за ними стоит кто-то у самых верхов власти. Даже канцлер про них ничего не знает.

— Ага, значит мне ещё гостей ожидать? — полувопросительно протянул я. Надо усилить защиту поместья. Не знаю как, но это я сделаю в самое ближайшее время, бросив все силы на это усиление.

— Вряд ли мстить за них придут, а вот обиду затаят точно, — проговорил Сыч. — Таких кадров больше не найти. Ликвидаторам не ведомы страх и боль, они могли пройти через любые преграды. Не удивлюсь, если они даже в императорскую сокровищницу смогли бы зайти при желании.

— И что же вы такое обнаружили, что за вами послали этих отморозков? — я склонил голову к плечу, а сам в это время разогнал регенерацию, чтобы поскорее срастить раны.

Истребители снова переглянулись и посмотрели на меня так, будто раздумывали, стоит ли меня посвящать в детали. Сыч поскрёб ногтем свежий шрам на лице и хмыкнул.

— Ты вроде Вестником назвался? — спросил он небрежно. — По твоей части работка, значит. Да и кто ещё попрёт против эмиссаров его величества, кроме ненормального тёмного, спалившего в пламени сначала парочку княжеских наследников, а потом и целого князя?

— Точно, кроме Шаховского дураков нету, — гоготнул Лось. — Ты уж прости, граф, что мы так по-свойски, мы люди простые. Но ты нам жизнь спас, так что мы в долгу. Ну а свои долги мы отдаём всегда.

— Оскорблений я не потерплю, — ледяным голосом сказал я. — Обращайтесь, как хотите, но за языком следите всё же.

— Принято, граф, — качнул головой Лось. — Слушай, а может и тебе позывной дать, чтобы мы титулами язык не смозолили?

— Феникс, — быстро ответил я, не задумавшись ни на мгновение.

Сыч понятливо улыбнулся и кивнул.

— Тебе подходит — крылья, пламя, — он хмыкнул. — Вот что, Феникс. Скажи-ка, что ты знаешь о Вестниках Тьмы?

— Ничего не знаю, — я развёл руки в стороны. — Только то, что это какой-то титул или прозвище для тёмных магов.

— Титул… — Сыч оглянулся на своих коллег. — Так-то оно вроде так, но не совсем. Раз в несколько столетий в ком-то из тёмных просыпается кровь Тишайших. Про них-то ты слышал?

— Есть такое, — криво усмехнулся я.

— Так вот, это один из самых древних родов в Российской Империи, что-то они там в прошлом намутили, что тьма их одарила сверх меры, — лицо Сыча стало серьёзным. — И вот эта самая тьма выбирает кого-то из них, чтобы нести своё слово. Прошлый Вестник выжег половину Империи, когда против него альянс грандмагов выступил.

— Уж не в Москве ли это было? — спросил я. — И не здесь ли, в Сибири?

— Шаришь ты, головастый значит, — Сыч мотнул головой. — Сначала в Москве его взять хотели, но он сбежал в глушь. Здесь его только через пятьдесят лет смогли поймать, но он за это время успел силы накопить… итог тебе известен.

— Самый большой аномальный очаг в мире, — мне захотелось найти тех идиотов, которые пошли против избранника тьмы и чуть не угробили весь мир, но я лишь сжал кулаки и скрипнул зубами.

— Так вот, Вестники Тьмы сильно мешали кое-кому у власти, — Сыч понизил голос и наклонился ближе. — Уж не знаю как, но эти Вестники на свою сторону всех тёмных могли переманивать. Альянс тёмных магов никому не нужен, вот и старались убирать Вестников, пока те в силу не вошли, да тут вот промахнулись.

— Ага, — я кивнул. — А теперь Вестником назвался я.

— Да хоть грибом назовись, пока прошлый Вестник жив, тебя никто всерьёз воспринимать не будет, — фыркнул Лось из-за спины товарища. — А прошлый-то жив-живёхонек, до сих пор по очагу бродит, собирает приспешников.

— Так вы его искали? — поинтересовался я, чуть выдохнув. Регенерация работала на полную, так что самые глубокие раны наконец затянулись.

— Куда уж нам, — цыкнул Сыч. — Не нашего уровня дельце.

— Но? — поторопил я его.

— Но кое-что и нам поручают, — продолжил он. — Есть у канцлера информация, будто кто-то решил вырастить такого Вестника, только ручного. Да вот ни хрена у него не вышло, зато тёмные стали будто неживыми. Ни убить их, ни ранить так ни у кого и не получилось.

Я прикрыл глаза, чтобы не выдать эмоции. То есть кто-то действительно старательно обрабатывал тёмных магов, делая из них некромансеров. Но кто мог сотворить такое, пойти против собственной природы, да ещё и прикрываясь благими целями? На тёмных такое не похоже.

— Но штука вот в чём, Феникс. На тёмных они только тренировались, — с лица Сыча ушли все эмоции, он будто в камень превратился. — Просто потому, что дорожка протоптанная. А сделать они хотели Вестника Света.

Моя аура полыхнула чистой тьмой, заставив Сыча и остальных истребителей отскочить к стене комнаты. Какого демона творится в этом мире? Тьма первородная, куда ты меня засунула⁈

Магам света никогда не нужны были костыли в виде артефактов чистого света, как и «вестники». Свет всегда был чистой энергией, которая на пару с тьмой так или иначе составляла основу для остальных стихий. Свет — холодный, безжалостный, но всегда справедливый, не искал последователей и не разделялся на направленные дары.

Не будь в моём мире ковена магов, может быть, мы со светлыми даже стали бы союзниками. Несмотря на противоположность, изначально обе стихии были союзниками. Мы все знали, что без света не будет тьмы, а без тьмы свет утратит свою яркость.

И что же придумали в этом мире? Вместо ковена, в который входили одарённые всех стихий, здесь решили организовать коалицию света? И против кого они собрались выступать?

— Откуда у вас такая информация? — пророкотал я, встав с пола и окутав себя одеянием тьмы. — Насколько она достоверная?

— Так нас отправили найти экспериментальную базу, — ответил Лист, дёрнув кадыком. — По нашим данным, она где-то между Мироновскими и твоими землями. Километрах в ста от стены…

— Ты не то спрашиваешь, Феникс, — с мрачным видом перебил его Сыч. — Лучше спроси, кто за этим стоять может.

— И кто же? — я чуть пошатнулся от слабости, но устоял на ногах. Как и всегда, злость придала мне сил.

— Кто-то из светлых, которым нужен потенциальный Вестник Тьмы живьём, — он криво усмехнулся. — Подумай, может есть какой светлый род, который усиленно в друзья или союзники набивался?

— Кроме Мироновых я имел дело только с Алексеем Денисовым, но он явно не подружиться хотел, — сказал я, отзывая ауру, но оставляя одеяние тьмы — не стоять же голышом перед истребителями.

— А Мироновы что? — тут же уточнил Лось, напрягшись, словно зверь перед прыжком.

— Княжна Софья в московском очаге намекала на брачный союз, — я не стал ничего