Орлеанский — это титул родного брата короля Франции. Именно родного. Обычно младшего. И уже только поэтому можно понять, что напялив на себя эти цвета, эта девчонка фактически приписала себя к семье короля. К побочной ветви, но всё же… Но почему-то никто из дворян королевства, которые так кичились своей родословной, даже не попытались её остановить? И даже более того… Они её сопровождали и сражались вместе с ней плечом к плечу. Как, в лучшем случае, с равным себе по статусу и положению. И уже только поэтому тут можно было бы задуматься о том, насколько эта история неправдоподобна. Ну, не могла быть эта Орлеанская Дева простолюдинкой. Да, даже дочерью какого-то провинциального дворянина не могла! Иначе бы её просто никто и слушать не стал бы. Скорее всего она выдавала себя за простолюдинку именно для того, чтобы простой народ за ней пошёл. А дворяне, которые её окружали, точно знали с кем именно в её лице они имеют дело. И это факт. Иначе никто не стал бы её слушать. Скорее всего, её бы просто прибили бы. Причём сделали бы это слуги и палками. Потому что никакой дворянин не захотел бы марать свой клинок кровью какой-то «грязной простолюдинки».

Именно из-за этих всех историй Максим сейчас и понимал, что в данной ситуации они всего лишь столкнулись с одной многоходовой комбинацией какого-то хитреца, который окопался при дворе местного властителя. Видимо тот решил одновременно нанести удар по нескольким объектам, воспользовавшись удачной для себя ситуацией. Вот только была в этой ситуации ещё и одна проблема. Благодаря тому, что нападение провалилось, все найденные, не без подсказок Максима, доказательства прямо говорили о злом умысле. Теперь можно было понять, что этот человек сам приговорил себя. Так как в лагере нападавших, как ни странно, стражники захватили ещё одного индивидуума. Живым. Который просто спал, после сильных возлияний вином с вечера. И который был слугой — поверенным того самого благородного, который и подослал этот отряд. Оказалось, что именно он и должен был проконтролировать исполнение заказа в точности, а потом и расплатиться за сделанную работу.

Естественно, что когда его схватили и приволокли к молодой княжне, тот был шокирован. Ведь они не знали, что в этом караване будет путешествовать представительница княжеского рода соседнего государства! А это уже точно говорило о том, что они слишком заигрались. Так как теперь интерпретировать подобное нападение как какую-то глупую шутку, или даже случайность, уже никак не получалось. И поэтому этот слуга принялся вопить во всём горло о том, что всего лишь выполнял приказ хозяина. И не более того. И не знал о том, на кого они собираются нападать. Он-то, якобы, думал о том, что это будут всего лишь какие-то детишки, которых просто разгонят палками, чтобы расчистить путь молодому господину из данной благородной семьи. Но то, что они напали на представительницу княжеской семьи соседнего государства, уже катастрофически всё ухудшило.

— Это твоё! — Максим уже не обращал внимания на проезжающую мимо княжну, которая что-то зачастила крутиться поблизости на своём новом трофейном коне, когда рядом с ним на телегу плюхнулось что-то тяжёлое. И приоткрыв один глаз Максим увидел что рядом с ним лежит довольно объёмная, но неплохо выделанная кожаная сумка, которая явно глухо отдались металлическим звуком какие-то предметы.

— Это то, что нашли в лагере… твоя доля… Там же вещи тех, кого ты побил! Всё законно… Это твои трофеи!

Быстро проговорив эти слова, и даже не глядя на парня, княжна снова отъехала прочь. Направившись в начало каравана, который уже начал двигаться, сопровождаемый стенаниями идущих следом связанных в одну цепь пленников. Надо сказать, что больше всех возмущался именно тот самый слуга — поверенный. Потому что стражники, заметив на нём неплохие сапоги и хорошую одежду, просто раздели его чуть ли не догола. И теперь он шёл, постоянно подпрыгивая от острых камней, попадавших под его изнеженные босые ноги. Да. Он был слугой. Но учитывая тот факт, что он был поверенным, можно было заранее понять, что этот индивидуум жил куда лучше некоторых зажиточных горожан. И поэтому и мог себе позволить не иметь грубой кожи на ногах. Однако теперь он страдал от того, что, в сложившемся положении, даже все его стоны и крики не позволяли ему добиться каких-либо поблажек со стороны тех, в чьи руки он попал. И даже более того… Уставшие от его криков и стонов стражники начали подгонять его плёткой. При этом, естественно совершенно случайно, попадая по спинам идущих по соседству пленников. Конечно же, им тоже подобное не нравилось. И несколько довольно сильных пинков от идущих рядом страдальцев, всё же заставили его умолкнуть.

Сам же Максим довольно быстро просмотрев сумку, которую ему подкинула княжна, и заметив в ней даже пару довольно туго набитых мешочков с деньгами, в которых в в худшем случае было серебро, а в лучшем — золото, еле заметно улыбнулся и спрятал эту сумку в мешочек — хранилище, всё ещё находившийся у него во внутреннем кармане нательной рубахи. Конечно, он мог бы таскать эту сумку на плече. Но зачем? Ведь, по сути, таким образом она бы просто привлекала к себе дополнительное внимание и мешала бы ему. А так он был налегке. Хотя, что-то сейчас подсказывало Максиму, что княжна тоже не была так проста. И, скорее всего, она уже прекрасно осознавала, что Максим совсем не тот, за кого себя выдаёт? А значит, за ней теперь ему самому нужно присматривать более внимательно. Не хватало ещё, чтобы с этой девчонкой что-то случилось. Ведь тогда именно его могут обвинить в том, что он намеренно втёрся в доверие к представителям княжеской семьи, чтобы как-то им навредить. Хотя всё это и звучало бы довольно глупо. Потому что он-то, как раз-таки наоборот, всё это время старался держаться от этой дамочки как можно дальше. Всего лишь по той простой причине, что не хотел привлекать к себе излишнего внимания. Но из-за этого столкновения ему не удалось оказаться полностью незаметным. Так как иначе это столкновение закончилось бы просто невероятно большим кровопролитием. Поэтому ему и пришлось вмешаться. Сделав всё так, чтобы среди тех, кто идёт рядом с ним, было как можно меньше пострадавших.

Сейчас же он собирался просто плыть по течению, банально наблюдая за происходящим со стороны, и надеясь на то, что подобное нападение будет единственным по пути следования. Ну, не хотелось ему ещё больше укреплять в этой