формулирует краткую библиографическую аннотацию будущего партийного документа, достойную включения в статью-справку для энциклопедического словаря. Он выступает теоретиком. До него композиторы и писатели, певцы и художники в своих предвыборных речах не разрабатывали подобной теории и практики искусства Страны Советов. По ШДД, мощь советской музыкальной культуры заключается в том, что она питается теми же идеями, которые составляют „основу нашего советского мировоззрения, гениально сформулированными Лениным и Сталиным“. Поэтому, и только поэтому советская музыка – самая прогрессивная, самая передовая музыкальная культура современного мира. У музыки – единые устремления и внутренний смысл. Затем звучат слова клятвы: „Если вы удостоите меня величайшей чести, избрав депутатом Верховного совета РСФСР, я обязуюсь отдать все силы и способности выполнению депутатских обязанностей, чтобы стать подлинным слугой народа (Аплодисменты.)“»[210].

«Слуга народа» ШДД удостоился особой чести в популяризации своего выступления. Не у всех кандидатов речи публиковались в главной ленинградской газете. Например, 7 февраля отчет о встрече с прославленным актером Н.К. Черкасовым был лаконичен. Хотя он был ленинградцем не только по призванию, но и по несменяемому месту работы и жительства. Актер рассказал, что в Театре имени Пушкина работает над образом великого ботаника Ивана Мичурина в пьесе «Жизнь в цвету». Готовится к исполнению роли в фильме о советских дипломатах («На страже мира» бывшего чекиста Фридриха Эрмлера) и в роли советского кинорежиссера в музыкальной комедии «Весна» (Григория Александрова и Исаака Дунаевского), которая снималась на студийных площадках «Баррандов-фильм» в Праге. На черкасовской встрече с интересной речью выступил Леонид Трауберг (до его собственной гражданской казни как нераскаявшегося космополита оставалось два года). Были показаны фильм с отрывками сценических работ и эпизоды из кинофильмов с участием Черкасова. В своем предвыборном докладе Черкасов критиковал работу «Ленфильма». ШДД же о своих планах не сказал ни слова. Критикой также не занимался. Ему не до творческой работы. Он был занят серьезными философскими обобщениями. Помимо треволнений, связанных с переездом из четырехкомнатной в пятикомнатную квартиру.

В субботу 8 февраля, за день до выборов, «Ленинградская правда» в череде агитматериалов о Жданове (верный соратник великого Сталина), Косыгине («крупный государственный деятель») опубликовала стихотворение под названием «Седьмая симфония» о композиторе авторства военного корреспондента, добровольца и сотрудницы политотдела 13-й воздушной армии Людмилы Михайловны Поповой. Не на правах ли предвыборной рекламы? То был отрывок из большой поэмы. Всеми забытая сегодня поэтесса была когда-то автором надрывно-цыганской мольбы: «Повези меня, миленький, в бар.//Там мы будем гулять до рассвета.// Подари золотой портсигар.// И чулочки телесного цвета». После исторических ждановских постановлений по литературе эта трубадурша «сладкой жизни» окончательно перестроилась, что доказывал фрагмент из ее программной текстовой симфонии о Седьмой Шостаковича: «Высокий дом. Этаж под самой крышей.// Его друзья пришли к нему домой. И Шостакович к ним навстречу вышел,//Такой взволнованный и молодой.// Они пришли…» и так далее и тому подобное: «Встает в рабочем этом кабинете// эпоха, переплавленная в звук.// Симфония!!!»

Утром в воскресенье 9 февраля из всех радиотарелок в комнатах коммунальных квартир, на их общих кухнях и в подвалах, в радиорупорах на столбах на улицах, вокзалах и площадях Ленинграда безустанно звучал повсеместный призыв: «Голосуйте за кандидатов сталинского блока коммунистов и беспартийных!» Повсюду в городе развешаны портреты Жданова, Косыгина, Кузнецова, Попкова, Лазутина. Выборы предсказуемо проходят без эксцессов, на высоком общественно-политическом уровне.

