кланами и мелкие грешки, вроде неуплаченных пошлин за ввоз магических концентратов.

— Ваше сиятельство, представители банка «Золотой Гриф» и юристы барона Корфа прибыли, — тихо доложил Архип, чья спина за это утро заметно выпрямилась. — Ждут в Малой столовой. Нервничают.

— Нервы — это хорошо. Это признак работающего воображения, — Аларик поправил запонки и хищно улыбнулся своему отражению. — Гиперион, останься здесь и постарайся не съесть курьера, если он принесет почту. Газету я уже читал.

В столовой пахло дорогим табаком и концентрированным ужасом. Трое мужчин в строгих костюмах вскочили при появлении князя, словно в комнату вошел сам Император с заряженным плазмометом.

— Господа, — Аларик вальяжно опустился во главу стола, небрежно бросив перед собой пухлые папки. — Я не буду тратить ваше время на соболезнования по поводу безвременно ушедших коллег. Давайте сразу к главному: ночная попытка силового захвата моей собственности — это не просто нарушение договора. Это вооруженный мятеж против представителя древнего рода, находящегося под защитой короны.

— Но позвольте, князь… — начал было главный юрист банка, — у нас есть подписанные векселя вашим батюшкой…

— Эти бумажки? — Трикстер брезгливо подтолкнул пальцем один из документов. — Статья сто двенадцатая Имперского Уложения ясно гласит: любая кабала, заключенная под давлением или при сокрытии стратегически важных данных об активах, признается ничтожной. Вы знали о Сердце Левиафана, скрытом в подвале, и намеренно занизили оценку земель, чтобы довести род до банкротства. Это мошенничество в особо крупных размерах.

Он открыл первую папку, демонстрируя пустой лист, но делая это с таким видом, будто зачитывал смертный приговор.

— У меня здесь полная выкладка ваших серых схем по выводу маны через подставные фирмы Корфа. Анастасия Воронцова из Канцелярии будет в восторге, когда получит этот материал. Хотя, возможно, я сначала покажу его вашим акционерам? Думаю, они очень удивятся, узнав, куда на самом деле ушли дивиденды за прошлый год.

В комнате стало так тихо, что было слышно, как потеют юристы.

— Что… что вы хотите, Аларик Всеволодович? — прохрипел представитель «Золотого Грифа».

— Во-первых, полное аннулирование всех задолженностей рода гада Рус. Безвозвратно и безусловно. Во-вторых, признание всех договоров аренды и залога земель незаконными. И в-третьих… компенсация. За моральный ущерб, за испорченный газон и за то, что мне пришлось прервать свой законный сон. Скажем, пять миллионов рублей золотом на мой новый счет. До конца дня.

— Пять миллионов⁈ Это грабеж! — взвизгнул помощник Корфа.

— Нет, — Аларик подался вперед, и его взгляд стал холодным, как лед под некромантским саваном. — Грабеж — это когда вы пытались отравить меня и пустить по миру. А это — плата за мое молчание и ваше право продолжать дышать имперским воздухом. Подписывайте.

Через десять минут Трикстер вышел из столовой с пачкой свежеподписанных отказов от претензий. Маятник качнулся еще сильнее, набивая карманы золотом и очищая имя рода от долговой скверны.

— Архип, подготовь мой лучший выходной сюртук и вызови экипаж, — скомандовал князь. — Мы отправляемся в центральное отделение банка. Нужно официально закрепить нашу победу и показать столице, что гада Рус вернулись в игру. И позови моих… немецких гостей.

Спустя час у входа в монументальное здание «Золотого Грифа» в центре города притормозил роскошный черный лимузин, конфискованный у Корфа. Из него первым вышел Аларик, щурясь на солнце. Следом за ним, заставив случайных прохожих и охрану банка оцепенеть, появились три монументальные фигуры.

Рыцари Смерти выглядели сюрреалистично. Поверх массивных, матово-черных доспехов, от которых веяло замогильным холодом, были натянуты строгие трехбортные костюмы индивидуального пошива. Ткань натянулась на широких плечах так, что казалось, швы вот-вот лопнут. Широкие галстуки покоились на стальных нагрудниках, а вместо лиц из-под надвинутых на шлемы шляп-котелков на мир взирала непроглядная тьма.

Охрана банка на входе нерешительно преградила путь, судорожно сжимая рукояти шокеров.

— Господин князь… — заикаясь, начал начальник смены. — Простите, но согласно уставу… вход в боевых доспехах запрещен. И ваши… спутники… от них как-то странно пахнет озоном и… старым склепом?

Аларик непринужденно рассмеялся, похлопав ближайшего рыцаря по бронированному плечу, отчего раздался тяжелый гулкий звук.

— О чем вы, любезный? Это мои новые партнеры по безопасности. Немцы. Из Баварии. Приехали по специальному контракту для реорганизации охраны поместья. Парни крайне педантичные, отмороженные профессионалы и совершенно молчаливые — специфика северного воспитания. У них там, знаете ли, суровый климат, все чувства внутри.

Рыцарь, которого Аларик назвал «немцем», медленно повернул голову к охраннику. Из прорези шлема вырвалась тонкая струйка ледяного тумана, а синее пламя зрачков на секунду вспыхнуло ярче. Охранник побледнел и попятился.

— А запах… — Аларик заговорщицки понизил голос. — Это эксклюзивный одеколон «Дыхание Альп». На любителя, согласен, но в Мюнхене сейчас это последний писк моды. Клянусь вам душой моего недавно почившего и глубоко неуважаемого врага — эти господа живее всех живых в плане исполнительности.

Трикстер уверенно зашагал по мраморному холлу, и рыцари последовали за ним, чеканя шаг. Каждое их движение сопровождалось лязгом скрытого под тканью металла и тихим шепотом распада, который все принимали за шорох дорогого сукна.

В главном зале банка воцарилась гробовая тишина. Клерки замирали с открытыми ртами, роняя перья. Князь гада Рус шел к кабинету управляющего как триумфатор, окруженный тремя железными статуями в костюмах, которые выглядели так, словно могли в одиночку перекусить стальной сейф.

— Ганс, Фриц, Клаус, — бросил Аларик через плечо, обращаясь к нежити. — Встаньте у дверей. И не пугайте секретаршу слишком сильно, она мне еще понадобится для оформления перевода. Помните: педантичность и дисциплина!

Рыцари синхронно кивнули и замерли у входа в приемную, скрестив руки на груди. Ткань пиджаков жалобно скрипнула под давлением магически укрепленной стали.

Аларик толкнул дверь в кабинет управляющего ногой, сияя самой ослепительной улыбкой из своего парижского арсенала.

— Добрый день, любезнейший! Я пришел забрать свои пять миллионов и официально закрыть наше маленькое недоразумение. Надеюсь, мои немецкие коллеги не помешают нашему продуктивному диалогу? Они очень не любят, когда сделки затягиваются. У них, понимаете ли, плотный график… инспекций.

Управляющий банком, глядя на три зловещие фигуры за стеклянной дверью, которые даже не дышали, судорожно потянулся за гербовой печатью. В этот момент он был готов подписать даже дарственную на собственную почку, лишь бы «баварские специалисты» покинули здание как можно скорее.

Змей внутри Аларика довольно зажмурился. Система зафиксировала очередной приток энергии от массового страха в зале, а баланс в магазине Мультивселенной наконец-то позволил