почти сразу после рождения Паши. Он говорил, что она просто околдовала отца, ставшего после встречи с ней безумным. Всё делалось для неё и во имя её. Ради неё было открыто агентство «Розовый слоник», где она была соруководителем. Кстати, это агентство им потом не раз сослужило хорошую службу: ведь они имели дело только с весьма обеспеченными семьями. Потом, через пару-тройку лет, когда они уже давно не нуждались в услугах нянь или гувернанток, в этих семьях начинали происходить разные неприятности: то квартиру обворуют подчистую, то машину угонят, а то и сами хозяева подвергались весьма нешуточному шантажу.

Со слов всё того же Паши, в вынюхивании всяких тайн Сизоновой не было равных, так же как и в умении втираться в доверие. Так что, думаю, не случайно мы ничего не можем узнать о её прошлом: видимо, оно у неё было отнюдь не безоблачным.

Попала она к нам в дом по чистой случайности: как её слишком хорошая репутация, так и её агентство сыграли с нами очень злую шутку. Ну а погибла Сизонова от Пашиной руки, и он, кстати говоря, об этом совершенно не жалеет. Хотя его задачей было убить Ладу, забрать Вадима и отвести его вниз в машину, где их знакомый врач должен был сделать забор крови.

– А как он попал в дом? Ведь я собственноручно закрыла запасную дверь…

– Её вновь открыл удирающий из нашего дома «клофелинщик», племянник поварихи.

– Этот племянник тоже случайно попал в ваш дом? – ехидно спросила Ирка. – Что-то много случайностей.

– Нет, это не было случайностью, – ответил Георгий. – Этого парня мы взяли на работу днём позже, чем Сизонову, а она, появившись в нашем доме, за долю секунды выведала, кто здесь новенький и что он из себя представляет. Учитывая, что парень был взят на временную работу, его в тот же вечер взяли в оборот. К нему подослали девицу, Пашину подругу, с внешностью фотомодели с обложки «Плейбоя».

Эта девица за несколько часов общения сделала из парня «пластилинового ёжика», свела его со своим «братом» Пашей и его дружками, которые заставили этого «лоха» поиграть с ними в карты. Ну и понеслось. Шикарная девица, которая с восторгом ловит каждое его слово; «крутые» ребята, принявшие его сразу за своего; дорогая выпивка и пятьсот долларов, которые ему позволили выиграть вначале. Короче, парень решил, что это его звёздный час и он, наконец, поймал свою удачу за хвост. Прошло ещё не более получаса, и он не только проиграл эти пятьсот, но к ним добавилась ещё тысяча «зелёных». Долг отдавать ему, естественно, было нечем, а карточный долг – это «святое», так что на следующее утро он пришёл к нам на кухню, уже имея в кармане ампулы с лекарством, иначе ему пообещали, что следующее утро для него не наступит никогда. В случае удачи ему прощали долг и дополнительно за работу давали ещё тысячу «баксов».

– Но вместо долларов он получил лопатой по голове и всё равно не увидел рассвета следующего дня, – закончила я рассказ за Георгия.

– Гера, а тот грузовик, который сбил твою машину? – спросила крёстная.

– Всё тот же Паша, – ответил Георгий. – Этот жадный придурок решил, что раз Влада вышла замуж за богатого мужика, то, став вдовой, она получит если не всё, то значительную часть моего состояния, а следовательно, и они.

– Думаю, что если бы Каплуновы так не спешили, – вступил в разговор Александр, – и проявляли меньше самодеятельности, они бы могли добиться своей цели.

– Спасибо. Саша, – произнесла я как можно радостней, – а то я уже начинала расстраиваться, что они приложили столько усилий и всё напрасно. Ну просто сердце разрывается от жалости к ним!

– Ладка, ты напрасно иронизируешь, – вмешалась крёстная. – У них, если хорошо вдуматься, действительно была чистой воды самодеятельность, а на твоей стороне чистой воды удача.

В дверь негромко постучали, и в дверном проёме появилось смущённое лицо Анны Константиновны:

– Прошу меня извинить за беспокойство, но разрешите узнать: вы будете обедать дома или куда-нибудь поедете?

– Дома, дома, любезнейшая Анна Константиновна, – за всех ответил Георгий.

Экономка, расплывшись в довольной улыбке и одобрительно кивнув головой, скрылась за дверью.

– Послушайте, но ведь этот Каплунов-младший, который вам это всё рассказал, может всё то же повторить и на суде, – произнесла я, и при этом мой голос предательски дрогнул.

– Да, и ещё этот «бригадир» Суров, – дополнила Ирка. – А я хочу к морю, а не в тюрьму!

– Так, дамы, спокойно, – чуть грубовато произнёс Александр. – Что касается Паши: во-первых, у него и так куча статей – торговля крадеными автомобилями, изготовление фальшивых документов, незаконное хранение оружия и торговля наркотиками. В его машине при обыске найдено более килограмма чистейшего героина. Так что непредумышленное убийство Сизоновой, а также покушение на убийство и попытка похищения ребёнка – это может по совокупности потянуть на пожизненное заключение. Мы это весьма доходчиво объяснили Паше, а учитывая, что на все их денежные вклады и имущество наложен арест, на помощь хорошего и, следовательно, дорогого адвоката ему рассчитывать не приходится. А из этого вытекает, что по каждой статье обвинения он получит срок на полную катушку. Если же он будет молчать о вас, милые дамы, то получит лет десять–пятнадцать. Когда Пашу отводили в КПЗ, он весь светился от счастья: ведь, по его понятиям, он отделался «лёгким испугом».

Что касается «бригадира» Сурова, здесь немного сложнее. Ему инкриминируется организация вооружённой группировки и вооружённое нападение на кафе, приведшее к гибели людей. Сам Суров просит, чтобы ему вменили в вину нападение с целью ограбления, а не заказное убийство и похищение ребёнка, хотя похищение ребёнка здесь недоказуемо, так же как и ваше присутствие на заброшенном заводе.

– Конечно, есть определённые нестыковки, и опытный следователь сразу поймёт, что история «шита белыми нитками», и поэтому я ещё проконсультируюсь по этому вопросу с ведущими юристами, занимающимися уголовным правом, – заговорил Георгий. – Думаю, что в данной ситуации вам всё же придётся присутствовать на суде, но не более, чем в качестве свидетелей. Для этого надо постараться, чтобы уголовное дело Сурова было выделено в отдельное судопроизводство. Короче, есть небольшие проблемы, но Иван обещал помочь с ними разобраться. Но в любом случае вы в тюрьму не сядете, так что будем считать это дело закрытым раз и навсегда. Я сказал.

Прошёл год…

Я тихонько вошла в спальню сына и с трудом склонилась над Вадимкой, разметавшимся по кровати. Поцеловав его в светловолосую макушку, постаралась вытащить из-под него сбитое в огромный ком одеяло. Вадим