Верни меня - Диана Каюмова

Диана Каюмова

Верни меня

Пролог. Дмитрий

Я не хотел ехать.

Годовщина Лены и Кости — не то место, где мне стоило появляться. Слишком много общих воспоминаний. Слишком много теней, которые я три года загонял поглубже: работой допоздна, железом в зале до дрожи в руках, случайными женщинами, чьи имена забывал к утру.

Но Костя позвонил лично. Сказал: «Приезжай. Хватит прятаться».

Я не прятался. Я жил. По крайней мере, так это называлось.

Рикка крутилась перед зеркалом в прихожей — длинное платье, идеальная укладка, губы под цвет вина. Она что-то щебетала про то, как рада познакомиться с моими друзьями поближе, про «наконец-то ты меня куда-то водишь», про «может, это станет нашим общим кругом». Я не слушал. Смотрел сквозь неё, на отражение в зеркале — на себя в рубашке, которую она выбрала, на галстук, который я завязывал десять минут, потому что пальцы не слушались.

— Ты вообще меня слышишь? — она остановилась, уперев руки в бока, повернулась ко мне.

— Слышу. Поехали.

В машине пахло её духами — приторно, сладко. Не так. Не те духи. Я опустил стекло, впуская холодный воздух. Рикка обиженно замолчала, поправила подол платья, потом достала зеркальце, подправила помаду. Я смотрел на дорогу, на мелькающие фонари, на свои руки на руле — они чуть дрожали.

Кира не должна была остаться в моей голове. Мы развелись два с половиной года назад. Поставили подписи, разошлись, поделив не нажитое — наживать мы ничего не успели. Только общая дочь осталась связующей нитью, которую я сам же обрубил ещё в зародыше, одной-единственной фразой. Той самой.

Я запретил себе думать о Кире. За три года я убедил себя, что она — просто этап. Просто ошибка. Просто бывшая жена. Повторял это, как мантру, когда видел похожую фигуру на улице, когда слышал похожий смех, когда Вера снилась мне — девочка, которую я почти не знал.

Но когда мы подъехали к дому Кости, внутри что-то сжалось. До скрежета в зубах. До колючей боли за грудиной.

Я знал, что она будет там. Лена предупредила.

«Кира приедет. С дочерью».

С дочерью. С нашей дочерью. С девочкой, которую я видел только на фотографиях, которые мать тайком присылала мне на телефон. Которые я открывал ночами и закрывал, не позволяя себе всматриваться. Потому что если всматриваться — можно сойти с ума.

Я вышел из машины. Рикка взяла меня под руку. Её пальцы были тёплыми, но я не почувствовал тепла. Только давление, напоминание: «Ты здесь не один».

Мы вошли.

В доме пахло едой и праздником — жареным мясом, корицей, мандаринами. Где-то играла музыка, смеялся Костя, кричали дети. Обычный шум, обычная жизнь. Чужая.

Рикку я представил быстро, почти не глядя: — Это Рикка. Моя… девушка. Она улыбнулась, протянула руку, сказала что-то про «наконец познакомиться». Лена обняла меня, шепнув на ухо: «Держись». Видимо, что-то в моём лице её насторожило — может, бледность, может, взгляд, который уже метнулся к окну.

А потом я увидел её.

Кира — моя бывшая жена — стояла у окна. В чёрном. Волосы собраны, спина прямая как струна. Она не изменилась — стала ещё красивее. Ещё холоднее. Ещё дальше.

А рядом с ней, вцепившись в подол её платья, стояла маленькая девочка с тёмными кудряшками, перехваченными белым бантом. Она смотрела на меня огромными глазами.

Моими глазами.

Мир сузился до этой точки. До этого взгляда. До этого мгновения. Время замедлилось. Я услышал, как стучит сердце — громко, гулко, будто в пустой комнате.

Кира повернула голову. Её глаза встретились с моими.

Ни улыбки. Ни слова. Только тишина — плотная, как вода на глубине. Такая, в которой можно утонуть.

Мы были в разводе. Я не имел на неё никаких прав. Никакой власти. Никакой надежды.

Я сделал шаг вперёд. И ещё один.

Понятия не имея, что скажу. В голове было пусто. Только эхо её взгляда и ощущение, будто земля уходит из-под ног.

Глава 1. Кира

Вера всю дорогу крутилась в автокресле, глазея на мелькающие за окном деревья.

— Мам, а дядя Костя весёлый? — Весёлый. — А Лена? А Гоша? А ещё кто будет?

Я отвечала коротко, не вдаваясь в подробности. Не сказала, что будет он. Не знала как.

За три года я научилась жить без Дмитрия. Без его голоса, без его рук, без его приказов. Развод поставил точку. Два с половиной года назад мы встретились в суде — сухие, чужие, вежливые. Подписали бумаги. Разошлись. Я тогда впервые выдохнула. Честно выдохнула, без истерики. Мне казалось — всё, оковы сброшены.

Но Лена предупредила. Мягко, осторожно, за неделю до годовщины:

— Кир, он будет. С девушкой. Ты как? — Нормально, — ответила я ровно. — Мы в разводе, Лен. Это просто вечер. Просто люди.

Просто люди. Бывший муж. Отец моего ребёнка. Человек, который три года назад сказал мне то, что не забывается: «Я жалею, что ты не сделала аборт». Я помнила эту фразу наизусть. Она впечаталась в меня, как клеймо. И именно она помогла мне не оглядываться назад.

Питер принял нас с Верой. Я открыла бутик — небольшой, но свой. Сама. Без его денег, без его фамилии. Только Татьяна, его мать, изредка присылала Вере подарки и деньги. Я не отказывалась — не имела права лишать дочь бабушки. Но и не обольщалась. Это была помощь ей, не мне.

— Мам, мы приехали! — Вера дёрнула ремень, едва машина остановилась.

Дом Кости и Лены встретил нас огнями. Я взяла Веру за руку, поправила бант на её кудряшках и шагнула в тепло.

Внутри пахло имбирём и апельсинами. Лена бросилась обниматься, Костя подхватил Веру на руки — она засмеялась, тут же забыв про мою руку. Гоша потащил её смотреть на игрушки. Я стояла, рассеянно улыбаясь, и чувствовала себя почти спокойно.