назначения (в таких же мутных и до конца не проясненных условиях), а главное, параллельно его основной работе в Московской консерватории, которая тоже была совместительством и на половину ставки. Это не только было беспрецедентным, но и нарушало закон, который строго запрещал подобное совместительство в системе высшего образования. Всемогущим кураторам Шостаковича и этого показалось мало. Они в пожарном порядке сначала кооптируют его в правление местного композиторского союза, а затем явочным порядком «избирают» на пост руководителя ленинградской композиторской организации вместо Исаака Дунаевского и недавно рекомендованного на эту почетную должность самими ленинградцами Щербачева. Это было сделать легко, ибо компромат на Дунаевского всегда был под рукой, особенно с учетом его недостойного поведения в годы войны. Так, задним числом, почти что подлогом, появилось формальное обоснование парламентской базы депутата именно в Ленинграде. Штаб-квартира композиторского союза, а значит, будущий рабочий кабинет депутата, располагалась на территории Дзержинского избирательного округа. Неподалеку был консерваторский класс дважды орденоносца и трижды сталинского лауреата.

Следующей главой избирательной кампании советского образца было проведение предвыборного окружного собрания представителей избирателей. На нем допущенные в зал проверенные жители-дзержинцы поддерживают выдвижение И.В. Сталина и Д.Д. Шостаковича кандидатами в депутаты Верховного совета РСФСР, а председателя Ленинградского горисполкома (мэра) Петрa Георгиевичa Лазутина в Совет национальностей Верховного Совета СССР. Таков был протокол. По стране первым кандидатом во всех избирательных участках почти всегда шел Сталин или вместо него то тут, то там в соответствии с их реальной властью фигурировали его преданные ученики и ближайшие соратники. Затем подсчитывалось количество их выдвижений по всей стране. Западные дипломаты и разведчики получали более-менее арифметически выверенную картину реальной власти каждого из членов Политбюро в отдельности. Почему рядом появился ленинградский мэр? В тот год выборы в Дзержинском районе совпали с перевыборами депутата во вторую палату большого, всесоюзного Верховного Совета Союза ССР – Совет национальностей. 5 июля 1946 г. Лазутин стал председателем Ленгорисполкома. Его предшественник Попков – первым секретарем Ленинградского обкома и горкома ВКП(б). Дзержинский район был вотчиной бывшего вождя ленинградских большевиков А.А. Кузнецова, который к этим выборам уже работал в Москве в главном штабе большевистской партии, рядом со своим бывшим начальником Андреем Ждановым, и курировал на посту секретаря ЦК все административные органы и прежде всего всемогущую госбезопасность. Лазутину вместо уехавшего в Москву на повышение Кузнецова по должности полагалось депутатство в большом Верховном Совете. Колода из имен Сталина, Лазутина и Шостаковича стала примечательной по своей престижности.

