Босодзоку во многом напоминали беззаконные банды, называемые гурентай, которые сеяли хаос в Токио во время беспорядков после Второй мировой войны. Гу означало «глупость», а рентай на сленге означало «полк». Таким образом, перевод названия гурентай – «полк глупцов» или «глупый полк». В наши дни мы называем их бандами. Они ходили повсюду, собирая плату за «крышу», терроризируя местных жителей и постоянно воюя с другими бандами из-за реальных и воображаемых оскорблений.

Сайго был самым выносливым среди них, и он был огромным для японца своей эпохи. Именно здесь Сайго получил свое прозвище, Цунами.

– Сайго появлялся без предупреждения и моментально уничтожал своих врагов, – сказал один из членов банды. – Он был силой природы. Он был невероятно силен, ничего не боялся. Он был, как цунами – никто никогда не знал, когда он придет или какой ущерб нанесет, когда появится.

Но Сайго не был обычным молодым головорезом, который пробился к вершинам лишь с помощью грубой силы, он также обладал хорошим деловым чутьем.

Когда банда стала больше, он заставил каждого присоединившегося члена наклеить метку БГЛБ на свой байк и заплатить 3000 иен за набор из двух наклеек, что по тем временам было немалой суммой. Сайго потратил 50000 иен на печать, но поскольку число участников стремительно росло, он довольно быстро вернул вложенные деньги. Фактическая стоимость изготовления одной наклейки составляла всего 300 иен, поэтому прибыль была десятикратной, а затем стала увеличиваться еще сильнее.

Банда собиралась каждую пятницу и субботу на заправке на окраине города. Там были сотни байкеров. Большинство из них незаконно переделали свои байки, сняв глушители, что делало их быстрее. Несколько шлемов передавались по кругу, и все присутствующие вносили немного денег – «расходы на бензин». Сайго прикарманивал большую часть заработанного.

В других случаях он и его приятели призывали к пожертвованиям в рамках различных кампаний по сбору средств, которые они называли канпа. Это слово произошло от русского «компания», которое использовалось для обозначения сбора средств на политическую кампанию. Однако в том, что делала БГЛБ, не было ничего политического – у них не было убеждений, и единственным желанным достижением для них было создание проблем.

Иногда у канпа была формальная причина: нам нужно купить подарки для нашего приятеля в больнице. Нам нужно купить несколько новых бейсбольных бит. Нам нужно починить наши байки. Часто причина не указывалась вообще. Запрашивались деньги, и молодые панки, которые хотели быть крутыми и кататься с большими мальчиками, отдавали все свои наличные. Некоторые члены банды начали заставлять своих младших участников, еще учившихся в школе, покупать метки для их байков. «Плата за наклейки» стала синонимом мелкого вымогательства в некоторых районах Токио.

– Это было очень похоже на то, что мы позже делали в якудза, – сказал Сайго. – Люди наверху всегда собирали деньги с низших банд на различных ритуалах якудза, церемониях и особых случаях.

У БГЛБ было несколько негласных правил. Если кто-то их нарушал, то он покидал банду и был жестоко избит при изгнании.

1. Не спать с женщиной другого члена банды.

2. Не начинать бандитские разборки без одобрения руководства.

3. Не заниматься стукачеством.

4. Не совершать грабежей, краж или изнасилований.

5. Не нарушать покой женщин, детей и пожилых людей[9].

6. Не проявлять неуважения к старшим в организации.

Сайго было недостаточно того, что он руководил крупнейшей мотоциклетной бандой в Мачиде: он хотел управлять крупнейшей бандой в Токио. С помощью драк и запугиваний BGLB начала вбирать в себя и другие банды.

– Это было похоже на слияния и поглощения. Мы затевали драку с местной бандой, выбивали дерьмо из их лидеров и предлагали им выбор: присоединиться к нам или никогда больше не ездить. Большинство из них присоединялись.

Одна за другой местные банды подпадали под эгиду их группировки, даже страшная гокуаку («абсолютное зло»). Сайго ввел основные правила, которым должны были следовать все члены банды, но было очень мало нарушений, из-за которых кого-либо действительно могли бы выгнать. На самом деле, покинуть банду было сложнее всего. Официально с тебя брали 100 тысяч иен – или избивали. Большинство людей, которые ушли, просто предпочли тихо исчезнуть или переехать.

Как глава, он старался быть на шаг впереди закона. Когда были изменены правила дорожного движения, обязывающие всех мотоциклистов носить шлемы, все члены были обязаны их носить. Когда были изменены законы, повышающие возраст вождения больших мотоциклов, он проверил, чтобы у всех были права. Сайго понял, что нужно соблюдать закон для того, чтобы быть успешным преступником. В законе есть слепые пятна – точно так же, как и в зеркале байка, и с ними можно работать, достаточно просто быть в курсе событий.

Однако по мере того, как банды становились больше, достигнув своего пика примерно в 1976 году, конфликты между группировками становились все более жестокими. Менталитет толпы начал брать верх. Два человека на одном байке стали нормой, все начали ездить командами. Перед каждым забегом «исполнительным членам» назначалась роль, которую они должны были выполнять.

Некоторые группы держались сзади, не подпуская полицейские машины, чтобы конвой не разорвался; другой группой могли быть разведчики, которые проверяли, нет ли поблизости властей или других банд. Иногда специальный патруль перевозил дополнительное оружие. На каждом байке команды был человек, который держал оружие, и человек, который управлял транспортным средством.

Когда другие банды начали носить деревянные бейсбольные биты, чтобы сбивать преследующих полицейских и людей Сайго, он приказал всем своим членам вооружиться металлическими бейсбольными битами. Когда парни из других банд получили металлические бейсбольные биты, Сайго приказал своим членам брать с собой танто (японские кинжалы). Когда бейсбольные биты или кинжалы были в дефиците, участники сбивали знаки «продается» на участках недвижимости, срывали таблички со столбов и использовали столбы с торчащими из них гвоздями в качестве оружия. Сайго сумел приобрести несколько японских мечей через друга, чей отец был членом якудза, и вооружил ими своих ближайших помощников.

У его любимого меча было изогнутое лезвие. Он массово производился во время Второй мировой войны как офицерский меч. Качество этого меча было сомнительным.

Когда начиналась драка, Сайго останавливал байк, спрыгивал и обнажал меч, размахивая им в воздухе. Он бросал вызов любому, кто приближался к нему. Даже головорезы с битами не осмелились бы наброситься на него – они знали, что стоит им ошибиться хоть раз, и они будут насажены на вертел, как цыплята в киоске якитори. Сайго свирепо смотрел на собравшихся врагов, вопил, визжал и был похож