— Спасибо, наставница, я сама, если что. Да, господа адепты, вы не ослышались. Присутствующий здесь магистр Найни отправился спасать магистра Бьера в эльфийскую трясину, захватив всего-навсего одну напарницу — свежую выпускницу Академии! И всего пару десятков некроконструктов. При этом он отказался от участия по крайней мере семи человек, бывших учеников Бьера, которые, узнав о несчастье, предложили Академии свою помощь. И под каким предлогом отказался? Он сказал, что уже собрал достаточный отряд силами Академии!

— А меня не стал брать с собой, заявив, что ему помогут другие ученики Бьера, — хмуро сказал Версен. — А я ведь предлагал! В моих интересах было спасти Элсина — на меня же треть его нагрузки свалили!

— Меня Найни также заверил, что собрал адекватный отряд, — грустным тоном проговорил Трау. — Мне даже не пришло в голову проверить лично!

— И чтобы уж совсем никто не узнал об этой ситуации, он устроил Рунии Даль выгодный контракт на другом конце страны, — заключила Глерви. — Вчера я наконец-то получила от нее письмо с показаниями, они уже подшиты к делу. Госпожа Даль рассказывает, что они с магистром Найни предприняли только одну попытку штурма болота, после чего Найни велел отступить. Госпожа Даль не стала спорить, поскольку Найни был сильно ранен при этой попытке и перевел свое тело в немертвое состояние. Впрочем, ему ведь все равно подходило время сделать это по возрасту, не так ли? — обратилась она к Найни.

— Неправда! — крикнул тот. — Я рисковал! Я всерьез рисковал! Руния не могла понять, что я врал, она же… — он осекся.

Глерви поцокала языком.

— Надо же, оговорился! Даже неинтересно! Я-то думала, что будешь отрицать до конца… — она снова обернулась к студентам. — Понимаете, он рассчитывал, что никто из заинтересованных лиц не станет общаться друг с другом достаточно плотно на эту тему, и все сойдет ему с рук. Может быть, так бы и произошло — не вернись магистр Бьер из своей ловушки. Так что теперь мы можем сложить эту ситуацию до конца.

Затем она подошла вплотную к Найни, чуть наклонилась к нему.

— Вообще-то, по закону жанра мне бы нужно спросить — почему? Что послужило причиной? Профессиональная зависть? Или личная обида? Но это может создать у студентов ложное впечатление, что кого-то интересуют твои мотивы. А нам на них плевать.

На самом деле Ройга уже опросила нескольких учеников Найни и под выдуманным предлогом поговорила с его женой. Так что с высокой вероятностью выделила причину: действительно, просто зависть к старшему коллеге. Бьер ведь, хоть и считался наставником Найни, на деле был лишь на несколько лет старше. Найни оказался его первым учеником — Дага и отдали-то Элсину в свое время именно потому, что они были близки по возрасту, и у Дага уже имелось начальное образование алхимика (его отец был из Гильдии)! Трау подумал, что они могут сдружиться и удачно работать вместе. Так и получилось, но в итоге вся академическая карьера Найни прошла в тени Элсина как более талантливого ученого.

— Так что я, пожалуй, спрошу о другом…

Ройга приблизилась к Найни вплотную и прошипела:

— Какого хрена ты решил извести попугая Бьера⁈

— Что⁈ — поразился Найни. — Я не хотел его извести! Я хотел его воспитать! Эта сволочь же абсолютно не поддавалась дрессировке! Как из него потом химеру делать — бесполезные же мозги!

И как раз пока он голосил, Глерви взмахнула тесаком — и отсекла ему голову.

Перехватила ее за волосы, подняла на всеобщее обозрение. Найни пучил глаза и высовывал язык, но, разумеется, без контакта с легкими сказать уже ничего не мог.

Глерви усмехнулась.

— Вот так, господа студенты. А сейчас мы проткнем мозг магистра Найни толстым штырем, остатки же сожжем прямо вот в этой раковине, — она кивнула на стойку с кафедрой, отделанную кафелем. — Впрочем, если у Найни есть хоть капля здравого смысла, он не будет затягивать и отключится от Плана Смерти сам… Что, нет? — она хмыкнула. — Ну что ж…

И, размахнувшись, запустила голову Найни в раковину.

Примерно через час, когда пепел Найни был выметен, а аудитория проветрена (в том числе и от рвоты некоторых студентов-четверокурсников, не проконтролирвовавших рефлексы в достаточной степени), госпожа Абель сказала ей:

— Ройга, деточка, отличное представление ты устроила! Спасибо, давно так не развлекалась.

— Что да, то да, — кивнул Версен. — Мастерское выступление! И насчет попугая — это он, конечно, перегнул палку… — Версен вздохнул. — Думаю, если бы Элсин не застал Зурро в вольере для заготовок, он бы все-таки заглянул попрощаться с нами перед уходом.

— Очень может быть, — пожала плечами Ройга.

— На самом деле науке это скорее на пользу, — пробормотал Келлерт. — В старших мирах для таких, как Бьер, больше возможностей. Может быть, там его оценят по достоинству.

— Может быть, — снова эхом откликнулась Ройга.

Госпожа Абель покачала головой.

— Милая, что-то я чувствую некоторую скуку… Проводи-ка меня до дома, хочу с тобой поговорить.

Они шли пешком вечерними улицами Руниала и, должно быть, представляли собой странную парочку: маленькая, седая и опрятная Абель и статная, элегантная, соблазнительная Глерви. А может быть, и не странную. Может быть, они смотрелись как бабушка и внучка. Впрочем, «некромантский черный» их одеяний выдавал их с головой.

— Ты какая-то сама не своя, деточка, — сказала магистр Абель. — Что-то случилось, милая?

Ройга пожала плечами.

— Ничего особенного.

— Ты переживаешь, что этот твой мальчик, Элсин, ушел? — проницательно спросила госпожа Абель. — Поняла, что он был тебе дороже, чем ты думала?

Ройга передернула плечами.

— Это я давно поняла, еще когда он в болоте утоп. Теперь, наоборот, испытываю облегчение. Он в очень хорошей компании, за ним есть кому присмотреть.

— А, понятно… То есть ты по его «хорошей компании» скучаешь? — хмыкнула наставница. — Хм… воздушница — нет, все-таки вряд ли, ты не в ту сторону развернута, девочка. Но они ушли втроем, я смотрела протоколы. Маг Жизни? Неужели?

Ройга фыркнула.

— Еще чего!

Госпожа Абель ничего не сказала. Какое-то время они шли в молчании, потом наставница проговорила совсем другим тоном, тихим и встревоженным.

— Ройга… милая… я думала, ты вне опасности на этот счет, но ты ведь знаешь, чем сильная привязанность чревата для немертвого мозга. Не рискуй здравым рассудком! Это единственное, что у нас по-настоящему есть. Лучше рискни всем остальным.

Ройга засмеялась.

— Наставница, да вы что! Все не настолько плохо!

А сердце, до сих пор послушно заторможенное, неожиданно трепыхнулось в груди.

Или настолько?..

После одной ночи⁈ Быть того не может!

«После одной ночи и трех лет знакомства», —