будет рваться наружу. Он вновь бросил меня на ковер, но в этот раз обхватил рукой шею и стал сжимать.

– Умоляй, – шептал он в ухо, а я только и думала о том, чтобы сдержать себя. Пока не стало темно.

Когда я открыла глаза, то лежала на холодном полу и чувствовала ледяную воду на лице и какой-то мерзкий запах в ноздрях.

– Ты как? – спросила Люма, склоняясь надо мной.

Я резко приподнялась, но в голове зашумело, а к горлу подкатила тошнота. И я откинулась обратно. Вытерла мокрое лицо рукавом и почувствовала резкую боль. Губа и щека опухли.

– Тихо. Не делай резких движений. Сейчас оклемаешься.

– Что случилось?

– Ты отключилась. Как он мог быть таким жестоким? – словно извиняясь, произнесла Люма.

– Вот так.

Я аккуратно села и, придерживаясь за Люму, поднялась. Спарринги продолжались, но вдоль стены уже сидели поверженные. Такие, как я.

– Долго я была без сознания?

– Несколько минут, пока я бегала в подсобку за водой и нюхательной солью.

– Спасибо. А где Хлоя?

– Ее вызвали. Братец твой.

– Ты серьезно?

Мы протиснулись через толпу, и я увидела, как он вдавливает Хлою лицом в ковер. Я ненавидела его всем сердцем. Мне хотелось разорвать его у всех на глазах. По коже побежали мурашки, и это не предвещало ничего хорошего. Я была в ужасе и чувствовала нарастающую вину, что бросаю Хлою, но не смогла совладать с собой и кинулась к двери – мне срочно нужен был свежий воздух. Подняла лицо к небу, в котором сгущались сумерки, и стала дышать. Дверь хлопнула, и, обернувшись, я увидела Айс.

– С тобой все хорошо? – спросила она.

– Нет. Не все. О таком отношении я и подумать не могла. Я считала, что мы будем держаться вместе, помогать друг другу, поддерживать. Мы ведь были одной командой, пробирались через болото, – тихо произнесла я. – Что изменилось? Когда мы попали сюда, его словно подменили. Что я сделала такого? Я всего лишь попросила его не лезть ко мне в голову. Тогда, в купальне. И теперь он вымещает на мне всю свою злость. Айс, зачем он так?

Она ничего не ответила, подошла, обняла меня, а потом внимательно осмотрела лицо.

– Сильно болит?

– Это, – я показала на лицо, – нет. А вот внутри сильно. Я не понимаю.

– Итан манипулятор. Он привык получать все, что хочет. А тебя он побаивается, – сказала она и улыбнулась.

– Меня?

– Ты же можешь поджарить его. Забыла?

– Могу, – глухо засмеялась я.

– Но посмотри на это с другой стороны. – Айс взяла меня за руку. – Скоро отбор. Он самый сильный. Если ты сможешь противостоять ему…

– А я смогу? – Я недоверчиво заглянула ей в глаза.

– Не переживай. Я научу. Итана я знаю как себя. – Айс с довольной ухмылкой подмигнула мне. – У него тоже есть слабые стороны. И мы еще с кинжалом потренируемся, все равно нам скоро добавят занятия с оружием.

Я обернулась, мне показалось, что кто-то открывал дверь, но за нами никого не было. Я чуть нагнулась к ней и тихо сказала:

– Ты же понимаешь, что если будешь меня тренировать, то об этом узнают и перестанут общаться с тобой. Ты станешь изгоем.

– Плевать, – отмахнулась Айс. – Они все равно меня бесят. Тем более я тут присмотрела себе парня, который не такой кретин, как другие.

– Неужели самой Айс кто-то понравился?

– Ага.

– И он из третьего блока?

– Вполне вероятно.

– Наездник?

– Нет, – сказала она и улыбнулась.

Я взглянула на нее.

– Ты удивилась? – спросила она.

– Да. Ты такая сильная. И я думала, что ты выберешь «самого-самого».

– А он и есть «самый-самый». Для меня.

Глава 15

В тот день я проснулась от того, что все мое тело пылало, а я не понимала, что происходит. Мне казалось, что глаза кипят, а внутри меня бушует пламя. Представьте, что вы заперты в бревенчатом доме и он горит. Во рту было сухо, губы потрескались, в ушах стоял пугающий вакуум, а руки и ноги казались онемевшими и тяжелыми, как камни.

Простынь подо мной была вся влажная и скомканная. Я вскочила, чуть не рухнув с верхнего яруса. С трудом спустилась и, схватив полотенце и форму, побежала в купальню. Было шесть утра, все еще спали, ведь до подъема оставался целый час. Я надеялась привести себя в чувство, стоя под ледяными струями, но в этот раз они не помогали. Уперевшись в стену руками, пыталась понять, что же происходит. В голове плыл туман, и меня пошатывало. Я старалась дышать, но горло перехватывало, и хотелось выкашлять из себя потоки энергии, которые терзали тело.

Кожа покрылась мурашками, но мне казалось, что она вот-вот начнет источать пар. Я выключила воду и пошла в раздевалку. Натянула форму, прошлась по пустому длинному коридору до двери к лестнице и взглянула на часы. Только тогда до меня дошло.

«Сегодня мой день рождения. Мне исполняется двадцать. Вот и настал день, которого я так боялась в Топи. День, когда сила достигает пика, и теперь энергия бурлит во мне на полную катушку».

Я закинула полотенце в комнату и пошла в правое крыло. Мне нужно было поговорить с Айс. Но когда я пересекла двор, то увидела, что второй блок уже не спит. Идти мимо остальных в таком состоянии было опасным. Я не знала, как могу среагировать, если кто-то из них остановит меня, бросит что-то гадкое в мою сторону. Пришлось развернуться и бегом вернуться в наше крыло.

«Девочки вряд ли смогут мне помочь», – подумала я и, обхватив себя руками, стала подниматься по лестнице. Не знаю зачем, но я дошла до последнего этажа, где в конце коридора, как я слышала, жил Гай. Словно энергия вела меня к нему.

Слава Скалам, он ни с кем не делил комнату. Подойдя к его двери, я уже не знала, что с собой делать. Сердце готово было выскочить из груди, руки тряслись, а я покрылась испариной. Я постучала и стала ждать. Он не открывал, постучала сильнее. Я уже готова была ломиться в его дверь, но в следующее мгновение она отворилась. Заспанный Гай стоял передо мной в одних трусах и пытался разлепить глаза. Увидев меня в таком состоянии, он тут же проснулся. Оглядел меня, потом быстро взглянул на себя. Я, ничего не сказав, ввалилась к нему. Он быстро пошел к шкафу и натянул на себя комбинезон.

– Аида, что с тобой? – спросил он, подойдя ко мне.