Собрание тем временем напоминало классический атракцион – раёк. Это – вид представления на ярмарках, распространённый главным образом в России в XVIII–XIX вв. На ярмарках стоял ящик с двумя круглыми отверстиями, снабженными увеличительными стеклами. Через эти отверстия зрители рассматривали картинки, прикрепленные к деревянной оси, вращающейся внутри ящика. Показ картинок сопровождался стихотворными пояснениями раёшника. Таковых на предвыборном митинге кандидата Шостаковича оказалось несколько. Представитель стоматологического института Н.А. Подкопаев сердечно и ярко рассказывал о «Человеке» (Сталине). Главный инженер хлебзавода № 14 поддержал стоматолога и «взволнованно говорил о величайшем человеке нашей эпохи». Учитель школы № 185 т. А.Н. Новгородский и многие другие также восторгались генералиссимусом и великим вождем. Пару слов о Шостаковиче замолвил все тот же Иван Дзержинский: «Имя этого выдающегося композитора и общественного деятеля хорошо известно не только в Советском Союзе, но и за рубежом». От имени районной партийной организации кандидатуру «непартийного большевика» поддержал секретарь Дзержинского райкома ВКП(б) Г.С. Коралев. О композиторе-патриоте «ярко» говорили и.о. профессора кафедры истории СССР Ленинградского государственного университета, зам. директора Музея антропологии и этнографии (Кунсткамеры), руководитель Ленинградского ТЮЗа, а также народный артист РСФСР Брянцев, начальник Управления по делам искусств при исполкоме Ленгорсовета депутатов трудящихся Засурский. Никогда до этого дня в своей богатой биографии сорокалетний советский гражданин не имел счастья выслушать в одно время и в одном месте столько похвал и лестных слов в свой адрес. Но он их не услышал и на этот раз, потому что приходил в чувства после пребывания в Кремлевской больнице, а заодно готовился к переезду в элитнейшую пятикомнатную квартиру на Можайском шоссе. Бытовые дела для кандидата в депутаты оказались важнее. Ораторы тем временем освещали яркий путь Лазутина от рабочего до председателя Ленсовета. Всего лишь через два с половиной года он будет арестован в кабинете Маленкова в Москве, станет одним из главных фигурантов позорного «Ленинградского дела», осужден и расстрелян. Вместе со своим предшественником Попковым и начальником Кузнецовым. Но это будет потом. Сейчас собрание единодушно поддержало выбор кандидатов и попросило их дать свое согласие на выдвижение[205].

Окружная избирательная комиссия Дзержинского избирательного округа № 67 предсказуемо зарегистрировала ШДД. Она установила, что он выдвинут в полном соответствии с положением о выборах. Беспартийный, композитор, профессор, заслуженный деятель искусств РСФСР. Кто выставил его кандидатуру? Цвет учреждений второй столицы. Ленинградский Малегот, Ленинградский союз советских композиторов, Дзержинский райком, профессорско-преподавательский состав, слушатели, рабочие и служащие инженерно-технического училища (цензура зашифровала полное название этого образовательного учреждения: Высшее военное инженерно-техническое училище, а после 1960 г. – Высшее инженерно-техническое командное училище Военно-морского флота (ВВИТКУ ВМФ), Молочный завод № 3, а также расположенный в здании 1937 г. сталинского неоклассицизма с элементами конструктивизма хлебзавод № 14. Тотальная репрезентативность. Завидный синклит. Представители неантагонистических классов и прослоек советского общества все как один, в едином порыве, сплотились вокруг выдающегося композитора нашего времени. Постановили включить имя Шостаковича в избирательный бюллетень и опубликовать для всеобщего сведения[206].

После этого в строгом соответствии с каноном массовым тиражем печатается манифест о кандидате Шостаковиче. Свои подписи под ним ставят Щербачев, Дзержинский, Чулаки, Соловьев-Седой, Л. Круц, Ю. Свиридов, Л. Ходжа-Эйнатов, Энтелис и Глух. Пятая симфония (1937) называется в этом документе решением «одной из волнующих проблем советского искусства – становления человеческой личности […] Такая симфония могла быть создана только в нашей стране, только композитором, до конца убежденным в торжестве идей разума и справедливости, идей сталинской эпохи». О «Ленинградской» симфонии (1941) сказано особо: «Путь, приведший ДДШ к созданию 7-й симфонии, – это путь советского интеллигента, выросшего и воспитанного в условиях Великой Октябрьской социалистической революции». Об общественной работе кандидата: «Участие Шостаковича в повседневной жизни ЛССК, его кипучая деятельность музыканта-общественника снискали ему репутацию одного из наиболее отзывчивых и чутких товарищей в кругах ленинградской музыкальной общественности». Этот факт «участия» был лакировкой действительности с элементами ее фальсификации. В конце сентября 1941 г. ШДД покинул Ленинград и лишь на днях, в январе – феврале 1947 г., был в пожарном порядке кооптирован на должность председателя правления ЛССК[207]. О деятельности ШДД как депутата городского масштаба (с декабря 1939 г.) и о военных годах объявлено