гнетущем чувстве, что за каждым углом теперь кто-то наблюдает.

Ресторан был уютным — с мягким светом, живой музыкой, лёгким ароматом ванили и белого вина. За столиком у окна они сидели почти молча, но, когда принесли вторую бутылку «Шабли», Ева немного расслабилась. Она засмеялась на одну из шуток Ника, даже приобняла его за руку. Её глаза, усталые, но ещё живые, впервые за долгое время вспыхнули отблеском прежнего света.

— Вот видишь, — сказал Ник с улыбкой. — Ты умеешь отдыхать. Нужно просто выдернуть себя силой.

— Спасибо тебе, — тихо ответила Ева. — Иногда мне кажется, что я с ума схожу.

В этот момент дверь открылась, и в зал вошёл мэр Коул со своей женой Мирой. Ева заметила его сразу. Напряглась. Опустила глаза в бокал. Губы плотно сжались.

— Чёрт, — пробормотала она. — Только не он.

— Кто? — Ник обернулся. — А, Коул. Ну конечно.

— Он продал госпиталь. Веронике и её людям. Я не сомневаюсь, что он приложил руку к банкротству. И он хорошо на этом заработал.

Ник хотел было ответить, но в этот момент мэр заметил их. Его лицо расплылось в натянутой улыбке. Он что-то сказал Мире и направился прямо к ним.

— Добрый вечер, доктор Беннет, — произнёс он с деланным дружелюбием. — Простите, можно тебя на минутку? Приватный разговор.

Ева молча встала. Они вышли на улицу. Было прохладно, асфальт пах влагой. Ева достала сигарету. Закурила, несмотря на то, что раньше никогда не курила на людях. Билл удивлённо поднял брови.

— Ты куришь? С каких это пор?

— С тех пор, как ты подтолкнул меня в этот ад, — отрезала она, делая глубокую затяжку.

Мэр фыркнул.

— Да брось, опять это нытьё. Устало уже слушать. Каждый раз одно и то же. Не я один имею с этого.

— Но люди умирают, Билл! — повысила голос Ева. — Ты хоть понимаешь, что они творят? Что мы творим? Люди доверяют нам, а мы ставим над ними эксперименты, как над крысами!

— Люди… — усмехнулся Коул. — Что тебе эти люди? Они не закончатся, не переживай. Одни умирают — другие рождаются. Таков цикл. А может, именно их судьба — поучаствовать во чём-то большем. Ради будущего. Ради человечества.

— Ради кучки жирных стариков, которые хотят жить вечно, да? — Ева выпустила дым. — Во благо их бессмертного эго.

— Хватит пафоса. У меня тоже есть семья. И я делаю всё, чтобы им жилось лучше. А теперь, извини, меня там Мира ждёт.

— Подожди. — Она задержала его взглядом. — Ты не просто так подошёл.

— Ну… — замялся он, отвёл глаза. — Есть кое-что. У тебя новые дела с Вероникой?

— Всё те же. Привезла сканер. Девятое чудо света. — Ева фыркнула. — Искусственный интеллект, МРТ, КТ — всё в одном. Ещё немного, и пациенты сами будут себе диагнозы ставить.

— Ага, про сканер слышал. Мы с Мирой как-нибудь зайдём. Проверишь нас? — пошутил он.

Ева не ответила.

— Что-то ещё? — спросил Коул.

— Какой-то новый препарат, говорят, скоро завезут. Почему ты спрашиваешь?

Мэр замолчал. Поколебался. И, наконец, почти шёпотом:

— Мне… мне прислали гонорар.

— Ну и?

— Он… в разы больше, чем раньше. В разы, Ева. На несколько нолей больше. Я даже сначала подумал, что ошибка.

Ева замерла. Дым щипал глаза. Она выронила окурок — тот упал в лужу и зашипел, как рана.

— Вот ублюдки… — выдохнула она. — Что же они на этот раз придумали…

Она отвернулась, не сказав ни слова и пошла во внутрь. Вино больше не действовало. Музыка раздражала. Свет казался слишком ярким. Вечер был испорчен.

Ник поднял глаза, когда она вернулась.

— Всё хорошо? — спросил он.

Ева села, взяла бокал, сделала глоток.

— Лучше не спрашивай.

И впервые за долгое время в её взгляде мелькнуло что-то пугающее — не усталость, не страх.

Ожидание. Будто она знала, что надвигается буря. И остановить её уже невозможно.

Глава 9: Счет пошёл на минуты

За месяц до начала эпидемии.

У Евы был редкий выходной. Она только недавно проснулась, накинула мягкий халат, заварила крепкий кофе и теперь сидела на веранде, уткнувшись в свежую газету. Утро было тихим и ленивым: солнце пробивалось сквозь листву, чайки кричали где-то вдали, а по соседству щебетали дети. Ева с наслаждением сделала глоток и откинулась на спинку кресла. Она давно не чувствовала такого покоя.

Раздался телефонный звонок. Ева даже не пошевелилась. Потом второй — уже на мобильный. Она лишь фыркнула и прикрыла глаза.

— У меня выходной. Все к чёрту, — пробормотала она.

Третий, четвёртый… пятый.

Сердце дрогнуло. Она взглянула на экран — номер секретаря. Что-то случилось.

— Да, слушаю, — ответила она не сразу, голос был слегка охрипшим.

— Доктор Беннет! Слава богу. Простите, что беспокою, но вам нужно срочно приехать. Вероника Ларенс уже звонила — она будет в госпитале через полчаса. Мэр тоже звонил. Он сам велел вас срочно разыскать.

— Что за чёрт… — выдохнула Ева.

Выходной был испорчен.

Через сорок минут она уже въезжала на парковку госпиталя. Автомобиль Вероники Ларенс — чёрный, роскошный, с тонированными окнами — уже стоял у главного входа. Рядом суетились охранники и ассистенты, выгружая какой-то кейс.

Вероника стояла у входа, нервно постукивая каблуком. Едва завидев Еву, она поджала губы:

— Ева, ты заставила меня ждать. Это неприемлемо. Пошли быстрее, у нас мало времени.

Она развернулась и пошла внутрь, не оборачиваясь. Шла уверенно, будто это она была здесь хозяйкой.

В приёмной к ним метнулась секретарь, но Вероника бросила на неё короткое:

— Двойной американо. Немедленно.

И прошла в кабинет Евы, по пути успев поставить кейс на стол и распахнуть папку с документами:

— Ознакомьтесь, пока я пью кофе.

Ева сжала губы и молча подошла к столу. В папке лежали распечатанные схемы, лабораторные протоколы, неразборчивые пометки на японском и английском. Уже через минуту её лоб прорезала глубокая морщина.

— Это… — пробормотала она, листая. — Это не может быть настоящим. Это какая-то фантастика.

Вероника сидела в кресле напротив и с видимым удовольствием потягивала кофе, наблюдая за реакцией.

— Это реальность. Добро пожаловать в будущее медицины, Ева.

Доктор Беннет перевела взгляд на кейс. На чёрной поверхности выделялись серебряные буквы:AEoN Lite.

—