стекла. Ничего хорошего это не обещало, но раз рискнула – надо идти до конца. Я сжала зубы, понизила режим фонарика и устремилась вперед. Узнать, что за вакханалию устроили там парни.

Пробираться через высокую траву было сложно, но вскоре она стала ниже, а в лицо мне дунул прохладный и немного затхлый воздух – городское озеро было близко. На берегу, в свете мобильного, пристроенного на ящике, виднелись силуэты. Два мужских и… три женских. Кажется, отец Тима не врал о способностях сына. До моего слуха вновь донесся женский смех, больше похожий на ржание.

Впрочем, мерзко смеялась только одна, которая стянула лифчик, запуская его в сторону парней, и с визгом рванула в воду. Две оставшиеся, наблюдая за ней, хихикали очень мило и мелодично.

Я отключила фонарик и медленно пошла вперед, стараясь оставаться незамеченной и понять, действительно ли это Тим с другом или я пытаюсь помешать развлекаться неизвестным ребятам. Один из них склонился над мерцающим телефоном, и стал виден его профиль: Дериглазов, точно он! Я выпрямилась, открыто пробираясь в их сторону.

– Бухаем на ночь глядя? – поинтересовалась, останавливаясь метрах в трех от них.

Все четверо вздрогнули и обернулись. Только голая девушка продолжала плескаться на берегу озера, строя из себя то ли нимфу, то ли уточку. Первым очнулся Димка.

– Лада? – восторженно воскликнул он. – Круто, присоединяйся к нам! А Тимка говорил, ты где-то гуляешь и не захочешь с нами сходить к озеру.

Девушка, которая все это время пыталась привлечь внимание Дериглазова, недовольно засопела. Ее воодушевление моим появлением не прельщало. Тима, кажется, тоже, потому что он передернулся и устремил в мою сторону уничижительный взгляд. Отлично, один мальчик дуется, другой ничего не знает о личной жизни друга в последнюю неделю. Иначе не радовался бы так моему появлению, когда к ним жмутся миловидные девочки.

– Я успела вернуться, – ответила Димке и повернулась к Тиму. – И решила поговорить с ним.

Парни тоже были пьяны, потому что Дериглазова не удивило мое пожелание. Он буркнул что-то вроде «угу, как скажешь» и приложился к стеклянной бутылке. Пиво?

– Тимофей? – позвала я.

Он разговаривать не спешил. Тоже сделал долгий глоток из бутылки и только тогда поднялся на ноги. Девушка в озере заметила это движение и замахала руками, видимо, решив, что он собрался присоединиться к ней. Но нет, Тим медленно подошел ко мне и остановился напротив: хмурый, встрепанный, злой, как тысяча чертей. И пьяный. Но не настолько, чтобы не соображать. Просто двигался с трудом.

– Пришла, – констатировал он.

– Пришла, – согласилась я. – Найти вас было сложно.

– Тебя тоже, – Тим пожал плечами и сделал еще один глоток.

Я сделала шаг ближе к нему и, запрокинув голову, посмотрела в глаза. Тим отвел взгляд. Тогда я решила действовать мягче:

– Тим, у меня почему-то выключился телефон. Извини, что не ответила вовремя. Прекрасно понимаю, что ты волновался.

– Тебя было сложно найти, но я нашел.

В смысле? Когда я не отвечала на звонки, он меня нашел? Но…

– Вижу, поняла, где и с кем нашел, да? – усмехнулся он.

– Тим, что ты несешь? Поняла, ты видел, как мы разговаривали со Стасом.

Я хотела добавить о дне рождении, честно признаться и решить конфликт, но он зажал мне рот ладонью. Подался вперед и раздраженно выпалил:

– Именно. – Его рука дрожала, и я попыталась накрыть ее своей, но Тим лишь перехватил мое запястье, сжимая почти до боли. – Только мы уехали, кинулась встречаться с «соколом». Еще и телефон выключила. Да, я волновался. Да, я волновался! Увидел вас, а потом пытался до тебя дозвониться. Я, блять, в любви тебе хотел признаться. И что получил? «Сокол» лучше? Конечно, старше, с работой, весь такой в спортзале целыми днями. Ради него даже телефон можно выключить?

Потом он уже кричал. Истерил. Вел себя как… пьяный? Именно. И от этого становилось противно. Хотя сердце екнуло – самую малость – на словах о любви.

– Что скажешь?

Ничего не скажу, потому что ты закрываешь мне рот. Я вцепилась в его запястье и попыталась оторвать руку от своего рта. С трудом, но получилось.

– Тим, мы просто прогулялись, а телефон у меня выключился. Ты хочешь, чтобы я оправдывалась?

Он дернулся, вырывая руку, хотел что-то сказать, но в этот самый момент к нам подлетела нимфа-уточка из озера. Подлетела, взвизгнула и повисла на нем, прижимаясь обнаженной грудью к его руке. Тим вздрогнул. Перевел взгляд с меня на нее, снова на меня. Неосмысленно и обиженно, словно ребенок, а потом вдруг заявил:

– Правильно, не оправдывайся. Я тоже не буду. Ты таскаешься с «соколами», чем я хуже? – отозвался он, обнимая девушку за талию.

– Тим, ты же не дурак. – Я покачала головой. – Успокойся, я расскажу свою версию истории, ты – свою, и мы все обсудим. Это недоразумение, неужели можно на это покупаться?

Я устало вздохнула. Я считала Тима умным парнем, но он такой дурачок. Отведу его сейчас в сторону, все объясню, заставлю признать, что был неправ (и что я была неправа, когда не сказала ему, что собираюсь встретиться со Стасом), а потом утащу домой, уложу рядом спать и всю ночь не буду отпускать. Дурачка моего.

– Мне плевать, что это было! – Тим явно не хотел разговаривать, как нормальные люди.

– Успокойся, не веди себя как маленький.

– Маленький? – он усмехнулся и чмокнул девицу в щеку, та пьяно заржала. Как лошадь. Нимфа, чтоб ее. – А ты ведешь себя как взрослая? Только взрослые отключают мобильный, когда идут шляться с неведомо кем?

– Боже… Ты ревнуешь.

– Я не ревную! – рявкнул он так, что даже Дериглазов подскочил и обернулся в нашу сторону. – Я пытаюсь доказать, как это дерьмово, когда у тебя на глазах любимый, мать его, человек изменяет с другим.

– А я не изменяла, – ответила ему.

Ответила холодно и слишком спокойно, потому что не знала, как остановить эту истерику. Но где-то в глубине души уже злилась и была готова стукнуть этого идиота, если не перестанет вести себя как обидевшийся мальчишка.

Он хмыкнул.

– Тим, сейчас мне кажется, что тебе действительно нужна гувернантка. Успокойся и перестань вести себя, как малолетка. Иначе я уйду.

– Уйдешь? Неужели? – рассмеялся он. – Сейчас уйдешь, но у тебя