Собираюсь с духом, подхожу к стене и цепляюсь руками за первый выступ. Камень скользкий, пальцы соскальзывают.

Чуть подтянувшись, с трудом удерживаюсь на месте. Чувствую, как напрягаются мышцы. Чувствую, как быстро расходуются силы.

Поднимаю взгляд вверх и с этого ракурса стена кажется мне бесконечной, уходящей прямо в небо.

— Нет, я не смогу! — шепчу, вся сжимаясь от ужаса. — Я не смогу так спастись!

Спрыгиваю обратно на землю и закрываю глаза. Сердце колотится, как бешеное. От его ударов вся содрогаюсь. В висках стучит, будто удары молотков.

Отхожу от стены, тяжело дыша, и оглядываюсь. Чувствую, как странное ощущение чужого взгляда упирается мне в спину. Будто кто-то следит за мной. Но в итоге я никого не нахожу.

Внимательно изучаю местность. Но кроме деревьев, кустов и аллей ничего не вижу. Даже остальные больные куда-то подевались, словно чувствуя что-то страшное. Вот только этого самого страшного нигде нет.

— Кто здесь? Вам что-нибудь от меня надо? — спрашиваю в пустоту и, конечно же, не получаю ответа.

Но в глубине души, где-то на самом дне сознания, свербит мерзкое ощущение слежки. Кажется, будто кто-то наблюдает за мной из-за угла, из окна, из-за кроны дерева…

Кто это может быть? Рейхард? Вполне возможно. Но стал бы доктор заниматься такими глупостями?

Или, может, это господин директор? Его надменность и самоуверенность доказали мне, что ему нельзя доверять. От него точно можно ждать чего-то плохого. Но… мне кажется, что он бы не стал прятаться, а предпочел действовать открыто.

Медленно иду дальше вдоль стены, стараясь не издавать ни звука. Каждый шорох, каждый скрип под ногами отдаются эхом в голове, заставляют вздрагивать.

Оглядываюсь почти машинально, пытаясь уловить хотя бы тень движения, намек на присутствие кого-то еще. Но ничего, никого. Только стена, деревья и небо. Но несмотря на это ощущение слежки не пропадает, а лишь усиливается, давит на плечи, словно тяжелый груз.

Внезапно замечаю небольшую щель между камнями. Она едва заметна, но мой взгляд цепляется за нее, как утопающий за соломинку. Подхожу ближе, внимательно осматриваю. Щель достаточно узкая, но, возможно, за ней есть что-то. Может быть, ход, лаз, какая-нибудь потайная дверь?

Сердце начинает биться сильнее. В груди зарождается слабая надежда. Осторожно просовываю пальцы в щель, пытаясь расширить ее. Камни крошатся, осыпаются, щель немного увеличивается.

Заглядываю внутрь. Там темно, но вижу небольшую нишу. Должно быть, дальше что-то есть. Рискну!

Собрав волю в кулак, начинаю работать руками, расширяя щель. Камни цепляются за одежду, царапают кожу, но я не обращаю на это внимания. Сейчас для меня главное — пробраться туда, внутрь, за эту стену. Ведь это мой шанс. Я должна им воспользоваться!

Но в этот момент кто-то осторожно касается моего плеча. И я понимаю, что допустила очень большую ошибку…

Глава 12

Сумасшедшая

Резко оборачиваюсь, готовясь к худшему. Сердце колотится с невероятной скоростью. В голове проносится калейдоскоп страшных ликов: господин директор с его надменной ухмылкой, доктор Рейхард с пронизывающим взглядом… А может быть кто-то из сотрудников?

Готовлюсь к встрече с ними. Боюсь их. Знаю, что ни один из мужчин не сможет понять меня и мою попытку бежать.

Но передо мной оказывается незнакомая мне женщина. Причем такая необычная, что от одного только ее вида хочется убежать прочь.

Она странная. Очень странная. Одета в длинное, бесформенное платье из грубой ткани, по цвету сливающееся с землей. Волосы седые, или просто слишком белые, спутанные, местами сбившиеся в колтуны и свисающие на лицо, скрывая его черты.

Но даже сквозь этот каскад волос я вижу ее глаза. Широко распахнутые, горяще-серые, они смотрят на меня с какой-то болезненной тревогой и, словно у дикого зверя загнанного в клетку, мольбой.

Лицо женщины испещрено глубокими морщинами. Но это не следы прожитых лет. Это следы постоянного страдания, которое ей пришлось пережить.

Замираю, не в силах вымолвить ни слова. Кто она? Что ей нужно?

Нет сомнений, что именно эта женщина преследовала меня. Ведь именно ее взгляд я чувствовала на себе. Взгляд, полный боли, отчаянности, тревоги…

— Не делай этого! — произносит она, глядя мне прямо в глаза.

— Не делать чего? — спрашиваю, пытаясь показать, что не собиралась делать ничего противоестественного.

— Ты не понимаешь, что они творят! — хрипит незнакомка, хватая меня за руку своими костлявыми пальцами. — Они украдут твою душу, выпьют до дна и выбросят, как пустую бутылку!

Пытаюсь вырваться из ее хватки, но она держит крепко, словно клещами. Она не хочет отпускать меня. Но почему? Что ей могла сделать?

— Они повсюду! Слышишь? Они наблюдают за нами! — заявляет, совершенно не опасаясь своих слов.

Ее голос становится все более истеричным, глаза мечутся из стороны в сторону. Похоже, что она на самом деле кого-то боится. Но ей-то уж точно нужно лечение.

— Никому нельзя верить! Никому! Даже мне! — шипит она, а затем из ее горла вырывается пугающий смех.

Я в панике отталкиваю ее от себя. Чудом удается вырвать руку из ее сильных пальцев.

— Я не собиралась делать ничего такого, о чем мне пришлось бы пожалеть! — кричу, стараясь заглушить обмануть всех, в том числе и себя.

Женщина смотрит на меня безумным взглядом, ее губы дрожат. Не похоже, что она мне поверила. Впрочем, вообще не похоже, что она меня слышит.

— Все не важно! Тебе все равно не спастись. Никому из нас не спастись! Они найдут способ уничтожить, растворить тебя!

— Кто «они»? — спрашиваю, пытаясь понять, о ком именно она говорит. Ведь не может она говорить подобное о сотрудниках пансиона.

Ни за что не поверю, что доктор Гринг способен причинить вред. Да, он порой поступает странно. Но ведь он психолог. У него свое восприятие мира, восприятие человеческого мышления.

К тому же мне кажется, что я нравлюсь мужчине. Нет, я уверена в этом! Ведь неспроста он так реагирует на моменты, когда мы оказываемся слишком близко.

— Кого ты обвиняешь во всем этом? — спрашиваю, так и не дождавшись ответа.

— Ты и сама прекрасно все знаешь! — смеется женщина. — Ты чувствуешь, что зло рядом. Потому ты и бежишь…

— Я никуда не бегу! — бросаю в ответ, хотя спиной чувствую щель в стене, которую я совсем недавно пыталась расширить.

— Ты можешь обманывать себя, но их ты не обманешь! Зло рядом и ты знаешь