— Считаешь, я не дорос?

— Помнишь, что я говорил про плод, который вырос в утробе женщины сразу, вместо развития в девять месяцев?

Я покачал головой:

— Ты постоянно меня сдерживаешь. Это умаляет возможности, которые я мог развить. Как же мне расти? Топтаться на одном месте, как червь в грязи?

— Все придет в свое время, поверь, брат. Побеждает не тот, кто бросается, сломя голову, а тот, кто обдумывает бросок.

— Как ты? — спросил я, встретив темный взгляд.

Валентин внимательно смотрел на меня, его холодные щупальца дотягивались до моего щита в поисках слабого места, но все было тщетно.

— Моя стратегия не терпит спешки, — наконец ответил он. — Можешь взять пример с меня. Можешь выработать свою схему. Но если хочешь проиграть — торопись.

— Я запомнил.

— Надеюсь, — улыбнулся Валентин. — Для тебя приготовлено место моей правой руки — корона принца. И подготовка здесь играет решающую роль.

Услышав последнее, я перестал дышать. Древний хочет видеть меня в роли своего последователя? Это же немыслимо. Лидер обратников во главе темной силы? Абсурд.

— Тебя смутил мой план? — поинтересовался Валентин.

— Отнюдь, — небрежно бросил я, пытаясь выглядеть как можно равнодушнее. — Но если ты продолжишь меня ограничивать, твой план превратится в пыль.

На это мой страшный родственник качнул головой и усмехнулся:

— Договорились. Пойду готовиться к приезду кормильцев, их нужно встретить достойно.

Возвращение ребят окрасило мои серые будни в радость. Я стоял на площади перед входом в институт рядом с Робертом и Томасом и волновался. Мое внутреннее зрение показало, как ребята приплыли к берегу, пересели на черный автобус без окон и направились к зоне института. И только когда автомобиль показался из-за поворота, стало легче дышать. В это время на пороге появился Валентин, он проводил довольным взглядом подъехавший автобус и раскинул руки:

— Добро пожаловать домой, мои дорогие!

Я смотрел, как один за другим ребята спрыгивают на мокрую землю и радовался. Присутствие всех членов нашего союза наполнило меня жизнью, словно высохший без влаги цветок начал оживать от воды.

Увидев белокурую голову, я облегченно вздохнул. Все. Они все здесь. Вот, что мне было нужно — полный состав нашего союза.

— Друзья мои, — торжественно произнес Валентин, — вы несказанно радуете. И вознаграждение не заставит себя ждать. А сейчас пройдите на отдых, вы достойны лучшего.

В ожидании времени, когда мы поговорим с ребятами, я ходил по комнате из угла в угол без остановки. Вдруг раздался одиночный стук в дверь, и появилась фигура, которую я меньше всего ожидал увидеть. На пороге стояла Хлоя.

Почувствовав мое замешательство, она шагнула внутрь и улыбнулась:

— Не ожидал, правда?

— Как я тебя не уви…

— Не увидел? Ну, не только ты мастер ставить щиты. На тебе свет клином не сошелся, некоронованный принц, — язвительно ответила своенравная дама. — Признаю твою силу. Ты возрос, но для меня это ничего не меняет.

Оглядев непрошеную гостью, я заметил забинтованные култышки пальцев, которые оторвала моя воронка, и спросил:

— Ты рассказала ему?

Хлоя неопределенно пожала плечами:

— Оставила, как запасной вариант.

— Конечно, тебе же не хочется снова попасть в немилость к такому, как мой брат. Новое наказание — ограничение свободы, а ты только глотнула ее в полной мере, правда?

— Какой догадливый. — Хлоя театрально закатила глаза. — Ему будет интересно узнать о рождении лидера.

— А так же о том, что один из подчиненных слил весь план, — добавил я.

— Предположим, не весь.

— Этого достаточно.

Наш диалог был похожим на перебрасывание горячей картофелины. Глядя друг другу в глаза, мы понимали, что у каждого есть козырь в рукаве, и это автоматически выписывает стоп.

— Если будешь хорошим мальчиком, возможно, оставлю все в тайне, — почти мурлыкнула Хлоя. — Мне скоро вырастят новые ноготки, так что жизнь налаживается.

— Тебе вырастят новые пальцы? — с недоумением спросил я.

— Наши технологии давно этим занимаются, глупыш. Ткани и кости растут в лаборатории, как грибы. Это так, для общего развития. Мой визит закончен, не скучай тут, лидер серой массы.

Хлоя исчезла так же внезапно, как появилась, оставив меня в неком ступоре. Она жива и знает про мое преображение. Или это блеф? Может, она почувствовала изменения во мне и сделала вывод? Но, в любом случае, опасаясь нового наказания, Хлоя ведет себя разумно. И пока мне это на руку.

Встреча с ребятами получилась радостной, словно близкие родственники собрались на семейный праздник. Мы все крепко обнялись, и Януш покачал головой:

— Черт возьми, никогда бы не подумал, что буду так рад всех вас видеть!

— И я скучал, — раскинул мускулистые руки Серафим, ловко обняв одной Эвелин. — Столько пережили вместе.

Я оглядел ребят, чувствуя полноту сил, которую растерял без них. Только вместе мы образуем оплот противостояния, это стало понятно, как только все разъехались.

— В этот раз мне было тяжело в работе, — призналась Николь. — Словно силы иссякли.

— То же самое, — отозвался Леон. — А у вас как прошло?

Все признали, что мощность возможностей убавилась.

— Думаю, все дело в нашем союзе, — предположил я. — Мы каким-то образом соединились и теперь порознь слабеем. У меня случился упадок сил, и чем дольше вас не было, тем больше пустоты ощущалось.

— Однако, шеф нами доволен, — заметила Эва.

— Конечно, — тряхнул черными кудрями Ян, — пришлось выжимать весь потенциал. Чтобы все выглядело как всегда.

Действительно, после объединения мы изменились, а я стал зависим от присутствия ребят. Ведь мои силы напрямую черпались из их возможностей. И чтобы глава острова ничего не заподозрил, нам пришлось максимально сконцентрироваться.

— Должен вас предупредить, — добавил я, — Хлоя вернулась из заточения. Она знает о передаче сил, либо догадывается, но будьте с ней очень осторожными. Эта дама коварная.

— Что еще случилось в наше отсутствие? — Януш деловито сложил руки на груди.

— Еще… Я убил охранников.

В этот момент все растерянно замерли.

— Вероятно, был повод, — осторожно предположил Серафим.

— Не знаю… Это не мне судить. Скажу только, что на прибрежной зоне познакомился с изгоем. Его звали Френк. Он ничем не отличался от нас, только глаза были синими. Френк работал в главной лаборатории, здесь в институте, и однажды не смог переступить через совесть. За это его отправили на модификацию и провели операцию на мозге. Они хотели сделать из бедняги марионетку, как сделали из других синих, но Френк не поддался, а остался тем, кем был, сбежал и стал изгоем. Он встретил меня, рассказал обо всем и попросил передать его жене на материке, что он ее очень любит. И дал мне адрес… Я думал, вывезу его при первой возможности. Но они