балерины Анны Павловой! – без запинки ответила девочка.

– Отлично, отлично! – произнёс шеф кондитер и что-то стал говорить жюри.

После этого испытания соревнования закончились, финалистов отобрали. Маша была в их числе.

– Друзья! – объявил шеф. – Ждём вас завтра в это же время для самого главного, третьего конкурса – приготовления великолепного торта по собственному рецепту! Напоминаем, что можно просить помощи друзей и родственников.

– Что будем печь? – спрашивала Маша по дороге домой. – Как же мне выиграть? Нужно придумать что-то оригинальное! У кого есть идеи?

– Машенька, ты устала. Тебе нужно выспаться, – предложила мама.

– Мама! – воскликнула девочка. – Это не идея для торта! Я буду отдыхать только тогда, когда закончится конкурс!

– Я знаю! – закричала Диночка. – Давайте испечём высокий торт, как в кино показывают, свадебный!

– Точно! – поддержал младшую сестру Тимкин. – Тем более что жених уже есть, – и он выразительно посмотрел на Артёма.

– Ты у меня сейчас получишь! – зашипела Маша. – Точно получишь!

– Ладно, Машка, не сердись, я просто веселю тебя! – сказал Митя. – Свадебный торт – это очаровательно!

– А что, – медленно произнесла Маша. – Многоярусный торт? Почему бы и нет? Митька, будешь помогать мне завтра! И ты, Диночка, тоже!

* * *

Ночь прошла тревожно. Маша долго не могла заснуть, повторяя и перебирая в уме всевозможные рецепты тортов. Мама волновалась за дочку. Тимкину мерещились пирожные во всех углах квартиры, он даже чувствовал вкус крема на языке. Только папа и Диночка спали безмятежно. Им снился один и тот же сон – огромный белоснежный торт и Маша в поварском колпаке.

Наступило утро.

– Проспали! – закричала мама. – Который час?

– Без паники! – воскликнул папа, надевая на ходу рубашку.

– Машка, вставай! Через полчаса конкурс начнётся! – заорал Тимкин, впрыгивая в джинсы.

– Кошмар! Катастрофа! – восклицала Маша. – Почему не завели будильник! Быстрее! В машину!

Тимкины выбежали из подъезда и забрались в авто.

– Гони! – крикнули они папе хором.

– Всем пристегнуться! – хладнокровно сказал Тимкин-старший и нажал на газ.

Примчались за пять минут до начала.

– Успели! – выдохнула Маша. – Так, Митька, Дина, за мной!

– Объявляем начало второго конкурсного дня! – последовало сообщение шеф-повара. – Задание на сегодня – приготовление торта по собственному рецепту. Все нужные ингредиенты вы сможете найти здесь, – он указал на большой холодильник рядом со столами. – Время приготовления вместе с подготовкой – сто восемьдесят минут. Начали!

– Три часа! – вычислил Тимкин. – Маш, три часа! – повторил он.

– Митька, быстро в холодильник! – скомандовала его сестра. – Молоко, яйца, масло – тащи всё сюда! Диночка, ты будешь взбивать белки! – раздавала поручения Маша.

– Так точно, шеф! – отчеканил Тимкин и побежал к холодильнику.

– Бисквиты в печь! Начинаем делать крем! Митя! Ты умеешь лепить? – спросила Маша.

– Лепить? Смотря что, – осторожно ответил он.

– Вылепи фигурки, – попросила Маша. – Какие хочешь, только не жениха и невесты. Придумай что-то, ладно, братишка?

– Есть, шеф! – бодро ответил Тимкин.

«Что же вылепить? Что?» – судорожно думал он.

– Сто восемьдесят минут истекли! – громко сказал кондитер. – Поднять руки!

Первый раз за три часа Митя смог посмотреть, что получилось у них и у остальных конкурсантов. Ему стало смешно.

– Машка! – зашептал он на ухо сестре. – А когда тортики есть будем?

– Тише! – попросила девочка. – Понесли торт!

