приготовления, он легонько постучал по микрофону и заговорил.

– О, сегодня у меня есть зрители. Одного того, что вы ждали мою песню, уже достаточно, чтобы смыть всю усталость, накопленную на работе. Спасибо вам.

И поклонился. Из гитары в его руках полилась знакомая мелодия. Мы затаили дыхание и слушали пение.

«Я пишу эти строки, старательно подбирая слова, – дойдут ли они до тебя? Улыбнешься ли ты, читая это письмо?»

– Первая песня – и сразу «Дневник»! Я так люблю песни Джейн! А в компании многоуважаемой госпожи Ёрым слушать ее еще приятнее.

– Хечжи как-то сказала, что опасно слушать музыку на улице с человеком противоположного пола, когда вы совсем наедине.

– Это что значит? Кажется, у меня сейчас лицо вспыхнет. Ты умеешь шутить? – переспросил он с растерянным видом.

– О чем ты только думаешь? Обычно музыку слушают в наушниках в одиночестве. Слушать песни вдвоем на природе – нечастый опыт. И поэтому опасно – такой момент никогда не забывается. Она говорит, что потом, когда бы ни зазвучала та песня, всегда вспоминаешь человека. Хочешь верь, хочешь нет. – Я высунула язык, дразнясь.

– Похоже, только я тут кажусь себе странным. Не знаю, права ли Хечжи, но, по крайней мере, я не забуду. Хотелось бы, чтобы это воспоминание не стало лишь простым воспоминанием.

Я смущенно отвернулась, но чувствовала – Юхён смотрит на меня теплым взглядом.

Мужчина с низковатым голосом спел еще несколько песен и снова взял микрофон:

– Это последняя на сегодня. Желаю вам прожить этот день так, чтобы его можно было повторять снова и снова – без сожалений. Спасибо.

Мелодия была знакомой, но ни исполнителя, ни названия я вспомнить не могла. Где же я слышала эту песню? Задумавшись, я поднесла банку с пивом к губам. Оно за это время нагрелось и стало невкусным.

– Хорошая песня. И он не бросил любимое дело, продолжает – это здорово. Хотела бы я так жить…

– И живи, с этого момента. Ты ведь говорила, что любишь играть на пианино? Как насчет того, чтобы попробовать снова?

– Э, уже поздно, что уж теперь. – Я вздохнула и опустила взгляд по ноги. Почему-то по спине пробежала дрожь. – Вон и стемнело. Давай возвращаться.

Я криво усмехнулась, и мы повернули назад. Когда дошли до места нашей встречи, Юхён взглянул на часы и сказал:

– Ёрым, хочешь сходить в мое секретное место? Оно неподалеку.

– У тебя есть такое? Любопытно.

– Раз секретное, идти нужно с закрытыми глазами. Возьми меня под руку и двигайся медленно.

Я взяла его под руку и, неуклюже ступая, осторожно делала шаг за шагом. Я знала, что мы идем по широкой прямой улице, но с закрытыми глазами было волнительно. Теплый ветер касался волос, слышались наши шаркающие шаги.

– Осталось подняться по лестнице.

– Давай пойдем еще медленнее. Мне немного страшно.

Держась за его рукав, я поднималась по ступенькам, и сердце бешено колотилось. Во мне бушевали чувства – то ли страх, то ли волнение. Конечно, я могла бы открыть глаза и посмотреть, но не хотелось. С закрытыми глазами я острее ощущала остальное: его дыхание, твердое тепло руки, стук собственного сердца.

– Пришли. Можешь открывать глаза.

– О? Это же наше кафе? – я удивленно огляделась по сторонам.

– Ага. Днем – работа, ночью – моя тайная берлога. Заходи.

– Нам сюда можно? Хозяйка не будет против, если узнает?

Кафе с выключенным светом казалось чужим – я всегда работала здесь только в дневное время.

– Все нормально. Мы, будничные сменщики, часто так сидим после работы. Хозяйка разрешила. Только свет включать нельзя, потому что кафе уже закрыто. Но из-за неоновых вывесок соседнего здания здесь не так уж темно.

Судя по всему, наша хозяйка, женщина с легким характером, совершенно не возражала, если потом все прибрать.

– Значит, ты здесь никогда не смотрела кино? – спросил Юхён, указывая на ноутбук, подключенный к колонкам.

– Здесь можно и кино смотреть? Я всего месяц работаю, а ты, оппа, разбираешься в этом лучше меня.

– Ой? Как ты меня сейчас назвала? Знаешь, когда мы только познакомились, ты звала меня так уважительно на «вы», а после того, как перешли на «ты», ты вообще перестала называть меня по имени?

– Разве?..

На самом деле мне не хотелось называть его «оппа». Слишком напоминало о Сону. Почувствовав, что выдала себя, я смущенно улыбнулась, а он продолжил:

– Вообще-то я по корейскому счету ранний ребенок. Родился в феврале. Так что мы с тобой ровесники [11].

– Чего? Почему ты только сейчас это говоришь?!

– Но согласись, моим друзьям – по двадцать два, а твои – на год младше. Все-таки разница есть! – с игривым видом сказал он.

– Да какая же тогда разница! Значит, поэтому в адресе почты winter – потому что родился зимой?

– Нет, просто люблю зиму. Странно, правда? Зимой всегда невыносимо холодно, но почему-то с приходом весны я вспоминаю о ней с теплом. Зима холодная, зато уютная.

– Понятно. А восемьдесят восемь в конце? Это же не последние цифры твоего номера, тогда что…

– Ты запомнила мой адрес? Это снеговик! Похож, правда? – Он пристально посмотрел на меня и беззаботно улыбнулся.

Мне стало неловко – он явно заметил, что я им заинтересовалась.

– Просто смотрела, чтобы фото отправить…

– Я видел его. Ты там очень хорошо получилась. Ах да, если ты здесь никогда не смотрела кино, может, посмотрим сейчас?

С этими словами он вытащил из нижнего ящика стола коробку, полную DVD.

– А давай! Я люблю романтические комедии. А чьи это диски?

– Тут есть один парень из будничной смены, он любит кино. Половина его, половина – хозяйки. Хм, как насчет этого?

Он порылся в коробке и извлек диск с надписью: «Тайна любви». На обложке парень и девушка, сияя улыбками, смотрели друг на друга, а внизу красовалась надпись: «Секрет трепетных чувств влюбленных». Пока я вставляла диск, он принес из кухни две бутылки пива, предназначенные для персонала. Хозяйка всегда говорила: «Бизнес должен приносить радость», – и перед сменой угощала нас по стаканчику. Юхён сел на стул, ловко открывая бутылку, обернув ее футболкой.

Фильм начинался как обычная романтическая история, но ближе к концу, когда стали раскрываться тайны влюбленных, неожиданно превратился в триллер, от которого потели ладони. Когда началась сцена погони и жестокой драки, Юхён вдруг встал и сказал:

– Я принесу еще пива. Ты смотри дальше, не останавливайся, я все слышу.

Фильм был на самом интересном и страшном месте, я так сосредоточилась, что едва расслышала.

В этот момент темное пятно позади