– Чародей! Самый чародейный из чародеев!

Он неловко обнимал её, легонько похлопывая по плечу. Тучка всё норовил лизнуть Юккин нос.

Кентавры смотрели молча, не смея пошевелиться.

– Хорошо ты их напугал! Представляешь, Клодо, они хотели меня убить!

– Принцесса, давайте сначала уйдём отсюда, а потом поговорим.

Юкка шла за руку с Клодо, гордо вскинув к небу нос. Замершие в поклоне кентавры не решались поднять на неё своих глаз. Лишь однажды остановилась Юкка, заметив в молчаливой толпе кудрявую золотистую макушку.

– Руфус! – позвала она.

– Маленький кентавр нерешительно вышел к ней. На его щеках всё ещё виднелись дорожки от слёз.

– Прости меня, Юкка. Я не думал, что будет так…

– Ничего страшного, – Юкка поднялась на цыпочки и обняла его. – Сейчас мне нужно уходить, но я верю, что мы ещё увидимся.

Руфус улыбнулся. Потом боязливо покосился на Клодо:

– Юкка, а почему ты не говорила мне, что знакома с Владыкой?

– С Владыкой? – Юкка пожала плечами. – Если честно, я и не знала, что его так называют. Для меня он – Клодо. Просто Клодо.

Глава 4. Город дверей

Сказать, что Клодо удивился? Он был поражён, когда кентавры один за другим расступились перед ним. Ещё минуту назад он прятался за деревом и дрожал от страха. Из своего укрытия он видел, что маленькой принцессе грозит опасность, и кусал кулаки от собственного бессилия. Что он один может поделать с огромным племенем разъярённых полуконей?

Дракон по имени Тучка замер у него на руках, ткнувшись мокрым носом в ухо. Клодо машинально гладил мягкую спину.

По стволу дерева полз большой чёрный жук. Клодо обрадовался. У него появилась веская причина не смотреть на поляну и не видеть творящегося там безобразия.

«Буду смотреть на жука, и всё», – решил юноша.

Жук насмешливо расправил крылышки и улетел. Клодо кисло посмотрел ему вслед. Поляна между тем оживилась. Старик-кентавр светился счастьем. Девчонка в клетке дрожала. Длинноволосый кентавр вскинул лук.

– Остановитесь! – Клодо и сам толком не понял, кричал ли он кентаврам или своим ногам, которые вдруг выскочили из укрытия и понеслись в сторону поляны.

– Остановитесь! Не трогайте девочку!

У него тряслись колени. Странно, что он ещё не упал. Странно, что его не убили. Кое-как он подошёл к клетке и освободил Юкку. Малышка смотрела на него с восхищением. Она не знала, как у него от страха колотится сердце.

Нужно было уходить. Он глотнул побольше воздуха, нащупал рядом ладонь девчонки и на ватных ногах пошёл в сторону леса. Краем глаза он видел, что кентавры ведут себя, мягко говоря, странно. Они не нападали, не стреляли из луков. Они почему-то выстроились длинным коридором и опустили головы. Впрочем, разбираться в их поведении у Клодо не было ни времени, ни желания.

Миновали поляну. Девочка что-то трещала без умолку. Клодо её не слышал. С него по-прежнему ручьём катился пот. Немного погодя они вышли к реке. Нужно было отдохнуть и позавтракать. Юкка сорвала несколько ягод. Клодо принёс грибов, нанизал их на прутик и разжёг небольшой костерок. Грибы тут же зарумянились, покрылись аппетитной корочкой.

– Клодо, а как ты меня нашёл? И где твоя кобыла с повозкой? – Юкка жевала гриб, причмокивая от удовольствия.

– Ну-у, это длинная история.

– Расскажи!

Клодо почесал переносицу. В его истории не было ничего героического. Вчера вечером совесть всё-таки одержала верх. Он решил вернуться к двери и попробовать отыскать принцессу. В глубине души он надеялся, что дверь уже исчезла, и страшно огорчился, когда увидел, что та по-прежнему стоит на месте, посреди поля. Более того, дверь изменилась. Теперь она была разукрашена в голубой горошек. Замочной скважины и ручки на двери вообще не оказалось. Был на месте и Тучка. Увидев Клодо, он страшно обрадовался и принялся счастливо прыгать вокруг него.

Юноша попробовал толкнуть дверь, но та не поддавалась. Он надавил сильнее. Безрезультатно.

– Если бы ты не хотела меня пропускать, ты бы не появилась передо мной, – мудро рассудил Клодо. – А коль ты здесь, значит, тебя можно открыть.

Дверь вежливо молчала. Он тарабанил в неё, выстукивал разные мелодии, даже пытался мысленно приказывать… Ничего не помогало. И тут он вспомнил про книги. Ну конечно! У него в повозке полно самых разных книг с заклинаниями. Конечно, толку от книг без волшебного посоха никакого, но вдруг там есть какой-нибудь совет?

Повеселевший Клодо прыгнул в повозку и принялся листать свои фолианты. Жёлтые страницы пестрели разными текстами с заклинаниями, но о тайных дверях было сказано совсем немного. По сути, то, что Клодо и так знал:

И тому лишь откроется дверь,

Кто заплатит достаточно ей…

Он водил пальцем по витиеватым буквам и фыркал.

– Заплатить? Но чем? У меня ни гроша! – Клодо безнадёжно глянул на Тучку: – Может быть, ты знаешь, как открыть эти трухлявые ворота?

Тучка кивнул мордой, широко зевнул, а потом неумело выпустил из ноздрей жёлтое пламя.

– Ого! А я думал, ты умеешь выдыхать только пыльцу!

Повозка загорелась. Клодо едва успел соскочить с неё.

– Ты… Что ты наделал! Там же всё моё имущество! Еда, одежда, колбы с разными снадобьями! Там мои книги!

Он схватил свой колпак, украшенный звёздами, и принялся махать им с разных сторон. Но разве можно потушить пламя обыкновенным колпаком? За считаные минуты повозка сгорела.

Кобыла Звёздочка удовлетворённо жевала траву в стороне. Теперь ей не придётся тащить всю эту тяжесть. Тучка заглядывал Клодо в глаза, виляя длинным хвостом.

– Глупая животина! Всё, что у меня было, – сгорело. Не осталось ничего!

Клодо сел на траву и впервые в жизни расплакался. Рядом с ним скрипнула и медленно открылась дверь. Клодо недоумённо уставился на неё. Теперь он понимал, что потерять всё и заплатить – это, по сути, одно и то же.

* * *

Сначала он пропустил вперёд Звёздочку и Тучку, а потом вошёл сам. Оказался посреди какой-то дороги. Дверь за ним исчезла, словно растаяла в воздухе.

– Ну и как теперь возвратиться назад? – Клодо поёжился. Зачем он вообще ввязался в эту историю?

Вечер медленно превращался в ночь. Дорога уходила вперёд, исчезая в темноте. Времени на раздумья не оставалось. Нужно было найти если не принцессу, то хотя бы место для ночлега.

– Путник, помоги! – услышал Клодо чей-то хриплый голос.

Рядом с ним стояла совсем уже древняя старуха. Одежда её была вся в заплатках. Платок безнадёжно съехал набок. В худых руках старухи качалась закоптившаяся масляная лампа.