Арчибальду указание, что он может распоряжаться серебром и что нужно обратиться к нашим плотникам, чтобы начать делать решетки для сушки лангана, а также запасти угля и дров. Все же остальное мне и в самом деле следует сначала обговорить с Сигрид.

На следующий день я с самого утра отправилась на первый этаж замка. На кухне как обычно кипела работа, что-то бурлило в большом общем котле, а большая и крикливая Сигрид яростно раздавала команды своим помощницам и поварятам, которые носились, словно угорелые. Лишних людей на кухне у нас не водилось, так что все, кто принимали участие в готовке, без дела не сидели. К полудню надо наварить каши и приготовить супа для трех десятков мужчин из дружины, слуг и работников на конюшне, а это почти полсотни голодных ртов. А значит готовить нужно начинать, едва в замке закончилось время утреннего приема пищи.

— Миледи Гросс! — воскликнула Сигрид, тут же присев в неловком поклоне.

Женщина давно мучилась болями в ногах, да такими, что даже молитва Петера помогала всего на неделю — но такова была цена ее профессии. У всех поваров были больные ноги, как пекари страдали от болей в плечах и шее из-за бесконечного замеса теста.

Я лишь махнула рукой, показывая, чтобы главная кухарка оставила свое хозяйство и проследовала за мной для беседы. Но едва я начала, Сигрид тут же сообщила:

— А Грегор вчера заходил ко мне, как от Мари нашей вышел! — хохотнув, сообщила женщина. — Всё так, миледи Эрен, как и сказал оруженосец нашего милорда! Давно готовимся, давно! Я уже и с пекарями парой слов перекинулась, и кладовые, что посуше будут, разбирать начала… Сухой лаган хорошая затея! Очень таких вещей на кухне не хватает, чтобы взял, в котел бросил, а оно и готово. Кашей-то людей три раза в день кормить не станешь, взвоют, бедолаги!

Я вопросительно подняла бровь.

— А если бы до готовки дело не дошло? — спросила я. — Тогда что?

— Тогда опять бы кладовые заставили и спокойно работали дальше, — пожала плечами женщина. — Миледи, лучше же так, чем окажется, что мне разгромить все хозяйство за два дня надобно и непонятно кого на кухню пустить! Вот только все равно проблема есть.

— Какая же?

Сигрид мгновение помялась, а потом честно ответила:

— Не справимся мы в кухне, миледи. Не развернемся. Я-то могу пару поварят, да одну кухарку выделить и тогда питание дружины не пострадает, но придется людей со стороны звать. И в самой кухне места нет для такого дела большого. Вы простите мне любопытство моё, но когда дело припасов касается, я всякие слухи собираю. Да и с мельником общаюсь через возницу постоянно, когда муку принимаю… Не приготовим мы столько теста, миледи. Тут мужские руки нужны, сильные. И воду таскать, и дрова, и…

— Говори по делу, — перебила я повариху. — Чтобы в день двадцать мешков муки переработать в лаган, что нужно?

От такой цифры Сигрид опешила.

— Двадцать мешков? Миледи, это же на весь город хлеба сделать… А лаган это не хлеб, это столы нужны, решетки…

— Вот и спрашиваю, сколько нужно людей и места, — я начала терять терпение.

— Думаю, придется главный зал закрывать и там столы ставить, — покачала головой повариха. — Там и старый камин есть большой, котлы поставить, и места достаточно, чтобы не толкались локтями. Если там развернемся, может, и успеем. Но все равно, миледи, рук-то не хватает! Это же у нас, значит, на весь город четыре пекаря трудятся, каждый по три-четыре мешка в день могут выпечь! Это если большими буханками! А если крендели какие, булочки, если возни много, то того меньше! Но это же целые семейства! В каждой пекарне по полдюжины работников! Это же сколько народу надо будет! И не просто женщин или поварят, а крепких мужиков! Вы пекарей-то наших видели? Только что ростом не вышли, а вширь так больше милорда нашего будут!

Чем дольше говорила Сигрид, тем отчетливее в ее голосе слышались нотки паники. Но тревог кухарок я не разделяла.

Ведь я знала, где взять две дюжины крепких и ответственных мужчин для этой работы.

По всей видимости, за идеи Виктора опять придется отдуваться его дружинникам, о чем я и собиралась сегодня вечером сообщить своему мужу.

Глава 14

Виктор

— Вроде бы, закончили… — выдохнул Фарнир, с гордостью глядя на три железных механизма, которые стояли стройным рядком на рабочем верстаке в углу кузницы.

Мастер-кузнец тоже был с нами, и глаза мужчины тоже светились от гордости: все детали для этих устройств отлил и выковал именно он с подмастерьями, хоть ради этого ему и пришлось отказаться от большинства прочих заказов. Но никто из горожан или селян особо не жаловался на такое самоуправство с моей стороны — ситуация на полях была плачевная, а слухи о том, что барон стремится особым способом сохранить муку на этот голодный сезон, разлетелись по наделу со скоростью лесного пожара.

Я подошел и аккуратно провернул рукоять одной из машинок для прокатки теста. Деревянные отполированные валики с металлическими сердечниками пришли в синхронное движение без каких-либо рывков и толчков. Корпусы машинок были сделаны из листового, наспех прокованного железа, отчего выглядели устройства так, будто бы побывали в бою. Однако внутри все было сделано просто идеально, причем мы с Фарниром все спроектировали таким образом, чтобы обойтись почти без заклепок или других крепежей.

В общей сложности мы изготовили почти два десятка шестерней, но в работу пошли только шесть последних — они были самыми удачными и в плане геометрии, и расхода материала. Так как большое усилие или скорость в этом деле не требовались, то и передаточного числа в механизме не было — один оборот рукояти соответствовал одному обороту валиков, чего было вполне достаточно для комфортной работы с тестом. Усложнять механизм я не хотел, мы и так едва уложились в изначально отведенные для этого проекта две недели и кое-как провели испытания.

Конечно же, у нас был и запасной комплект шестерней. Они были хуже подогнаны, а у одной из пар была не самая удачная геометрия. Но некоторое время эти шестеренки все же прослужат, если с основными частями механизмов что-то случится.

На всех трех машинках были установлены подъемные ножи для нарезки лангана, что позволяло вести как персональное, так и конвейерное производство.