10 февраля опубликовано предварительное коммюнике Центральной избирательной комиссии. 12 февраля ЦИК сообщает, что композитор Шостакович избран депутатом Верховного совета. В тот же день проходит заключительное заседание Дзержинского исполкома прежнего созыва. Кандидат нерушимого сталинского блока коммунистов и беспартийных Шостакович окончательно становится депутатом. Председатель Гаврилин вручает ему удостверение. Новоиспеченный слуга народа республиканского масштаба горячо благодарит всех за доверие, а особенно активистов, способствовавших такой замечательной победе нерушимого сталинского блока коммунистов и беспартийных. Еще один раз, и, разумеется, не в последний, звучит его клятва: «Даю слово честно исполнять порученное мне народом дело и быть достойным высокого звания народного избранника». На церемонии присутствуют директор Малегота Горяинов, доверенное лицо Хохлов, представитель стоматологического института доктор медицинских наук Фаворский[211].

Опускается занавес. Легитимность этих выборов будет окончательно освящена на первом послевоенном пленуме ЦК ВКП(б) с его колхозно-советской повесткой дня, который соберется в Октябрьском зале Кремля с 21 по 26 февраля.

Зададимся вопросом: останутся ли в работе всероссийского парламента конкретные следы депутатства Шостаковича его первого призыва? Почти нет. Ни одного выступления на сессиях, ни сохранившихся депутатских запросов или законодательных инициатив, ни отмеченных в газетах встречах с избирателями и отчетов перед ними. В британском парламентаризме таких депутатов называют «backbencher» – скромно, молчаливо и дисциплинированно сидящих на задних скамейках в зале палаты общин. Не высовываются. Они ни действующие министры в правительстве, ни теневые министры в оппозиции. О таких «членах» и «депутатах» метко и образно сказал Сталин в своей предвыборной речи в декабре 1937 г. в Большом театре в Москве:

«Всякие бывают люди на свете, всякие бывают деятели на свете. Есть люди, о которых не скажешь, кто он такой, то ли он хорош, то ли он плох, то ли мужественен, то ли трусоват, то ли он за народ до конца, то ли он за врагов народа. Есть такие люди и есть такие деятели. Они имеются и у нас, среди большевиков. Сами знаете, товарищи, семья не без урода. О таких людях неопределённого типа, о людях, которые напоминают скорее политических обывателей, чем политических деятелей, о людях такого неопределённого, неоформленного типа довольно метко сказал великий русский писатель Гоголь: „Люди, говорит, неопределённые, ни то, ни сё, не поймёшь, что за люди, ни в городе Богдан, ни в селе Селифан“. О таких неопределённых людях и деятелях также довольно метко говорится у нас в народе: „Так себе человек – ни рыба ни мясо“, „ни Богу свечка, ни чёрту кочерга“».

Инаугурационное заседание Верховного совета РСФСР второго созыва соберется только 20 июня 1947 г. в Большом Кремлевском дворце. Пройдет сессия скромно и завершится 26 июня без участия Сталина и его верных соратников по Политбюро. Из исторических вождей в официальных кондуитах будет отмечено лишь присутствие Ворошилова, а из новых соратников Сталина – Кузнецова. По предложению другого ленинградца, П.С. Попкова, председателем Президиума Верховного совета был вновь избран И.А. Власов, а председателем Совета министров РСФСР переизбран М.И. Родионов. Порядок дня этим будет исчерпан, и первую сессию объявят закрытой. Однако символизм кадровой картины, а главное, ее вектор скрыть было трудно. Руководивший сессией Кузнецов был ближайшим соратником Жданова, а в те дни всемогущим секретарем ЦК. Попков был действующим руководителем ленинградской партийной организации. Родионов руководил правительством Российской Федерации.