызов было ещё глупее, чем ответить.

— Ивлев, — представилась трубка.

— Я понял, — буркнул Фёдор.

— У меня для вас есть кое-какая информация о том, что могло произойти пять лет назад. — Похоже, любовник тоже был не в восторге от их общения. — Если хотите, могу поделиться.

— Делитесь! — вздохнул Фёдор.

— Милена отправляла заводские деньги в некий благотворительный фонд. Если бы деньги оттуда исчезли, а они исчезли бы точно, иначе аферу незачем было затевать… Если бы деньги исчезли, у одного из тогдашних кандидатов в мэры возникли бы крупные неприятности. У меня тоже, кстати.

— Это