class="p1">– Мама, кстати, считала, мол, если ты кого-то убьешь – этим ты его ничемушеньки не научишь.

– Но разве при этом сама она не мечтала о смерти Морского Царя?

А вот тут девочка и остановилась, и внимательно, даже оценивающе на него посмотрела. Предыдущие вопросы, на его взгляд, ничуть не менее бестактные, подобного не вызывали – но, судя по всему, сейчас опекун покинул лакуну светской беседы и ступил на неизведанные доселе земли истинных разговоров о важном.

– Еще как мечтала, ага. И так уж получилось, что дочь у нее – настоящая ведьма, способная не только фаербол, но и драгон слейв кинуть, а дедушка все еще живой и невредимый бегает – ну, торчащий в нем кинжал не в счет. Чувствуете, в чем фишка? И Морской Царь, и много других не очень клевых ребят живут себе и живут, поскольку разбираться с ними должны все вместе – сказы, богатыри и далее по списку, а не одна-единственная суперсила. Мама верила, что такой путь самый правильный: магия нужна именно тогда, когда все остальное не помогло, – и только тогда. Если меня люди научили колдовать, то ее – что нельзя насаждать добро и причинять справедливость.

Поскольку сам Александр Витольдович, во-первых, технически еще считал себя человеком и, во-вторых, имел довольно близкое знакомство с данным видом, его так и тянуло подметить, мол, как и многие иные учителя, к собственноручно данным советам люди старательнейшим образом не прислушиваются, но он сдержался.

Девочка тем временем продолжала:

– Ну и не забывайте, в человеческом мире монополия на легальное насилие принадлежит государству, а в сказочном – лешим и богатырям: куда ни плюнь, ведьм в списке нет. Чисто логически, начни я причинять вред, пусть даже и ради благого дела, – нарушу законы. Нарушил закон – преступник, следовательно, злодей, и дальше уже дорога одна – прямая в Лес. Но до тех пор, пока я просто живу и колдую только по необходимости, без прямого ущерба, – я всего лишь неприятный сбой в статистике, наглая строчка, с которой не пойми чего делать. Вот вы о других ведьмах слышали?

– Ссыльные же не считаются? – покосился на нее опекун.

– Именно. Итого получается ровно одна штука, верно? И поскольку рано или поздно обо мне узнают, планирую к этому моменту хотя бы в Алые Ведьмы не загреметь, если вы понимаете, о чем я.

Александр Витольдович совершенно не понимал, но кивнул – и шагнул вперед. Они с Чече шагнули. Задумавшись над предыдущим диалогом, чуть было не наступил на очередного цыпленка, но в последний момент успел среагировать и отшатнулся. Они отшатнулись. Абсолютно одинаково качнулись, синхронно махнули руками, но удержались – и встретились с прищуром карих глаз. Девочка внимательно оглядела Пня, затем Черного Человека, сделала несколько шагов назад – слишком мало, чтобы оба оказались за пределами круга, но достаточно, чтобы как следует рассмотреть их со стороны. И несколько отстраненным голосом скомандовала:

– Чече, долгие годы я уважала твое право на анонимность, но сегодня, извини, попрошу все-таки снять шлем.

Он уставился на нее и выдал несколько пассов руками.

– Да, конечно – могу сделать это и сама, в конце концов, я же его тебе и дала. Но раз уж мы партнеры, правду предпочла бы увидеть от тебя.

Пока Черный Человек медленно нащупывал застежку и стягивал с головы защиту, Сашка успел задуматься, далеко ли осталось до желанного выхода из Леса и насколько при текущем раскладе может затянуться осуждающее поедание бутербродов. Но вот наконец шлем был снят, и на них с Пандорой уставился вполне себе молодой и, хочется верить, привлекательный юноша с легким налетом веснушек, чудовищным беспорядком на голове и пристальным взглядом серых глаз. Собственно, все в нем было если не серо, то довольно монохромно, словно тот сошел с пленки черно-белого кино и никогда не слышал о красках. А, и еще одна мелочь. Чече оказался точной копией Пня-младшего.

Уперев руки в бока, Дора с прищуром спросила у опекуна:

– Что ваша тень делает у меня?

– Служит? – максимально невинно отозвался тот.

Нет, в целом в разумность и сдержанность подопечной он более чем верил, однако писк цыплят под ногами напоминал и о некоторой присущей сударыне фантазии.

– Но он же со мной с детства… Так. Стоп. Вы когда пришли ко мне свататься?

– Полагаю, сильно за десять вечера…

– Лет! Лет мне было сколько?

Сашка принялся внимательно разглядывать землю под ногами – не хотелось второй раз оступиться, – но Черный Человек, вот ведь конъюнктурщик, весьма недвусмысленно показал раскрытую ладонь правой и большой палец левой рук.

– Шесть! – чуть не завопила Пандора и принялась прожигать лешего гневным взглядом. – Вы совсем сдурели отдавать свою тень ребенку?

– Вы нуждались в партнере для спарринга, да и к защите, если честно, имелись некоторые вопросы – ваш папенька, конечно, бывалый воин, но, согласитесь, в некоторых ситуациях даже его квалификация оказывалась недостаточной, поэтому…

– Я. Таскала. Тень. Лешего. В Лес, – неверяще проговорила девочка вслух. – Сами откалываете подобное, а потом заявляете мне о важности соблюдения правил безопасности? Серьезно?

Бросив беглый взгляд по сторонам, Сашка развел руками.

– Учитывая, что нынче вы оказались в Лесу исключительно с целью моего спасения, признаю: квалификацию нужно повышать. Как только вернемся – займусь этим безотлагательно.

Пандора явно хотела добавить еще что-то, но вместо этого махнула на Чече рукой, мол, надевай давай обратно, и, развернувшись, буркнула:

– Вы неправы!

– Да, – закивал Александр Витольдович, спеша следом.

– Вот вообще неправы!

– Категорически согласен.

– Меня злит то, как глупо вы рисковали и тогда, и сейчас.

– Понимаю.

– И ни слова не скажете в свою защиту? – снова обернулась к нему Пандора.

– Ну, вы меня все-таки спасли. Подозреваю, как-то уже оправдав мою репутацию в своих глазах, не хотелось бы усугублять.

Поджав губы, девочка снова прищурилась и разве что не прошипела:

– Какой же вы… зараза!

Вопреки правилам приличия и, чего греха таить, воле Александра Витольдовича, на его лице расцвела счастливая улыбка.

– Вы что, этому тоже у папы научились? – обреченно спросила Дора.

– Чему-то конкретному? – невинно поинтересовался леший, старательно пытаясь хотя бы не начать насвистывать.

– Вас только что спасли от верной смерти, а уровень раскаяния в содеянном не найден, – покачала подопечная головой, вздыхая. – Хоть бы потупились для приличия, что ли… Кстати, а как вообще так получилось? Почему Лес вас не поглотил? Я уж, грешным делом, настроилась на встречу с местным аналогом Сары Керриган, а вы вполне себе сохранили и личность, и все остальное.

– О, – Пень вежливо улыбнулся, – ему мое нутро не понравилось. Слишком