– Семья Тимкиных! – объявил шеф и ласково посмотрел на Машу. – Это та самая, – напомнил он жюри.

Торт был великолепен – четыре бисквитных коржа, разрезанные на восемь равных частей, пропитанные воздушным кремом, возвышались один на другом. Сверху, сделанные из съедобного марципана, красовались пять фигурок людей, рядом с ними сидела собака.

– Какие забавные! – улыбнулся шеф-кондитер. – Кто это? – спросил он с интересом.

– Моя семья! – с гордостью ответила Маша. – И наш пёс Родж!

После десятиминутного совещания жюри первая премия и поездка во Францию на три дня была присуждена девочке, которой почти исполнилось четырнадцать лет!

– Маша! – позвал сестру Тимкин. – Так кто поедет с тобой в Париж? Лучший скульптор фигур из марципана или парень, фигура которого, может быть, скоро будет красоваться на верхушке свадебного торта?

– Так! – грозно сказала Маша. – Ты всё-таки получишь сегодня, Митька! И кстати, а почему ты не вылепил Артёма и не поставил его на торт вместе со всеми?

– Ладно, сестра! – смилостивился Тимкин. – Бери Абрикосова с собой! И давайте уже есть торт!

Глава 10. Не грусти, клоун!

– Мы идём в цирк! Я взял билеты! – гордо объявил Тимкин-старший. – Это последнее представление сезона, потом цирк уезжает на гастроли и вернётся только осенью.

– Ура! – закричал Митя. – Обожаю цирк! Помните моё выступление в школе в прошлом году? Как я всех смешил? Клоунада – это моё амплуа.

– Вот это точно! – подтвердила Маша. – Только не забудь, что ты ещё стоматолог и миссионер в африканской стране.

– Я буду смешить людей в свободное от работы время! – заверил сестру Тимкин.

Все дни, оставшиеся до похода в цирк, Митя придумывал разные клоунские номера.

– Здравствуйте, дорогие друзья! – закричал Тимкин, напялив на голову мамину шляпку. – Прошу, прошу за стол! Присаживайтесь к завтраку. – Что вы хотите? Яичницу будете? – спросил он у сонных Маши и Диночки.

– Митька! Отстань! Спать хочу! – ответила Маша. – Ну и где твоя яичница? В рукаве, что ли?

– Не надо раскрывать всех секретов! – обиженно произнёс Тимкин. – Да, в рукаве, вот она, горячая ещё!

Митя взял тарелку и стал вытаскивать яичницу из рукава рубашки.

– Застряла! – объяснил он.

– Мама, – взмолилась Маша, – угомони этого клоуна! Давайте позавтракаем спокойно. Вы знаете, что завтрак очень важен?

– А вы знаете, какие настоящие клоуны на самом деле? – неожиданно спросила мама.

– Какие? Весёлые! – ответил Тимкин.

– Они и весёлые, и грустные, разные, ведь у людей так много эмоций, – сказала мама. – Клоун должен передать их все.

– А кого из клоунов вы знаете? – поинтересовался папа.

– Олег Попов, Юрий Никулин, – перечислила Маша.

– Чарли Чаплин, – добавил Тимкин. – Вячеслав Полунин.

– А был такой замечательный клоун, – вспомнила мама, – Леонид Енгибаров. Его называли «клоуном с осенью в сердце». Он показывал пантомиму, не говоря ни слова. Проникал своими номерами прямо в душу.

– Почему был, мама? – спросил Тимкин. – Он умер?

– Да, давно, – ответила мама. – Но люди помнят его, потому что он был большим артистом.

– Я придумаю номер и покажу его прямо в цирке! – сказал Тимкин решительно.

– Тебе никто не позволит этого сделать! – воскликнула Маша.

– Посмотрим! – усмехнулся Митя.

* * *

Вечернее цирковое представление начиналось в 19.00.

– Чувствуете, как пахнет? – восторженно спрашивал Митя. – Сеном, лошадьми, животными, цирком!

– А собачки будут? – спросила Диночка. – Дрессированные пудели. Я видела